Что нужно знать, давая деньги в долг малому бизнесу

Облигации и займы таких компаний сулят высокую доходность вкупе с большими рисками
Инвестору нужно хорошо представлять бизнес заемщика /Евгений Разумный / Ведомости

Деньги населения – лакомый кусок для компаний малого и среднего бизнеса (МСБ; сюда относятся компании с численностью не более 250 человек и выручкой до 2 млрд руб. в год). Обычные граждане не банк: не требуют залог, не устраивают длительных проверок, гораздо терпимее к размерам бизнеса, истории его существования и сезонности. За такую лояльность заемщики предлагают потенциальным инвесторам двузначные доходности. Дать в долг малому бизнесу проще всего через множащиеся краудлендинговые платформы или покупку облигаций на бирже.

Мини-эмитенты

По данным Московской биржи, МСБ все чаще привлекает деньги через выпуск облигаций: с 2016 г. число эмитентов с выручкой до 3 млрд руб. выросло с 6 до 77, а выпусков – с 12 до 124. Среди них, в частности, сервис перевозок «Грузовичкоф», сеть маникюрных салонов «Кисточки», сеть кондитерских «Кузина» и др. Значительная часть облигаций выпускается лизинговыми и микрофинансовыми компаниями.

В основном такие облигации торгуются на бирже в секторе повышенного инвестиционного риска либо в секторе роста, где есть субсидии и гарантии от Корпорации МСП. Купить их можно, заключив договор с биржевым брокером, уплатив брокерскую, биржевую, а иногда и депозитарную комиссию (в сумме обычно не превышают 0,5% от вложенных средств).

Минимальный порог инвестиций равен номиналу одной бумаги, в зависимости от выпуска это обычно 1000 или 10 000 руб., хотя у некоторых эмитентов, например «Грузовичкоф», номинал может достигать и 50 000 руб.

Доход инвестора складывается в основном из купонов, а также прироста стоимости облигации к моменту ее продажи или погашения, если, конечно, она подорожает.

Ставка купона бумаг МСБ заметно выше среднерыночной – 11–15%, поэтому их относят к так называемым высокодоходным облигациям (ВДО). Высокая доходность в этом случае означает премию за повышенный риск.

Займы на платформе

Самые известные краудлендинговые (p2b) платформы, где малый бизнес привлекает ресурсы частных инвесторов, – «Поток» (им владеют Альфа-банк и фонд FinTech Capital), Ozon.Invest (Ozon), Start Track (Фонд развития инициатив), «Город денег» (холдинг General Invest), Penenza (АО «Пененза», принадлежит частным лицам), «Сберкредо» (Сбербанк).

Основные заемщики p2b-площадок не отличаются от тех, что выводят облигации на биржи. Это малый и микробизнес из сферы торговли и услуг, чуть меньше – из производства. Например, у заемщиков «Сберкредо» выручка на предыдущий год не превышает 400 млн руб., а штат сотрудников – не более 100 человек, рассказывает представитель платформы.

Входной билет для инвестора варьируется от 5000 руб. в «Сберкредо» и Penenza до 50 000 руб. в «Городе денег». По закону об инвестиционных платформах, который вступил в силу с этого года, квалифицированные инвесторы могут давать взаймы здесь любые суммы, не прошедшие квалификацию – не более 600 000 руб. в год совокупно на всех площадках.

Некоторые площадки («Сберкредо», Penenza и «Город денег») позволяют инвесторам самим решать, кому из представленных на них заемщиков одолжить денег. Другие предлагают портфельные инвестиции: например, Ozon.Invest предлагает на выбор лишь готовые «пакеты займов», а «Поток» сам распределяет полученную от инвестора сумму между 25 заемщиками. Площадки могут ограничивать цели займа или круг заемщиков: через Penenza можно дать взаймы лишь на исполнение госконтракта или тендерной заявки, через Ozon.Invest – прокредитовать поставщиков и селлеров маркетплейса. Впрочем, все стремятся разнообразить свою продуктовую линейку. Например, в 2020 г. «Сберкредо» обещала предложить клиентам портфельные инвестиции, а «Поток» – «ручной режим».

Сроки займов варьируются от двух месяцев до трех лет, но большинство из них краткосрочные – до полугода.

Обычно доходность каждого займа для инвестора рассчитывается индивидуально и зависит от многих параметров. Как правило, чем выше риск, тем выше «премия» инвестору. Доходность таких инвестиций выше средней доходности депозита и ОФЗ. К примеру, на сайте «Сберкредо» указано, что она может доходить до 34,8%. «Поток» декларирует среднюю фактическую доходность по портфелю до вычета налогов в 16,6%, Ozon.Invest – до 18%. Чаще всего ставки фиксируются в договоре займа. Платформа зарабатывает на разнице между ставками – обещанной инвестору и назначенной МСБ, их чаще всего устанавливает сама площадка. Но бывают и исключения: в «Городе денег» о конкретном значении ставок инвестор и заемщик могут договориться сами. «Мы рекомендуем ставку для заемщика, например 25%. Инвестор может предложить иную, а заемщик ее принимает или нет», – объясняет гендиректор «Города денег» Армен Минасян. Также платформа вправе брать со сторон комиссии. В «Сберкредо», «Потоке», Ozon.Invest их платят только заемщики.

