Статья опубликована в № 4740 от 25.01.2019 под заголовком: Хуан Гуайдо: «Мое поколение не успокоится»

Что известно о Хуане Гуайдо, провозгласившем себя президентом Венесуэлы

Новоиспеченный председатель парламента Венесуэлы, ссылаясь на конституцию, объявил Николаса Мадуро нелегитимным президентом, чтобы занять его место до новых выборов
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Когда Хуан Гуайдо стал председателем Национальной ассамблеи, никто ничего не мог сказать о его рейтинге, жаловался венесуэльский социолог Луис Виченте Леон интернет-изданию La Patilla. Никому в голову не приходило включать такого малоизвестного политика в какие-либо опросы.

Но вот Гуайдо пообещал в начале года: «Мы выгоним Мадуро и его банду из власти. Мы входим в самый опасный период нашей истории» (цитата по The Washington Post). И немедленно перешел от слов к делу. С Гуайдо не работает обычная риторика Мадуро против оппозиционеров: мол, это очередной осколок бывшей элиты, жаждущей реванша. В 1999 г., когда Уго Чавес пришел к власти, Хуану было всего 15 лет. Его семья, в которой было восемь детей, считалась принадлежащей к среднему классу, но никак не элитой. Отец – гражданский летчик, мама – учительница, один дед – сержант гвардии, другой – капитан ВМФ.

Так что Мадуро подошел с другой стороны. Называл Гуайдо «мальчиком», напирал на его малоизвестность («люди спрашивают, кто это вообще такой») и даже издевался над фамилией, путая ее с Гуайер (так называется река, делящая Каракас на две части, которая прославилась загрязненностью – сюда сливается львиная доля сточных вод столицы).

Но власти сами способствовали популярности никому не известного политика. 13 января Гуайдо ехал из Каракаса в родной штат Варгас. Его остановили силовики в масках из Боливарианской национальной разведывательной службы (SEBIN) и 45 минут удерживали в фургоне. Вместе с ним задержали двух журналистов – CNN и колумбийского радио Caracol. Потом всех отпустили. В тот же день в Twitter число его подписчиков скакнуло со 100 000 до 330 000, подсчитала The Washington Post.

Власти потом заявили, что акция была спланирована некими превысившими полномочия чиновниками, которые понесли наказание. А сам герой уверял, что задержавшие его агенты явно симпатизировали оппозиции. «Друзья мои, – сказал им Гуайдо. – Правила игры изменились. Они хотели нас запугать, ответ будет – мы не боимся» (цитата по The Washington Post).

Его университеты

Гуайдо родился 28 июля 1983 г. в г. Ла-Гуайра, где находится крупнейший порт страны, а неподалеку – аэропорт им. Симона Боливара, через который лежит путь в Каракас. До самой столицы по прямой около 10 км. Но так как два города разделяют горы, по шоссе ехать около 30 км.

С конституцией в руках
С конституцией в руках

Перед тем как объявить себя врио президента, 15 января Гуайдо опубликовал в The Washington Post статью, где называл выборы Мадуро «фарсом» и уверял, что тот не имел права идти еще на один срок. «Но Венесуэла не типичная диктатура. Режим может быть связан с наркотрафиком или боевиками, но у нас также есть функционирующий демократически избранный парламент – Национальная ассамблея, [которая] продолжает делать свою работу, поддерживаемая международным сообществом и большинством венесуэльцев». Он ссылался на ст. 233, 333 и 250 конституции. Если страна лишается президента, власть переходит к председателю Национальной ассамблеи до новых выборов, гласит первая. Каждый венесуэлец обязан бороться за соблюдение конституции, гласит вторая. Народ должен бороться против режима, нарушающего демократические ценности и права человека, говорится в третьей. Не забыл он и одну из главных сил в стране – военных: «Цепочка командования была нарушена, главнокомандующего нет – пришло время встать на правую сторону в истории».

Штат Варгас, в котором находится Ла-Гуайра, в декабре 1999 г. больше остальных пострадал от сильных дождей, ставших причиной сильнейших оползней и наводнений. Счет идет на десятки тысяч погибших. Семья Гуайдо отделалась относительно легко: был «всего-то» разрушен их дом, пришлось искать новое жилье.

Учиться Гуайдо отправился в Католический университет Андреса Белло в Каракасе. Там он увлекся общественной деятельностью. На сайте партии «Народная воля» его называют одним из учредителей Генерального совета студенческих представителей (COGRES) в университете и делегатом от университета на съезде этого совета. Получив в 2007 г. диплом по специальности «промышленная инженерия», он продолжил образование по программам Университета Джорджа Вашингтона в венесуэльском Институте перспективных исследований в области управления.

Со студенческих лет Гуайдо принимает участие в протестах – сначала против Чавеса, потом против Мадуро. Когда в начале этого года журналист Associated Press поинтересовался, не боится ли он разделить участь других оппозиционеров – оказаться за решеткой или в эмиграции, он ответил «нет» и показал на шею: «У меня до сих пор отметины от резиновых пуль со времен протестов [2017 г.]».

Гуайдо регулярно занимается спортом и находится в хорошей форме. Болеет он за бейсбольную (это национальный вид спорта в Венесуэле) команду родного штата Tiburones de La Guaira, несмотря на ее хронические неудачи в национальной лиге.

Путь в политику

Казалось, что и в политической жизни он поставил на неудачников. Его наставником стал Леопольдо Лопес – оппозиционер, основавший 10 лет назад партию «Народная воля». Когда в 2014 г. Лопес объявил на пресс-конференции о стратегии борьбы с Мадуро и начале протестов, Гуайдо был рядом с ним. Но Мадуро всего год как стал президентом, вера в него в народе была еще сильна – затея провалилась. Лопес был арестован за подстрекательство к насилию во время акций протеста и попал в тюрьму на 14 лет. В позапрошлом году камеру ему поменяли на домашний арест.

