Андрей Мовчан: чего стоит дело Baring Vostok

Аргументов против такого чудовищного правоприменения много, но все они ничего не стоят применительно к российским реалиям
Дело Baring Vostok тянется давно; профессионалы, чей опыт и знания могли бы принести много пользы, отсидели год в тюрьме и продолжают оставаться под домашним арестом, /Евгений Разумный / Ведомости

Дело Baring Vostok тянется давно; профессионалы, чей опыт и знания могли бы принести России много пользы, отсидели год в тюрьме и продолжают оставаться (неслыханная милость!) под домашним арестом, без приговора, вопреки распоряжению властей не сажать до суда за экономические преступления; сидят за то, что их оценка стоимости юридического лица разошлась с оценкой, сделанной контрагентом.

Не важно, что их оценку подтвердили несколько уважаемых оценщиков. Не важно, сколько они сделали для России. Даже если бы речь шла о личностях сомнительных, продавших копейку за рубль, процесс оставался бы примером абсурда: такие вопросы должны решаться в арбитраже; арбитраж должен признать наличие ущерба, потребовать возмещения, вынести требование арестовать средства в обеспечение покрытия ущерба. Если же виновная сторона будет уклоняться от исполнения решения суда – можно говорить о ее преследовании другими средствами. Хотя даже думать об уклонении будет непросто – у фонда, менеджеры которого отправлены за решетку, в России активы на сумму, многократно превышающую максимально вообразимые размеры иска.

Впрочем, дело это не новость. В России решение хозяйственного спора методом заключения под стражу не выглядит из ряда вон выходящим – скорее это принятая практика. Существует множество теоретических аргументов против такого чудовищного положения дел с правоприменением в России. Но все они ничего не стоят применительно к российским реалиям.

Говорить об этике, о нравственности власти, о том, что исполнение, а не изнасилование закона отличает цивилизацию от варварства и является залогом развития и процветания общества? В России тех, кто заявляет подобные глупости (помню, например, Сахарова, Новодворскую или Ковалева), считают фриками, блаженными. Какая нравственность, когда единственный эффективный метод управления – страх, а единственное эффективное право – сила, и это мы слышим от всех ветвей власти и в еще большей степени – от бизнесменов? Где-то я прочел высказывание заслуженного силовика о том, что с органов какой спрос – это сами бизнесмены так сводят между собою счеты.

Иностранные инвесторы? В джунгли, в которых можно упрятать за решетку ни за что и держать там сколь угодно долго, никто не даст ни реальных денег, ни реальных технологий? Тем лучше, ответят сегодняшние идеологи: не будут мешаться под ногами, ставить условия и растаскивать Россию, влиять на политику и смущать народ. И правда, никогда не было в России значимых иностранных инвестиций – и страна пережила этот факт. Бюджет профицитный, резервы – порядка трети ВВП, инфляция низкая, государственные программы инвестиций в сотни раз превышают объемы того самого Baring Vostok.

Сотни миллиардов – по некоторым оценкам, больше $1 трлн – ушло из России в XXI в., потому что все, от высшего чиновника до владельца булочной, боятся российского беззакония. Количество частных компаний сокращается год от года, из страны уезжают предприниматели, мы импортируем множество товаров и услуг, которые могли бы делать сами, – а то, что могли бы делать на экспорт (от газовых мембран до программных продуктов), делают выходцы из России за пределами нашей страны. Но разве это важно? Государство замещает частный бизнес – там, где считает нужным, к выгоде избранных «бизнесменов»; экспорта нефти, газа, металлов и пшеницы нам хватает с избытком, импорт не поспевает за экспортом. А для власти так даже удобнее, нет частного бизнеса – нет бесконтрольного капитала, нет желающих финансировать оппозицию.

Да, ВВП России в 2018 г. был тот же, что и в 2008 г. – нет инвестиций, конкурентный бизнес замещается неэффективными, коррумпированными государственными структурами. Другие страны растут в 3–4, а то и в 6 раз быстрее нас. В 2019 г. у нас доходы населения на 7% ниже, чем в 2013 г., неравенство растет, бедность увеличивается. Но если бы это имело значение, существующая власть не получала бы такую поддержку на всех без исключения выборах. Мы ведь хотим от власти следования воле и желаниям народа. И если народ одобряет и поддерживает власть и ее действия, как можно ждать, что власть начнет менять свою стратегию?

Последний аргумент – это нефть. Все успехи, все изобилие, положительное сальдо торгового баланса, 25% ВВП, 35% бюджета, сверхдоходы приближенных бизнесменов, последние военные победы, роскошь столицы имеют одно объяснение – экспорт углеводородов. Мы не замечаем, как разрушается экономика страны во всех остальных областях, как год за годом отстает Россия даже от стран второго эшелона в индустриях, в которых еще СССР имел существенные позиции. Когда-нибудь золотой дождь закончится, и России, чтобы не погрязнуть в нищете, а возможно – в гражданской войне, срочно потребуются масштабные инвестиции и умные инвесторы, такие как менеджеры Baring Vostok. Но это будет не завтра, и, скорее всего, на век нынешней власти нефти хватит. А не хватит – достаточно будет пообещать новый курс, сменить риторику, начать приватизацию – новые инвесторы пойдут в страну, и потекут технологии: у инвесторов короткая память, а жадность побеждает страх. 5–10 лет, которые нужны для инвестиционного цикла, власть переживет на заемных деньгах – сегодня отношение долга к ВВП одно из самых низких в мире, есть возможность занимать много и надолго.

Нет у нас аргументов, которые нынешняя российская власть, полностью контролирующая судебную систему, могла бы услышать; а значит, нет и надежды ни на справедливый исход процесса, ни на помилование постфактум. Среди арестованных нет граждан Израиля, и подворий на каждого, чей бизнес решили отобрать, не напасешься. Даже дежурное предложение «инвесторам и бизнесменам сделать выводы» неуместно: все уже давно сделали все выводы. Многие продали или закрыли бизнес и уехали; многие слились с властью и наивно верят в ее защиту; кто-то надеется на русское авось и думает, что пронесет. А страна и мир продолжат жить, не замечая происходящего, – все привыкли и почти никого не касается, это ведь не коронавирус.

Автор — финансист, партнер-основатель группы компаний по управлению активами Movchans’ Group