Заемщики возвращают инвесторам долг с процентами обычно ежемесячно аннуитетными платежами.

Уйти без сожаления

Часть дохода инвесторов неизбежно съедят налоги. С процентов краудинвесторов налог на доходы физических лиц (НДФЛ) по ставке 13% удерживают компании-заемщики. Доход от разницы между ценой покупки и продажи или погашения облигаций облагается 13% НДФЛ у брокера. Кроме того, если купон по облигациям превышает ключевую ставку более чем на 5% годовых (11%), с превышения взимается НДФЛ по ставке 35%.

Досрочно вернуть деньги с платформы нельзя (продажа прав другому лицу – это скорее исключение из правил на рынке), избавиться от облигаций теоретически можно в любой момент до погашения. Но из-за низкой ликвидности ВДО инвестору, возможно, придется продавать их по гораздо худшей цене, чем хотелось бы, замечает ведущий персональный брокер «БКС брокера» Андрей Богдашов. В случае роста волатильности на рынке спреды между заявками на покупку и продажу могут резко разойтись, а затем заявки на покупку могут и вовсе исчезнуть, предупреждает управляющий директор по корпоративным финансам «Универ капитала» Константин Цехмистренко. Плюс низкая ликвидность таких бумаг и малые объемы выпусков повышают вероятность манипулирования их котировками, отмечают аналитики.

Большие риски микрозаймов

Займы малому бизнесу сопряжены с целым рядом рисков.

Главное, что нужно осознавать частному инвестору, – малые предприятия обращаются к физическим лицам за ссудами под высокие проценты чаще всего оттого, что не могут занять деньги в банке, где применяются слишком высокие требования к скорингу заемщиков, предупреждают эксперты.

В краудлендинг и на биржу идут, как правило, экзотические, инновационные, начинающие бизнесы, так как у банков к ним могут быть вопросы, указывает предправления СДМ-банка Максим Солнцев.

Оценить устойчивость и надежность МСБ сложно даже профессионалу. Такие компании еще учатся публичному раскрытию информации, им не хватает прозрачности структуры владения и отчетности, сетует управляющий директор «Эксперт РА» по корпоративным и инвестиционным рейтингам Павел Митрофанов. «У многих отчетность делается едва ли не на коленке, с творческими погрешностями, а заверяется малоизвестными или дружественными аудиторами», – добавляет генеральный директор ИК «Иволга капитал» Андрей Хохрин. По его словам, МСБ часто бывают закредитованы чуть ли не одним банком и отзыв у него лицензии ставит под угрозу существование эмитента. Наконец, микробизнесы часто зависимы от бенефициаров. «Деньги вы, по сути, ссужаете его первому лицу», – предупреждает Хохрин.

Конечно, Московская биржа и краудлендинговые площадки проводят первичный отсев заемщиков. Например, «Поток» использует собственную скоринговую модель, в которой учитывает более 200 параметров деятельности компании, рассказывает член набсовета «Потока» Юрий Попов.

А представитель «Города денег» лично выезжает на место ведения бизнеса заемщика после размещения заявки. «Были случаи, когда мы сносили проекты с площадки, потому что информация с выезда отличалась от слов заемщика», – признается Минасян.

По словам вице-президента по цифровым сервисам Ozon.Invest Ваэ Овасапяна, платформа всегда смотрит динамику продаж и денежные потоки подавших заявку, может получать выписки из банка для оценки объемов бизнеса, частоты поступлений, платежеспособности, сделать запросы в ФНС, Росфинмониторинг, бюро кредитных историй (БКИ). Физические лица пока лишены права запрашивать в БКИ чужие кредитные истории без нотариальной доверенности от субъекта истории. В 2019 г. только 3% компаний, подавших заявки, получили доступ к деньгам инвесторов, говорит Попов. Московская биржа отказывает примерно половине потенциальных эмитентов, отмечает ее представитель.

Но даже такие проверки не дают инвестору гарантий возврата вложений. «В среднем семь заемщиков из 100 уходят в дефолт», – констатирует Попов. На просрочку свыше 30 дней выходят 5–10% компаний, признает Минасян. «Это рынок инвестиций, где вместе с высокой ставкой доходности инвестор принимает на себя риск невозврата», – разводит руками заместитель гендиректора Penenza Иван Васильев.

По словам Митрофанова, сегмент облигаций МСБ еще молодой, поэтому фактических дефолтов там не было, но такие эмитенты находятся в диапазоне рейтингов от B до BBB, где их вероятность составляет 5–15% на горизонте двух лет. А при дефолте одной компании инвесторы могут распродать других эмитентов этого организатора и всего сегмента, предупреждает он.

