IT-пазл для бизнеса

Современному бизнесу уже недостаточно просто закупать лицензии – ему нужно уметь объединять устаревшие, но важные системы, новое отечественное программное обеспечение (ПО), облачные сервисы и программы с открытым исходным кодом в единую управляемую среду. О том, как концепция IT-кластера меняет правила сборки цифровой среды, превращая хаос в управляемую архитектуру, читайте в материале «Ведомости&».

От цифрового хаоса

По данным BPMSoft, больше половины российских компаний отмечают сложности с интеграцией систем в едином контуре из-за разрозненной IT-инфраструктуры, а 80% бизнес-пользователей сталкиваются с трудностями, связанными с так называемым зоопарком систем.

IT-ландшафт по мере увеличения требований регулятора и усложнения рыночных задач зачастую превращается в «лоскутное одеяло», которое складывается из разных систем, платформ и оборудования. Причем нередко после сделок M&A или долгой эволюции бизнеса часть цифровых составляющих бизнеса попросту устаревает. К legacy (устаревшему ПО) относятся не просто старые версии систем, которые пользователи не обновляют, потому что их все устраивает, поясняет Денис Романов, директор департамента профессиональных сервисов «Базис». Настоящее legacy – это программы, которые производитель больше не поддерживает официально. Такие системы перестают получать обновления, в том числе важные для безопасности, и становятся уязвимыми для внешних угроз, добавляет он.

«Наследие» в виде самописных систем или надстроек становится слабым местом в управлении IT-ландшафтом, говорит Владимир Широкорад, директор по проектам стратегического и корпоративного развития ГК «Цифра». «Типичный пример из практики – после ухода ключевого разработчика интеграционной шины (промежуточное ПО. – «Ведомости&») буквально на следующий же день рухнула интеграция между заводской системой управления базами данных и недавно запущенной в промышленную эксплуатацию отечественной информационной системой», – рассказывает эксперт. В случае отсутствия официальных обновлений, поскольку у зарубежных решений нередко закрытые программные интерфейсы (API), для разблокировки коннектора требуется приобретать специальную опцию у разработчика или изобретать «костыли».

«По мере возможности необходимо отказываться от импортных решений – они не получают обновлений по уязвимостям, что является источником дополнительных угроз безопасности IT-инфраструктуры», – предостерегает Алексей Смирнов, председатель совета директоров «Базальт СПО». Тем более что проблема несовместимости отечественного ПО, включенного в Реестр российского ПО, будет решена. По его словам, с осени 2026 г. будет введено новое требование к софту из единого реестра: программа должна быть совместима как минимум с двумя доверенными российскими операционными системами (ОС).

О потере доверия к системе из-за «ручного» перекладывания данных из одной программы в другую предупреждает и Иван Панченко, генеральный директор Postgres Professional. «Данные расходятся, появляются дубли, ошибки, невозможно обеспечить сквозную целостность процессов. Весь комплекс работает ненадежно, небезопасно, с непредсказуемыми задержками и трудозатратами», – предупреждает он. Но даже если и удается настроить обмен, то такая интеграция работает с утечкой памяти и конкуренцией за ресурсы. По данным Александра Галайдюка, старшего менеджера проектов DWH&BI технологической практики Kept, производительность самодельных решений падает более чем на 40%.

Неконтролируемый рост совокупной стоимости владения (TCO) техническим ландшафтом ухудшает цифровое самочувствие компании. «Из-за того что компании параллельно поддерживают и новые решения, и старые системы, от которых пока нельзя отказаться, увеличиваются скрытые затраты на поддержку забытых продуктов», – поясняет Романов.

К экосистемному подходу

Многие компании сегодня действуют по простой логике: раз западное ПО ушло, надо купить российские лицензии – и проблема решена. Однако практика показывает, что этого недостаточно. Более того, простая замена одного набора лицензий другим часто лишь усугубляет фрагментацию IT-ландшафта, отмечают эксперты. Главная причина в том, что лицензия сама по себе не обеспечивает интеграцию.

Одним из векторов в решении проблемы эксперты называют развитие концепции IT-кластеров. Это не просто набор вендоров, а согласованный технологический контур. По мнению Татьяны Толмачевой, партнера iKS-Consulting, в концепции IT-кластера формируется ответ на ключевые запросы рынка: обеспечение совместимости решений, формирование понятной зоны ответственности за результат (включая интеграцию и эксплуатацию), а также создание «единого окна» взаимодействия для клиента. «Подобный шаг логичен и укладывается в продуктовую стратегию крупных IT-игроков, стремящихся предложить заказчику не набор разрозненных сервисов, а целостную экосистему IT-решений», – считает эксперт.

По словам Романова, важна единая точка ответственности, основанная на сквозной экспертизе. «Когда клиент обращается в «Базис» с проблемой, мы не занимаем позицию «это не наш продукт, идите к другим», а совместно находим решение», – разъясняет он на примере коммерческого ИТ-кластера «Ростелекома», где команда хорошо знает весь ландшафт, потому что он управляется как целостная среда.

Яна Соколова, генеральный директор «ОДК – Цифровые технологии», подтверждает ценность такого подхода. В марте этого года компания TData, входящая в коммерческий ИТ-кластер «Ростелекома», объявила о начале внедрения собственной платформы управления данными в ОДК. Платформа была интегрирована с ключевыми корпоративными системами. Пилотная фаза проекта завершилась в январе 2026 г. после обработки более 67,7 млн строк данных по одной предметной области. «Факт вхождения TData в ИТ-кластер «Ростелекома» стал дополнительным преимуществом, поскольку у ОДК уже выстроено взаимодействие, а также подписано соглашение о сотрудничестве с «Ростелекомом». Это упростило коммуникацию и повысило уровень доверия к решению», – поясняет она.

