Мнения / Аналитика / Конъюнктура
Статья опубликована в № 4640 от 28.08.2018 под заголовком: Национализация приватизаторов

Национализация элиты без национализации активов

Изъятие сверхдоходов у бизнеса – это не только требование дать денег государству, но и повод у него что-то попросить
Константин Симонов

Интрига с предложениями Андрея Белоусова по изъятию девальвационной выручки у «крупняка» из ряда отраслей довольно любопытна. Можно было посчитать ее исключительно аппаратной историей. Белоусову прочили значимое место в кабмине по итогам весенних перестановок. Не сложилось – и вот теперь он пытается показать свою значимость. А ключевые фигуры финансово-макроэкономического блока демонстрируют ему, что справятся сами и что администрация президента экономическим штабом все же не является. Хотя в целом-то предложения Белоусова соответствуют тем задачам, которые поставил Владимир Путин перед правительством, – на первом месте там явно сбор денег везде, где это только возможно.

Но на самом деле идея Белоусова, и особенно итоговая форма ее воплощения, отражает и новые штрихи в экономической политике государства. Напомню, что было решено не фиксировать дополнительные обязательства капитанов бизнеса на бумаге – но они, в свою очередь, обещали добровольно финансировать некие прорывные инвестиционные проекты. Иными словами, давать деньги туда, куда им укажут.

Это не первое использование схемы ручного управления бизнесом со стороны государства исключительно на понятийном уровне, без юридической фиксации. Скажем, таким же образом Россия выполняла свои обязательства в рамках сделки ОПЕК+: никаких обязывающих компании сокращать добычу законов и распоряжений не принималось. Или свежая история с попытками не допустить роста цен на бензин: отрегулировать ситуацию через акцизы не слишком получается – тогда государство пытается просто попросить компании сократить экспорт, намекая, что в крайнем случае может его просто законодательно запретить, так что лучше все сделать добровольно. Кстати, до выборов бензиновые цены не повышались чудесным образом без всяких налоговых маневров.

Такая схема позволяет гораздо быстрее принимать и реализовать решения, будучи элементом мобилизационной экономики. Даже вертикаль власти требует определенной процедуры прохождения законопроектов, что делает их согласование и принятие не всегда быстрыми. А так все намного проще.

Однако я бы не стал рассматривать этот сюжет как экономические репрессии в отношении олигархов (хотя в публичном пространстве никто не мешает подать его именно так). Да, им могут позвонить и попросить срочно что-то профинансировать, чтобы не заморачиваться пересмотром бюджета. Однако на самом деле они получают возможность ответных просьб – и общий баланс может оказаться даже выгодным для них.

Но главное, государство даже не ведет речь о национализации компаний. Даже самый горячий кейс этого лета, «Русал» и En+, показывает, что изменения в акционерной структуре могут произойти под влиянием совершенно другого государства. Наше же полного отказа Олега Дерипаски от собственности не требует. Зато готово оказать подвергнувшейся санкционному давлению компании помощь.

Национализация бизнес-элиты не предполагает национализации самих активов. Путину важна возможность заставить бизнес быстро выполнить его команду. За это, кстати, частники вполне могут попросить даже ускорить приватизационные процессы.

Автор — генеральный директор Фонда национальной энергетической политики

Читать ещё
Preloader more