Чтобы получать высокую годовую доходность, надо постоянно реинвестировать, выдавать много займов, оперировать крупными суммами, признают представители краудлендинговых платформ.

Вернуть долги

Взыскивать долги с неплательщиков долго и накладно. Например, «Сберкредо» принимает на себя права требования по договору займа от инвестора на 16-й день просрочки, на 46-й платформа подает на неплательщика в суд, а взысканная задолженность будет выплачена инвестору с учетом комиссии, объясняет процедуру представитель «Сберкредо».

При погашении просроченной задолженности «Поток» передает инвестору лишь 80% от полученной суммы, а 20% оставляет себе на покрытие административных издержек.

Для взыскания просрочки более 90 дней приходится минимум полгода-год работать с судами, приставами и самим заемщиком, признает Васильев. Впрочем, платформы могут ускорить этот процесс. Например, Ozon.Invest удержит с заемщика – продавца на маркетплейсе средства за проданный товар, уверяет Овасапян.

Шансы вернуть вложенную сумму полностью у инвестора невелики. При банкротстве компании, держатели срочных облигаций становятся кредиторами третьей очереди (после работников), а держатели облигаций без срока погашения получают удовлетворение после кредиторов третьей очереди., напоминает партнер «Сотби» Владимир Журавчак. При этом, по статистике Федресурса за девять месяцев 2019 г., удовлетворены только 32,4% требований кредиторов третьей очереди, сетует он.

Инвестируя в малый бизнес через облигации и краудлендинговые платформы, надо быть готовым получить доходность ниже банковского депозита, а то и вовсе потерять вложенное, резюмирует независимый финансовый консультант Наталья Смирнова.

Как избежать рисков

Правила, которыми должны руководствоваться инвесторы в малый бизнес, схожи для краудлендинга и долгового рынка. Например, перед инвестицией можно посмотреть отчетность компании по РСБУ. Эмитенты должны ее раскрывать, но от заемщиков инвестплатформ закон этого не требует. Найти РСБУ можно на серверах раскрытия информации или на сайте компаний. «Привлечение средств на юридическое лицо, которое не ведет реальную операционную деятельность, существенный объем сделок со связанными сторонами и завышенный финансовый результат за счет переоценки активов должны насторожить потенциального инвестора», – предупреждают в отраслевом обзоре аналитики «Эксперт РА».

Хороший заемщик должен быть прибылен, иметь сдержанную долговую нагрузку (долг к EBITDA не выше 3–3,5) и собственный капитал хотя бы на уровне 10–15% от баланса, перечисляет Хохрин.

Несколько облегчить оценку заемщика могут кредитные рейтинги. Сейчас они необязательны для размещения облигаций и в p2b-кредитовании. Но с октября биржа будет требовать их наличия для всех облигаций, включаемых в сектор роста, а дальше планирует двигаться к тому, чтобы наличие рейтинга было обязательным условием для всех эмитентов, выходящих на публичный долговой рынок, говорит представитель биржи. В таком случае инвестор сможет ориентироваться по релизам рейтинговых агентств, где описаны все потенциальные риски. Кроме того, присвоив рейтинг, агентство минимум раз в год его пересматривает, заново анализируя показатели компании – как публичные, так и непубличные, изучает финансовую модель компаний, проводит встречу с топ-менеджментом и собственниками, объясняет Митрофанов. По его словам, хорошо также иметь хотя бы базовое представление о бизнесе компании, понимать, как он устроен, на чем зарабатывает, какие расходы несет, от каких рисков зависит, насколько эффективен, с кем можно его сравнить.

Кому подходят МСБ

Инвестиции в МСБ слишком рискованны для неподготовленного частного инвестора, резюмирует генеральный директор «Спутник – управление капиталом» Александр Лосев: даже если инвестор досконально разбирается, как устроен бизнес, он может не учесть всех рисков. Например, несколько лет назад испытанием для торговли и общепита стало введение платных парковок в Москве, напоминает он. По мнению Лосева, пожалуй, единственная перспективная ниша для инвестиций – это небольшие IT и финтехкомпании, которые, в частности, оказывают услуги крупным предприятиям и работают на экспорт программного обеспечения.

«Краудлендинг и ВДО годятся инвесторам с совокупным портфелем не менее 500 000–600 000 руб., из которых 10–15% свободно, их и стоит распределять между облигациями и займами для МСБ, если нет возможности положить эти же средства на ИИС», – указывает Смирнова.

Солнцев предостерегает от подобных инвестиций людей с небольшими накоплениями: это не должны быть последние деньги или средства, которые отложили, например, на квартиру. По его словам, на любые рискованные вложения, в том числе в прямые инвестиции, разумно направлять не больше 20% сбережений.