Что Китай, Россия и ШОС будут делать после шока войны в Иране

Министр обороны КНР адмирал Дун Цзюнь с 23 по 28 апреля запланировал последовательные визиты в Россию и Киргизию, которая в 2026 г. председательствует в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Как сообщило министерство обороны КНР, там состоится совещание руководителей военных ведомств стран – участниц организации. В нее входят также находящийся в стадии временного перемирия с США Иран, Россия, Белоруссия, государства Центральной Азии, Индия и Пакистан. Во второй половине мая Китай может посетить сам президент Владимир Путин. Саммит ШОС 2026 г. состоится в августе в Бишкеке.

В 2025 г. саммит ШОС проходил в Китае и привлек большое внимание из-за масштабности мероприятия. В частности, на него съехались все лидеры стран – участниц организации, включая Путина и Нарендру Моди, премьера Индии, имеющей непростые отношения с КНР. В 2025 г. ШОС несколько раз осуждала удары США и Израиля по Ирану, в отличие от конфликта 2026 г., когда от имени организации была выражена лишь «озабоченность». Примерно за 10 дней до войны, развязанной в конце февраля США и Израилем против Ирана, Китай отказался от участия в совместных учениях с Россией и Ираном «Морской пояс безопасности – 2026».

Про то, что «военный союз России и Китая сегодня невозможен и, возможно, не нужен», пишет на сайте РСМД его президент Дмитрий Тренин. Но, по его мнению, это не значит, что Москве и Пекину «не нужны более тесная координация и более глубокое взаимодействие» по важнейшим глобальным вопросам. Он предлагает использовать возникшую паузу в войне США и Израиля против Ирана «для развития трехстороннего взаимодействия России, Китая и Ирана с целью укрепления оборонных возможностей Тегерана».

Министр обороны КНР в управленческой иерархии стоит ниже руководителя Центрального военного совета (ЦВС), который сейчас находится в руках председателя КНР Си Цзиньпина, а также двух его замов в этом военном органе. Но с января 2026 г. один из этих постов вакантен – после неожиданных обвинений коррупционного свойства в адрес близкого соратника Си Чжан Юся. Сам Дун в ЦВС не состоит, и его полномочия больше касаются представительских функций на внешней арене.

В целом ШОС как организация в ходе войны Ирана и США с Израилем практически никак не обозначила себя, отмечает заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин. Пусть в ШОС и нет механизма коллективной обороны (как в НАТО), но отсутствие даже жесткого консолидированного заявления насчет агрессии стало весьма показательным, как организация реагирует на критические ситуации. Следовательно, ШОС, по словам Притчина, еще требует серьезного развития для превращения в реально консолидирующую силу.

ШОС строилась изначально как структура обеспечения региональной безопасности, с претензиями в будущем на развитие регионального сотрудничества и на влияние на механизмы глобального управления, говорит директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин. И сейчас в Китае делают упор именно на последнем – а именно как Пекин, опираясь на ШОС и БРИКС, может способствовать политике по строительству многополярности. Но в реальности сейчас с этим сложно, так как США разрушают всю систему международных институтов и правил, а значит, затруднительно и оказывать влияние на механизмы глобального управления, говорит Кашин.

Если же говорить о вопросах региональной безопасности, то проблема еще и в том, что Китай, будучи ключевой страной ШОС, в последнее время очень сильно сократил свое участие в этих вопросах. По наблюдению Кашина, Пекин свернул почти всю свою активность в этом контексте примерно после встречи Си и Дональда Трампа в конце октября 2025 г. в Южной Корее, когда был взят курс на стабилизацию американо-китайских отношений и началась подготовка серии договоренностей о правилах игры в торгово-экономической плоскости. И в 2025 г. КНР никак не проявила себя, например, в конфликте Таиланда и Камбоджи (в отличие от Трампа, который считает, что урегулировал его. – «Ведомости»), и после захвата американцами президента Венесуэлы Николаса Мадуро, и, наконец, в войне Ирана и США. Такое поведение вызвало фрустрацию не только в Иране (пусть и не в официальной риторике), где хотели бы получить поддержку КНР, но и в странах Персидского залива, по которым наносились иранские удары. И сейчас задачей в ШОС, по мнению Кашина, может стать просто сохранение потенциала организации, чтобы снова развернуть активную работу в будущем, когда в мире появятся более ясные правила игры. Что же касается визита Дуна в Москву, то он может быть связан с ежегодным заседанием Российско-китайской комиссии по военно-техническому сотрудничеству, которое в последние годы очень засекречено, но продолжается в серьезных масштабах.

В подготовке статьи участвовал Глеб Мишутин