Статья опубликована в № 4907 от 26.09.2019 под заголовком: Али Бабаджан: Мы хотели создать совсем другую Турцию

Что известно о новом оппоненте Эрдогана

Али Бабаджан, соучредитель правящей Партии справедливости и развития Турции, намерен создать другую партию

В сентябре Али Бабаджан, бывший министр экономики (2002–2007) и вице-премьер (2009–2015) Турции, сказал в интервью газете Karar, что работает над формированием «широкой команды», состав которой он надеется объявить до конца этого года. Вслед за этим интернет-издание Habertürk со ссылкой на свои источники сообщило, что политик уже некоторое время организует периодические встречи с бизнесменами и иностранными инвесторами, намереваясь создать новую партию.

Бабаджан – соучредитель правящей Партии справедливости и развития (ПСР) Турции. Когда в июле он сдал партийный билет, событие обсуждали не только по всей стране, но и во всем мире. Развод с партией Бабаджан сопроводил заявлением: «В последние годы возникли глубокие противоречия между принципами и ценностями, в которые я верю, и их применением [ПСР] на практике. Сложившаяся ситуация потребовала совершенно нового видения будущего Турции, ведь у нас есть новое, динамичное и многообещающее поколение, у которого совершенно другие требования».

Партию Эрдогана уже покидали фигуры такого масштаба. Другой соучредитель ПСР, Абдулла Гюль, вышел из ее рядов, став президентом Турции (до 2017 г. пост должен был занимать беспартийный), но потом не вернулся. А видный политик – бывший премьер-министр Ахмет Давутоглу 2 сентября был исключен из рядов ПСР.

Но Бабаджан использовал свою отставку, чтобы сделать заявление, которое услышит вся страна. Это смелый шаг и смелые высказывания, учитывая уровень репрессий в Турции и последствия, с которыми сталкиваются те, кто посмел бросить вызов авторитету Эрдогана, пишет газета The Arab Weekly. Издание задается вопросом: Бабаджана считают политиком, у которого есть шансы в борьбе с Эрдоганом, но решится ли он всерьез вступить в эту схватку?

Какие нужны реформы

«Бабаджан представляет собой самый серьезный политический вызов для Эрдогана», – говорил интернет-изданию The National Тимоти Эш, старший экономист BlueBay Asset Management. Бабаджан – один из самых уважаемых министров, работавших в современной Турции. Он представлял либеральное крыло ПСР, которое импонирует сторонникам прозападного развития страны.

Бабаджан пользуется на родине большим уважением как идеолог реформ, которые вытащили Турцию из глубокого инфляционного кризиса в начале 2000-х гг. Он был назначен министром по экономическим вопросам в 2002 г., когда ему было всего 35 лет. В следующее десятилетие он помог превратить Турцию в страну с растущей экономикой – одной из самых быстро развивающихся в мире. С небольшим перерывом он занимался экономикой до 2015 г., когда ушел из правительства по причине правовой коллизии: кабинет состоит из парламентариев, а устав ПСР не разрешал членам партии избираться более чем на три срока. В тот год не один Бабаджан, но многие видные члены ПСР не смогли пойти на выборы. Но в июне 2015 г. ПСР не смогла набрать на выборах парламентского большинства, а попытка создать коалицию провалилась. Партия утвердила ряд исключений, в результате на перевыборах в ноябре Бабаджан стал-таки депутатом. Но места в правительстве Эрдоган для него не нашел.

The National обращает внимание, что именно в ту пору Эрдоган стал особенно нетерпим к отличным от своего мнениям, а за несколько месяцев до отставки в прогосударственных СМИ стали писать, что Бабаджан может быть связан с противником Эрдогана Фетхуллахом Гюленом.

