Комиссия свободы

Процедура условно-досрочного освобождения должна быть независимой от ФСИН
Максим Стулов / Ведомости

В ежегодном докладе уполномоченный при президенте по защите прав предпринимателей Борис Титов делает несколько предложений: организация дистанционных допросов, расширение применения залога и суда присяжных. Но в докладе есть и предложения, касающиеся всех осужденных к лишению свободы, не только предпринимателей. Титов предлагает изменить процедуру условно-досрочного освобождения (УДО) и замену неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

Наказывать лишением свободы осужденных за ненасильственные преступления кажется скорее вредным, чем полезным. Возмещение ущерба по экономическим и имущественным преступлениям в условиях заключения для многих людей становится неподъемной задачей, особенно если человек потратил большую часть денег на адвокатов и потерял бизнес. В исправительном учреждении осужденный получает после всех вычетов около 5000 руб. в месяц, а пока отбывает наказание, часто теряет профессиональные навыки.

Титов предлагает создать специальную комиссию исправительного учреждения для рассмотрения материалов на УДО и смягчение наказания перед направлением этих материалов в суд. Согласно предложениям авторов доклада, в комиссию наряду с представителями администрации исправительного учреждения должны входить члены общественных наблюдательных комиссий (ОНК), уполномоченные по правам человека и уполномоченные по правам предпринимателей. Похожее предложение о полной передаче полномочий по принятию решений об УДО специальным комиссиям, состоящим из представителей ОНК, уже высказывали на Всероссийском съезде судей в 2016 г.

Сейчас осужденный может подать ходатайство об УДО или о смягчении наказания в суд через администрацию исправительного учреждения. Администрация, в свою очередь, вместе с ходатайством направляет в суд характеристики на осужденного. Для суда решающим аргументом при принятии решения об УДО и о смягчении наказания является число взысканий и поощрений, которые накладываются сотрудниками колоний.

Тут есть несколько проблем. Во-первых, власть сотрудников учреждения налагать взыскания и давать поощрения практически не ограничена, поэтому неизбежно случаются злоупотребления. Во-вторых, сами по себе правила внутреннего распорядка включают нормы, которые не направлены на исправление, а применяются только для того, чтобы принести в жизнь осужденного дополнительные страдания. Вполне оправданно, если осужденные получают взыскания за то, что готовят брагу или бьют друг друга. Но взыскания нередко накладывают за то, что осужденный сидит на кровати, за то, что он надел что-то из домашней одежды или пошел в церковь в свободное время, но не в то, в которое было предписано.

Осуществляет ли судебная власть контроль над этим процессом? Суд, который рассматривает дело об УДО и о смягчении наказания, не рассматривает содержание взысканий и поощрений. Их законность необходимо оспаривать в суде отдельно, что сильно усложняет процесс. Помимо взысканий и поощрений сотрудники всех отделов пишут характеристики на осужденных и также направляют в суд. Продолжительные личные отношения, складывающиеся между сотрудниками и осужденными, делают принятие решения относительно УДО и смягчения наказания крайне субъективными и создают большой потенциал для злоупотреблений.

Одним из возможных решений обозначенных проблем и могла бы стать комиссия, все члены которой или хотя бы часть – не сотрудники исправительного учреждения. В некоторых странах такие комиссии (parole boards) – отдельный государственный орган. В Великобритании комиссии по УДО подчиняются правительству и не входят в состав пенитенциарной системы, как и в некоторых штатах США. В части штатов, например в Калифорнии, комиссии подчиняются исправительной системе, но ее члены не работают в тех учреждениях, где они принимают решения об УДО, и назначаются губернатором. Многие представители этой комиссии имеют опыт работы с заключенными, туда могут входить и бывшие судьи. На Тайване комиссия по УДО включает как сотрудников исправительного учреждения, так и психологов, экспертов в области образования, криминологии и пенологии, а также волонтеров службы пробации.

Как принимают решения такие комиссии? Основными характеристиками для досрочного освобождения становится риск рецидивизма и характеристики прошлого преступления. Оцениваются эти характеристики по-разному. Например, в Калифорнии их оценивает психолог, работающий в обычном медицинском учреждении. Заключение психолога основано на оценке поведения до и во время наказания, характере преступления, а также его ментального состояния на данный момент. Оценка степени опасности для общества со стороны психолога, как показывает исследование Катрин Йанг и соавторов, в значительной степени влияет на решение комиссии. Помимо риска повторного преступления и прошлых преступлений комиссии по УДО рассматривают планы осужденного на будущее: перспективы обзавестись жильем и трудоустройство. Кроме того, в некоторых американских штатах в заседаниях комиссий могут участвовать жертвы преступлений или их родственники, что также учитывается при принятии решений.

Очное участие в слушаниях по УДО в суде или на заседании комиссии дает возможность заключенному убедить суд в своем раскаянии и готовности оказаться на свободе. Однако такое участие предусмотрено не во всех странах. В Калифорнии осужденные участвуют в слушаниях и их ответы влияют на решение комиссии, а комиссии на Тайване рассматривают только документы и характеристики.

В России осужденные могут участвовать в судебных заседаниях по УДО и смягчению наказания. Однако суд в большей степени обращает внимание на характеристики от исправительных учреждений.

Помимо дискреционного УДО (discretionary parole), при котором решение принимает комиссия, существует обязательное УДО (mandatory parole), т. е. заключенного освобождают по истечении определенного срока отбывания наказания в обязательном порядке. Его могут не освободить, если он совершает новые преступления во время отбывания наказания. В некоторых юрисдикциях есть оговорки, связанные с поведением осужденных. Как в случае дискреционного, так и в случае обязательного УДО бывшие заключенные некоторое время сопровождаются офицерами по УДО и, если совершают преступление повторно, вновь отправляются в тюрьму. Такая система существует в 16 штатах США (а в других действует смешанная система). Она призвана помочь избежать проблем, связанных с коррупцией, а также предвзятостью сотрудников исправительных учреждений и членов комиссии по УДО. Одновременно с этим обязательное УДО перестает быть для осужденных наградой за старания и основной мотивацией соблюдать правила и трудиться, а сотрудники исправительных учреждений лишаются мощного рычага влияния на заключенных.

Создание специальной комиссии по освобождению, предложенное Титовым, могло бы сделать процедуру более объективной и прозрачной для общества. Следующим шагом в совершенствовании системы должно стать обеспечение независимости комиссий от сотрудников исправительных учреждений. Комиссия должна стать независимым органом, включающим людей, имеющих опыт работы с заключенными, психологов и представителей ОНК.