Тем временем Гуайдо строил политическую карьеру. С 2010 по 2015 г. он был помощником депутата Национальной ассамблеи, а потом сам пошел на выборы, перед этим показав характер: участвовал в голодовке с требованием определить дату выборов. В 2015 г. он прошел в парламент, получив более 97 000 голосов. Сначала заседал в комитете по внутренней политике, а в 2017 г. вошел в счетную комиссию и расследовал коррупционные дела мадуровских чиновников. Его коллеги, опрошенные The Telegraph, запомнили его очень работоспособным молодым человеком, мастерски умеющим находить компромиссы.

В прошлом году Гуайдо возглавил оппозиционную коалицию «Круглый стол демократического единства», а 5 января этого года его избрали председателем Национальной ассамблеи. Высокие посты он наследовал не в последнюю очередь потому, что многие лидеры оппозиции были или под арестом, или бежали из страны, пишет The Washington Post.

«Люди разочаровались в оппозиции и устали от одних и тех же лиц политиков из старой элиты, которые терпели провал за провалом», – объясняет Маргарита Лопес Майя, политолог из Каракаса, популярность Гуайдо (цитата по The New York Times). «Гуайдо не закаленный ветеран, как другие политики, но это может работать в его пользу, – полагает Дэвид Смилде из фонда Washington Office on Latin America. – У него нет закулисной политической культуры, и он может привнести что-то новое» (цитата по The Washington Post). Американский журнал Americas Quarterly тоже надеется, что Гуайдо свободен от закулисных соглашений между оппозиционерами.

А вот британская The Telegraph в этом сомневается. Гуайдо и Лопес общаются не менее полудюжины раз в день. Нет ни одного высказывания или решения Гуайдо, которое заранее не одобрено Лопесом, ссылается газета на их однопартийца, пожелавшего сохранить анонимность.

Работу на новом посту Гуайдо начал с объявления плана, как противостоять Мадуро, из восьми пунктов. Он включал в себя меры вроде образования фонда за пределами страны, где конфискованные деньги венесуэльских коррупционеров будут храниться до смены правительства, пишет FT. В инаугурационной речи 5 января он назвал Мадуро «узурпатором» и заявил, что, если тот 10 января заступит на очередной шестилетний президентский срок, это будет означать конец конституционного порядка. Мадуро, конечно, не обратил на это внимания. Вопрос был в том, осмелится ли Гуайдо противостоять ему.

Леон, возглавляющий венесуэльский фонд опроса общественного мнения Datanalisis, сочувствовал его положению: «Если Гуайдо решится [объявить себя президентом], часть оппозиции сочтет его психом, если нет – другая часть назовет его трусом» (цитата по La Patilla). 23 января Гуайдо решился.

Парламентские рычаги власти

У Национальной ассамблеи, в которой председательствует Гуайдо, с одной стороны, немного власти, но с другой – есть весьма действенные рычаги.

Мадуро поссорился с Национальной ассамблеей еще в 2015 г., когда 109 мест из 164 завоевала оппозиция и сразу начала попытки свержения Мадуро. В январе 2017 г. парламент проголосовал за отстранение Мадуро от власти. Это был чистой воды пиар: никакого юридического права на это у депутатов не было. Но президент затаил обиду, и в марте 2017 г. полномочия парламента забрал себе Верховный суд. Страна ответила протестами, через три дня полномочия вернули парламенту обратно. Но Мадуро не успокоился. В июле 2017 г. в стране прошли выборы в Конституционную ассамблею, которая вместо Национальной ассамблеи стала главным законодательным органом страны. Формировалась Конституционная ассамблея по таким хитрым принципам, что в ней подавляющее большинство оказалось лояльным Мадуро.

Тонкость в том, что, хотя внутри страны Национальная ассамблея фактически лишена влияния, за пределами Венесуэлы ее признают политической силой. 14 стран Латинской Америки – так называемая группа Лимы – отказывается считать Конституционную ассамблею законной структурой. 4 января группа еще раз официально подтвердила свою позицию и добавила, что инаугурацию Мадуро она тоже не признает.

«Если правительство США признает Гуайдо президентом, американские суды будут рассматривать его как единственного, кто имеет право распоряжаться [государственными] активами, – писала The Washington Post еще до переворота. – Так что его правительство, хоть и параллельное, будет располагать неслабыми экономическими рычагами». Например, в начале этого года группа держателей облигаций страны заявила, что не собирается вести переговоры с Мадуро об отсрочке выплат, так как его правительство незаконное. Венесуэла может потерять контроль и над американской нефтяной компанией Citgo (принадлежит государственной венесуэльской PDVSA), грозит The Washington Post. Есть и другие нюансы. Например, по конституции Венесуэлы именно Национальная ассамблея должна одобрять каждый заем государства, добавляет Americas Quarterly.

Свою дочь Гуайдо назвал в честь пламенного венесуэльского борца за независимость. Но не Симона Боливара, которого подняли на знамя Чавес и Мадуро, а его современника Франсиско Миранды. Речи Гуайдо выдержаны вполне в духе этих революционеров: «Мы выжившие, а не жертвы <...> Мы выжили и собираемся выживать впредь, потому что верим, убеждены, что Венесуэла должна быть лучше <...> Если Гуайдо пленят, его заменит другой, потому что мое поколение не успокоится, оно не собирается успокаиваться» (цитата по La Patilla).

Как мировые политики отреагировали на попытку смены власти в Венесуэле

Читать ещё
Preloader more