Бабаджан отлично понимает и использует свои козыри. Он вспоминает сытые годы и сетует, что с определенного момента все в стране пошло не так. Его репутация завязана на рост экономики, которая при нем бурно развивалась. А вот с прошлого года страна вошла в рецессию. Инфляция измеряется двузначными цифрами, курс лиры волатилен, а инвесторы воздерживаются от вложений, опасаясь стремления Эрдогана контролировать решения в экономике и ключевые институты – такие, как ЦБ.

Демарш Бабаджана последовал через два дня после того, как Эрдоган уволил главу ЦБ. В интервью Karar политик сказал, что решение, какую установить процентную ставку, «полностью в руках властей», а не ЦБ, и предупредил, что проблема Турции с верховенством права «пугает инвесторов». По его мнению, основная проблема в экономике страны – отсутствие предсказуемости. «Необходимо укреплять репутацию и надежность институтов, особенно их независимость, – считает он. – Денежно-кредитная политика, фискальная политика и макропруденциальные решения должны быть гармоничными и предсказуемыми. Надо снова запустить структурные реформы».

Но самая серьезная проблема Турции, по мнению Бабаджана, не экономика, а свобода и справедливость. ПСР, отмечает он, раньше поддерживала «права человека, свободы, плюралистическую демократию и верховенство закона», но отошла от этих ценностей: «После всех успехов нас очень печалит нынешнее состояние Турции».

Правящая партия ослабела

Появление новой партии – не сверхъестественное событие для Турции. Это что-то вроде национального спорта, шутит The Arab Weekly. В 2012 г. была основана курдская Демократическая партия народов, менее двух лет назад – националистическая Хорошая партия. Нельзя сказать, чтобы они стали серьезной угрозой для партии Эрдогана. Выступления против власти тоже ничем знаменательным не кончились. Антиправительственные протесты в парке Гези в 2013 г. производили мощное впечатление, но сошли на нет. Попытка переворота в июле 2016 г. была подавлена буквально за несколько часов.

Но сейчас времена другие. ПСР и ставленники президента проиграли выборы мэров в пяти из шести самых густонаселенных городов, включая Анкару и Стамбул, с которого началось политическое восхождение Эрдогана. И не смогли отбить обратно: повторное голосование в Стамбуле показало рост симпатий к оппозиционному кандидату Экрему Имамоглу.

Турецкая Республика

Государство в Азии и Европе


Территория – 783 630 кв. км.

Население (2018 г.) – 82 млн человек.
Инфляция (август 2019 г., в годовом выражении) – 15,01%.
Безработица (июнь 2019 г.) – 13%.
ВВП (2018 г., в текущих ценах по данным МВФ) – $766,4 млрд.
Внешняя торговля (2018 г.): экспорт – $167,9 млрд, импорт – $223 млрд.
Госдолг (2018 г., оценка МВФ) – 29% ВВП.
Международные резервы (июль 2019 г.) – $99,4 млрд.
Внешний долг (I квартал 2019 г.) – $453,4 млрд (60,6% ВВП).

ПСР многого достигла благодаря тому, что объединила лучшие умы Турции. Сегодня у партии есть только один: Эрдоган. Его окружают подхалимы с небольшим опытом или не очень искушенные в управления страной, пишет The Arab Weekly. Пока экономика была на подъеме, многие турки смотрели сквозь пальцы на то, как Эрдоган захватывал все больше власти и управлял все более авторитарно, добавляет журнал BNE IntelliNews.

Если бы Гюль и Давутоглу решились объединиться и создать новую партию с Бабаджаном, множество членов ПСР, разочаровавшихся в лидере, могли бы пойти за ними, считает The Arab Weekly. Но похоже, альянс не состоится. Если верить Бабаджану, Гюль «полностью поддерживает» его начинание, но не готов присоединяться ни к одной из партий после того, как занимал независимый пост президента.

А в объятия к Давутоглу не стремится сам Бабаджан, поскольку их «политические приоритеты, методы и стиль совершенно разные». И недаром: недавний опрос, проведенный социологической службой PIAR, показал, что 80% избирателей ПСР никогда не поддержат партию, основанную Давутоглу. Появившиеся на этой неделе данные опроса турецкой исследовательской компании ADA подтверждают: Бабаджан популярнее. Его готовы поддержать на выборах 10%, а Давутоглу – 7,3%.

