Экс-куратор космической промышленности КНР поплатился за коррупцию и разложение

Руководство КПК исключит из партии бывшего секретаря парткома (занимал пост в 2021–2025 гг.) Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) Ма Синжуя на ближайшем пленуме Центрального комитета. Как сообщило агентство «Синьхуа» 14 июля, это было согласовано на заседании Политбюро ЦК КПК по итогам расследования еще 30 июня.

66-летний Ма Синжуй при этом не только исключен из партии, чьи идеалы он утратил, а от ее миссии – отрекся, но и уволен с госслужбы. Ранее в июне он был лишен права быть делегатом Всекитайского собрания народных представителей. Конкретные грехи Ма, согласно официозу: он лжесвидетельствовал, принимал нелегально подарки, в том числе в денежном виде, помогал своим родственникам как приобретать жилье ниже рыночной стоимости, так и в более широком контексте. С помощью денег и власти топ-чиновник добивался секса. Кроме того, с использованием служебного положения он помогал предприятиям в вопросах хоздеятельности, заключении контрактов на строительные подряды и продвижении по службе их менеджеров. Наконец, бывший руководитель Синьцзяна со своим кланом просто незаконно обогащался в особо крупном размере (конфискация нелегально нажитого предусмотрена). Со всеми этими обвинениями будут разбираться органы прокуратуры КНР.

Впервые о расследовании относительно Ма со стороны Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины и государственного надзорного комитета КНР было объявлено 3 апреля 2026 г. При этом Ма Синжуй не появлялся в публичном поле с осени 2025 г., а тем же летом он был снят с должности главы парткома КПК СУАР – самого большого по площади в стране региона, населенного почти наполовину исповедующими ислам уйгурами. В апреле 2025 г. он принимал в столице Синьцзяна Урумчи делегацию российских депутатов. После этого визита вице-спикер российской Думы Владислав Даванков сообщил о договоренности об обмене опытом с китайской стороной по цифровому контролю мигрантов (регион на западе КНР внедрил передовые технологии в этой области).

Ма Синжуй сначала долго делал академическую карьеру на севере страны в Харбинском политехническом университете, где получил степень доктора технических наук. Вступив в КПК в возрасте 28 лет, позже перешел в сферу аэрокосмической промышленности, в 2000-е гг. дослужился до руководителя китайской аэрокосмической научно-технической корпорации (CASC). В 2013 г. Ма был сразу на должностях руководителя Государственного космического управления (CNSA, там он отвечал за проект первого китайского лунного зонда «Чанъэ-3») и корпорации по атомной энергии КНР, а также занимал пост замминистра промышленности и информатизации. В последующие годы Ма служил секретарем парткома Шэньчжэня, губернатором южной провинции Гуандун и, наконец, с декабря 2021 г. до 2025 г. занимал главный партийный пост в ранее неспокойном Синьцзяне.

В Политбюро ЦК КПК после XX съезда с октября 2022 г. входило 24 человека, и по плану они должны были там находиться до осени 2027 г. Но Ма стал уже третьим из их числа, попавшим под антикоррупционное расследование – после двух бывших зампредов Центрального военного совета Хэ Вэйдуна (был исключен из Политбюро осенью 2025 г.) и ближайшего соратника Си Чжан Юся. Причем официально об исключении из партии последнего не объявлено до сих пор после громкой новости о начале расследования в январе 2026 г. Подобным развитием ситуации, с одной стороны, руководство демонстрирует, что статус члена Политбюро не обеспечивает неприкосновенности, но с другой – каждое такое дело показывает ограниченность предварительного кадрового отбора и системы внутреннего контроля, говорит старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Игорь Денисов.

Дело Ма Синжуя официально описано как сочетание кадрового покровительства, бизнеса и «семейной коррупции», но, как говорит эксперт, серьезных сомнений в его политической лояльности, по-видимому, не было. В частности, в официальном объяснении отсутствуют характерные маркеры организованной политической нелояльности («создание группировок», «формирование личной фракции», «политические амбиции», «подрыв единства партии» или «заговорщическая деятельность»). Именно подобные формулировки употребляются, когда руководство хочет представить дело как борьбу с альтернативным политическим центром. Значение дела Ма состоит прежде всего в пресечении способности высокопоставленного руководителя создавать вокруг себя относительно автономную и устойчивую коррупционную сеть, полагает Денисов: объектом расследования по этому партийному делу стало не только личное поведение, но и весь создаваемый чиновником «периметр власти». Это соответствует сложившемуся в КНР пониманию коррупции как устойчивой инфраструктуры, способной переживать переход чиновника из одной отрасли или провинции в другую, говорит эксперт. При этом, учитывая карьеру Ма Синжуя, в КНР это и важный сигнал для аэрокосмической отрасли, которая ранее воспринималась не просто как элитное отраслевое сообщество, подчеркивает Денисов: выходцы из аэрокосмического сектора и ОПК ранее рассматривались как перспективный кадровый резерв новой технологической эпохи. Падение Ма Синжуя на фоне масштабных расследований в оборонном секторе показывает, что отраслевой авторитет и репутация эффективного технократа больше не обеспечивают автоматического кредита доверия.

На пути к XXI съезду КПК в 2027 г. и ожидаемого обновления элиты, вероятно, произойдет не отказ от технократов, а изменение условий их продвижения, говорит Денисов: профессиональная компетентность будет сочетаться с гораздо более жесткой проверкой политической лояльности, семейных и деловых связей и всей предшествующей карьеры. И речь идет не о конце технократии в целом, а об отказе от идеи о технократе без политических амбиций и потому особенно надежном управленце, заключает Денисов.