Экономически кластерная модель даже выгоднее, уверены участники рынка. «Основные потери обычно сидят не в цене лицензий, а в дорогой поддержке стыков, повторных проверках после обновлений и простоях из-за конфликтов между системами. Если кластер изначально собран по общим правилам, этих расходов становится меньше», – считает Владислав Шелепов, аналитик угроз GSOC «Газинформсервис». По оценке Романова из «Базиса», снижение операционных затрат может достигать 40%.

Впрочем, кластерная модель не вытеснит полностью традиционных вендоров. Как замечает Шелепов, «во многих сегментах рынок все равно будет выбирать сильный продукт под узкую задачу, что особенно заметно там, где заказчику важны редкие отраслевые функции, а не ширина экосистемы». Однако доля кластерной модели будет расти, особенно в промышленности, где нужна стабильная работа, а не постоянная пересборка IT-контура, уверен эксперт.

Как это работает на практике

Кластер призван собрать «под единым капотом» различные продукты. К примеру, внутри коммерческого ИТ-кластера «Ростелекома» их более 100 – но, как подчеркивают его участники, каждый продукт не самоцель, а инструмент в руках одной команды. В экосистему входят «Базис», «Лукоморье», «Турбо Облако», TData, «Беркут», «Базальт СПО», перечисляет Романов.

Фундаментом становится ОС. «ОС «Альт» – основа программной и аппаратной экосистемы коммерческого ИТ-кластера. ОС является связующим звеном, обеспечивающим работу всех прикладных программ, компьютеров и периферийной техники», – разъясняет Смирнов. Для переходного периода, когда в IT-инфраструктуре предприятия работают российские и унаследованные импортные приложения, «Базальт СПО» предлагает решение «Альт Домен»*. Система обеспечивает управление компьютерами и пользователями в сети с ОС на ядре Linux и Windows по единым правилам из единого центра.

Следующий уровень в экосистеме кластера связан с построением и управлением динамической IT-инфраструктурой. Эту роль в контуре «Ростелекома» выполняет разработчик инфраструктурного ПО «Базис», который обеспечивает технологическую основу для виртуализации, создания облачных сред и организации виртуальных рабочих мест. Решения позволяют сформировать единый управляемый инфраструктурный слой, на котором могут работать прикладные сервисы, корпоративные системы и пользовательские рабочие места.

Еще одна задача – объединить legacy-системы, новые отечественные продукты, облачные контуры и решения по работе с данными в единую архитектуру. В итоге формируется интеграционный и платформенный слой. «Если такого слоя нет, даже сильный набор решений остается фрагментированным: данные дублируются, доработки усложняются, развитие цифрового ландшафта становится дорогим и рискованным», – подчеркивает Андрей Богданов, генеральный директор «Беркута».

Вендорские решения кластера могут размещаться на облачной инфраструктуре. Так система получает скорость развертывания виртуальной инфраструктуры и ее гибкость. В апреле этого года TData завершила бесперебойную миграцию собственной IT-инфраструктуры в «Турбо Облако», развернув контуры разработки, базы данных, CRM и сервисы коммуникации на российской облачной платформе. Компании совместно развивают Lakehouse-решение (систему управления данными. – «Ведомости&») и готовят к запуску ИИ-сервисы, опираясь на экспертизу TData в управлении данными и инфраструктуру «Турбо Облака». Такое сотрудничество повышает качество и оптимизирует стоимость сервисов по работе с данными, которые «Турбо Облако» предлагает на базе программных продуктов платформы управления данными TData. Клиенты «Турбо Облака» могут использовать готовые сервисы на базе решений TData для построения современной, масштабируемой и безопасной среды управления данными, говорит генеральный директор «Турбо Облака» Александр Обухов.

Следующий уровень – управление данными. Александр Чухланцев, генеральный директор TData, называет их «клеем, который скрепляет всю мозаику ИТ-кластера»: «Для кластера важна целостность: единое управление данными, их хранение и обработка, оркестрация потоков и централизованное управление всей инфраструктурой». Без этого звена невозможно построить доверенную управляемую среду, уверен он.

Технологический кластер выстраивается из юридически независимых компаний. «Единая команда реализуется через общую архитектурную рамку и комплексную интеграционную платформу, совместное планирование, единые процессы управления проектом и согласованную ответственность за конечный результат», – говорит Богданов.

Такая модель лучше подходит современным задачам, чем классическая вендорская. «Ценностью становится не продукт сам по себе, а бизнес-сценарий, который он покрывает в связке с другими решениями. Вопрос уже не «насколько хорош твой продукт?», а «насколько большой сценарий ты можешь закрыть своим комплексом решений, работающих как единое целое?», – считает Петр Василенко, генеральный директор «ГрафТеха». По его словам, вендорская модель не умирает, она взрослеет и превращается в кластерную. Именно такая архитектура позволяет быстро адаптировать систему под новые требования регуляторов, добавлять прослеживаемость или внедрять ИИ – не перестраивая все с нуля, а достраивая нужные «кубики» внутри единого управляемого контура. &