До 2023 г. следующие выборы в Турции не планируются. Но некоторые эксперты считают, что Эрдоган попытается при помощи кредитов вызвать краткосрочный рост экономики и использовать его для досрочных выборов до того, как наберут силу конкуренты. Как иронизирует турецкий собкор Financial Times (FT), за последние 12 лет в Турции проведено 14 выборов или референдумов, поэтому трудно поверить, что до очередных выборов пройдет целых четыре года.

Разочарование Бабаджана

Бабаджан родился 4 апреля 1967 г. в Анкаре. Еще ребенком он помогал своему отцу в текстильном магазинчике в рабочем пригороде Анкары. Окончив Ближневосточный технический университет, уехал учиться в США. У него диплом МВА Школы менеджмента им. Келлога. Два года он отработал в компании финансового консалтинга QRM в Чикаго и вернулся в 1994 г. в Турцию, где стал главным советником мэра Анкары. Но основные деньги он зарабатывал, руководя семейной текстильной компанией.

В 2002 г. Бабаджан был избран в Великое национальное собрание от Анкары и вошел в правительство от ПСР. После пяти лет работы министром экономики он с августа 2007 г. по апрель 2009 г. возглавлял МИД, а затем по 2015 г. снова отвечал за экономику как вице-премьер.

Когда Бабаджан впервые стал министром (кстати, самым молодым в кабинете), страна приходила в себя после кризисных 2000–2001 годов. За помощью Анкара обратилась к МВФ, который еще в 2001 г. разработал программу по выходу из кризиса. Ему удалось воплотить план в жизнь.

Была изменена налоговая политика. Например, импорт технологий освобожден от НДС и таможенных пошлин, многие фирмы на определенных условиях получили налоговые льготы для R&D. Все это дало толчок экспорту высокотехнологичной продукции. Правда, бюджет о себе не забыл, компенсируя послабления высокими косвенными налогами: до 78% на табачные изделия и до 67% на бензин, перечисляет деловой журнал Exrus.eu. Государство отказалось от поддержки курса лиры, ЦБ реализовал ряд успешных антиинфляционных мер, и в 2005 г. была проведена деноминация и введена в обращение новая лира.

Была проведена обширная приватизация. Созданы особые экономические зоны. Государство стало открывать рынки для иностранцев, в итоге экспорт автомобилей превзошел экспорт такого традиционного для Турции товара, как текстиль. При этом государство защищало внутренний рынок: вплоть до того, что госслужащие и менеджеры госкомпаний должны были летать в командировки только турецкими авиакомпаниями. Правительство активно поддерживало также малый и средний бизнес, в том числе льготными кредитами.

«Мы хотели создать совсем другую Турцию, – рассказывал Бабаджан Karar. – Видеть, что наши усилия не увенчались успехом, – огромное разочарование. <...> Я говорю об отклонении, которое началось в 2011 г. и особенно ускорилось после 2013 г.». В 2013 г. прошли общенациональные протесты, случился крупный коррупционный скандал, в котором оказались замешаны министры. И руководство страны стало переходить к явно авторитарной риторике. «Турция должна быть открытой страной с открытой экономикой. Закрытая страна становится бедной, а демократия в ней ослабевает», – настаивает Бабаджан.

До последнего времени у Бабаджана был имидж технократа, который держится подальше от политики, пишет The National. До 2018 г. он был членом парламента от ПСР, но на последние выборы решил не ходить. Депутатский мандат был для него, по существу, лишь пропуском в правительство. Однако терпение его истощилось: «В последние годы существенные противоречия возникли между политикой [партии] по ряду направлений и моими собственными принципами, ценностями и идеями» (цитата по FT).

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more