В современном мире самым причудливым образом уживаются две тенденции. С одной стороны, стремительное развитие технологий и особенно искусственного интеллекта позволяет решать те глобальные проблемы, которые еще недавно казались непреодолимыми. Вроде бы человечество стремительно «умнеет». С другой стороны, мир вступил в эпоху серьезных пертурбаций. Разрушаются институты и «правила игры» – в политике, экономике, общественной жизни, которые складывались во второй половине XX – начале XXI вв. На их месте возникают не новые, более рациональные и справедливые, механизмы, а анархия и хаос. И порой кажется, что объем «мирового ума» не нарастает, а, наоборот, неуклонно тает.
Как же согласовать эти противостоящие друг другу тенденции? Здесь очень уместен образ, который использовал в своем докладе на XXIX Петербургском международном экономическом форуме ответственный секретарь комиссии при президенте РФ по вопросам стратегии развития ТЭКа и экологической безопасности, главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин. Он вспомнил древнегреческий миф о Пандоре, открывшей полученный от Зевса сосуд (в более поздней средневековой интерпретации – ларец или ящик), откуда вылетели многочисленные бедствия. Согласно Гесиоду, Пандора была послана людям в наказание за то, что они приняли дар Прометея – огонь. Иными словами, уже в античности возникло понимание: новые знания и технологии ведут не только к благу, но и к тяжелым побочным последствиям. Любой прогресс может принести с собой кучу неприятностей.
Что же сегодня, в период четвертой промышленной революции, выходит на свет из ларца Пандоры? Его содержимое исчерпывающе перечислено в докладе Игоря Сечина. Прежде всего мы, как уже отмечалось, столкнулись с кризисом традиционных институтов. «Такие международные институты, как Организация Объединенных Наций, Всемирная торговая организация, Международный валютный фонд, Всемирный банк, система ограничения ядерных вооружений и другие из регуляторов превратились в зомби», – констатирует глава «Роснефти». По его справедливому замечанию, мировая экономика стала заложником политических решений, которые принимаются в интересах крупных технологических, военных и финансовых корпораций.
Этот замкнутый круг бенефициаров ради достижения своих интересов использует широкий арсенал методов: разрушение цепочек поставок, санкции, эмбарго, вмешательство во внутренние дела, политические провокации, экономическое удушение, захват судов, подрыв трубопроводов, организация государственных переворотов и, наконец, применение вооруженных сил. Иными словами, технологические лидеры, финансовые конгломераты и военно-промышленный комплекс, объединяясь, бросают вызов традиционной международной системе, формируют новую геополитическую реальность и диктуют свою волю как отдельному человеку, так и целым странам.
Коррозии оказалась подвержена не только традиционная политическая структура, но и глобальная экономика, которая, по мнению И. Сечина, «вступила в полосу не просто волатильности, а стратегических рисков». Отказ от золотого стандарта, лежавшего в основе Бреттон-Вудской системы, привел к масштабной эмиссии ничем не обеспеченных бумажек. Так, с 2008 г. денежная масса в мире увеличилась на более чем $30 трлн, из которых на США и Еврозону пришлась почти половина. Последствием такой политики стал катастрофический по своим масштабам переток капитала из реального сектора в виртуальный. В итоге сегодня объем фиктивного капитала превышает $500 трлн, что почти в пять раз больше мирового ВВП.
Вышеупомянутое доминирование технологических, финансовых и военно-промышленных компаний приводит и еще к одному «сюрпризу из ларца Пандоры» – активной милитаризации. Как напоминает Сечин, военные расходы в глобальном масштабе растут уже более десятилетия. В том числе в США они увеличились в три раза и в прошлом году достигли почти $1 трлн (треть мировых).
И это обескровливает экономику, высасывает из нее финансы. «Формируется простая цепочка: политическое давление ведет к росту бюджетных расходов, которые толкают вверх рыночную капитализацию плотно переплетенной триады: соответственно военно-промышленного комплекса, высокотехнологичных корпораций и финансового сектора. Именно эта триада перетягивает на себя значительную часть глобального инвестиционного ресурса», – отмечается в докладе.
Впрочем, деньги из мировой экономики сосет не только военно-промышленный комплекс. Одновременно надувается и «технологический пузырь». Так, на американском фондовом рынке доля 10 крупнейших технологических компаний за последние десять лет утроилась, превысив 40%. Ожидается, что вскоре она приблизится к 50%. Рассматривается даже вопрос о закупке акций технологических гигантов за свет пенсионных накоплений американцев. И это при том, что реальная отдача от внедряемых передовых технологий весьма сомнительна. «Согласно последним исследованиям, около 70% компаний по всему миру активно используют искусственный интеллект в своей работе. Однако в 90% случаев за три последних года применение этих технологий никак не сказалось на производительности труда. Этот феномен был описан еще 40 лет назад лауреатом Нобелевской премии по экономике Робертом Солоу. Известно его высказывание о том, что «компьютерную эпоху можно увидеть где угодно, кроме статистики производительности», – отмечает Сечин. Возвращаясь к мифу, можно сказать, что «огонь Прометея» в очередной раз манит к себе людей, но пока, увы, не греет.
Любопытно, что ВПК и Big Tech в последние годы стали серьезными конкурентами для прежнего глобального лидера по привлечению инвестиций – зеленого энергоперехода. Это еще один пузырь, которые усиленно надувался за счет закачки в него многих миллиардов – в ущерб традиционной энергетике. Так, по оценке Международного энергетического агентства, за последние 10 лет инвестиции в ископаемое топливо сократились более чем на 20%, а в нефтяной отрасли капитальные затраты обвалились на 35%. Чрезмерное увлечение возобновляемыми источниками энергии привело «к системным дисбалансам: дефициту резервных мощностей, перебоям и дополнительной бюджетной нагрузке в сотни миллиардов долларов». В результате вместо вожделенной энергетической безопасности западный мир получил рост цен на электроэнергию: в США она за последние 5 лет подорожала более чем на 30%, в Европе – на 35–45% для разных категорий потребителей. Поэтому глава «Роснефти» призывает «учитывать негативный опыт необоснованных решений, касающихся развития зеленой энергетики, который сопровождался ускоренными инвестициями».
Но, судя по всему, пока что данный печальный опыт полностью игнорируется. В своем ослеплении «огнем Прометея» человечество вновь и вновь «обжигает крылья», попадает в новые ловушки. Хотя, как уже отмечалось, не без выгоды для определенного круга игроков. Поэтому вполне понятны те пессимистические ноты, которыми Игорь Сечин завершил свое выступление на ПМЭФе. Он напомнил, что, согласно Гесиоду, на дне сосуда Пандоры должны быть надежды. Но, в более точном переводе мифа, – пустые надежды, тщетные ожидания. «В нашем случае на дне ларца мы с неизбежностью обнаружим глобальный дефицит электроэнергии, дефицит продовольствия, меди и других металлов, дефицит воды, которые и будут определять новый облик мировой экономики… Это и будет, собственно, «конец начала», когда пустые надежды, иллюзии и спасительные химеры окончательно испарятся».
Безусловно, подобная истина горька, но, не приняв ее, двигаться вперед невозможно. Поэтому можно лишь согласить с финальным выводом доклада: «Выживет тот, кто лучше других будет готов к этому».