2 марта 1931 г. на свет появился Михаил Горбачев. За недолгий срок во главе государства он успел запустить реформы в экономической, общественной и политической жизни Советского Союза, которые во многом и привели к его распаду. Какими шагами запомнился последний генсек – в галерее «Ведомостей».

Сразу после прихода к власти в 1985 г. Горбачев провозгласил курс на ускорение социально-экономического развития страны. Под этим лозунгом подразумевалось внедрение новых методов производства, хотя на деле достичь поставленных задач – например, почти вдвое увеличить темпы развития машиностроения или обеспечить каждую семью собственной квартирой, – советское руководство пыталось привычными административными методами. В частности, путем создания дополнительных контролирующих органов. В результате вливания в экономику оказались напрасными – дефицит бюджета вырос в три раза.

«Задача ускорения темпов роста, притом существенного, вполне выполнима, если в центр всей нашей работы поставить интенсификацию экономики и ускорение научно технического прогресса, перестроить управление и планирование, структурную и инвестиционную политику, повсеместно повысить организованность и дисциплину, коренным образом улучшить стиль деятельности» (из выступления на пленуме ЦК КПСС, 23 апреля 1985 г.).

На фото: Михаил Горбачев на ЗиЛе, 1985 г.

Тогда же Горбачев инициировал одну из самых масштабных антиалкогольных кампаний в отечественной истории. Она стала естественным следствием политики ускорения: пьянство мешало повышению производительности труда. И хотя тотальный запрет на алкоголь в СССР не вводился, по инициативе генсека его производство радикально сократилось. Была ограничена продажа высокоградусных напитков, введена уголовная ответственность для самогонщиков, активизирована пропаганда спорта. В результате возросла продолжительность жизни, однако и без того дефицитный бюджет недополучил существенный объем доходов. На фоне общественного недовольства уже в 1988 г. кампанию свернули.

«Я, когда ездил по стране, заметил: меня везде женщины поддерживали, а вот мужики наоборот. Ясна была картина» (об итогах антиалкогольной кампании в интервью «Комсомольской правде», 15 мая 2015 г.).

Когда стало очевидно, что политика ускорения желаемого эффекта не приносит, Горбачев выдвинул на первый план новую концепцию – идею так называемой перестройки. Этот курс предполагал уже не только экономические реформы, но и преобразования в общественной жизни и даже в политической системе Советского Союза. Благодаря масштабу событий, которые спровоцировал генсек, вся эпоха конца 1980-х и начала 1990-х стала называться перестройкой.

«Это не выдумка, не какая-то мудреная затея группы людей, которых вдруг озарило, которые вдруг решили, что нужна какая-то перестройка. Нет, нас жизнь подвела к перестройке» (из выступления в Кремле, 29 сентября 1987 г.).

Одно из ключевых достижений перестройки – политика гласности, благодаря которой ослабла цензура, открылись архивы, прекратилось глушение западных радиостанций, были опубликованы ранее запрещенные произведения. Вскоре, однако, произошло неизбежное – из средства обновления социализма, какой ее видело советское руководство, гласность превратилась в инструмент утверждение гражданских и политических свобод.

«Иной раз, когда речь идет о гласности, приходится слышать призывы поосторожнее говорить о наших недостатках и упущениях, о трудностях, неизбежных в любой живой работе. Ответ тут может быть только один, ленинский: коммунистам всегда и при всех обстоятельствах нужна правда» (из выступления на XXVII съезде КПСС, 25 февраля 1986 г.).

С подачи генсека началась масштабная кампания по реабилитации жертв политических репрессий. В декабре 1986 г. Горбачев лично позвонил ссыльному академику Андрею Сахарову и предложил тому вернуться в Москву. По его инициативе была создана комиссия Политбюро ЦК КПСС по изучению материалов, связанных с преследованиями сталинских времен, благодаря работе которой более 1 млн незаконно осужденных граждан вернули себе честное имя.

«И сегодня еще не подняты тысячи судебных дел. Пятно несправедливости до сих пор не снято с советских людей, невинно пострадавших во время насильственной коллективизации, подвергнутых заключению, выселенных с семьями в отдаленные районы без средств к существованию, без права голоса, даже без объявления срока лишения свободы» (из указа «О восстановлении прав всех жертв политических репрессий 20-50-х», 13 августа 1990 г.).

В 1987 г. в Советском Союзе была частично легализована предпринимательская деятельность. И хотя она касалась только кустарных промыслов и бытового обслуживания, а заниматься ей можно было в свободное от основной работы время, возникла основа для развития частной инициативы. Уже в следующем году в СССР появились кооперативы. Тогда же был принят закон, который перевел государственные предприятия на полный хозрасчет и самофинансирование, позволив им самостоятельно планировать свою деятельность. Внедрение рыночных механизмов стимулировало отдельные отрасли, но в целом привело к кризису плановой экономики, росту дефицита и инфляции.

«Рынок нам нужен не сам по себе – это я подчеркиваю, – а для того, чтобы радикально реформировать нашу экономику, открыть дорогу инициативе, хозяйственной самостоятельности трудовых коллективов и каждого работника, каждого гражданина, в целом регионов, республик, краев, областей, с тем чтобы рационально использовать те огромные ресурсы, которыми мы реально располагаем и, используя которые, и опираясь на рынок, в конце концов получить реальный социально-экономический эффект» (из телеобращения о переходе на рыночные отношения, 27 мая 1990 г.).

Горбачев полагал, что справиться с экономическим кризисом можно путем частичной либерализации политической системы. В 1989 г. был создан новый высший орган государственный власти – Съезд народных депутатов. Выборы его делегатов впервые прошли на альтернативной и конкурентной основе. И хотя подавляющее большинство мандатов все равно досталось членам и кандидатам в члены КПСС, у коммунистов появилась легальная оппозиция – так называемая Межрегиональная депутатская группа, которая открыто требовала перехода к демократии. Одним из ее лидеров стал бывший первый секретарь московского горкома КПСС Борис Ельцин.

«Свободные выборы открыли много новых, интересных людей, прояснили позиции социальных слоев, о которых, как обнаружилось, у нас было весьма приблизительное, а порой и искаженное представление, сложившееся под давлением политической догматики…  Если КПСС хочет быть в авангарде перестройки, сказал я, она должна меняться. Последующие события показали, что партия оказалась неспособна выполнить эту роль, она не выдержала испытания демократией, свободой, гласностью» (из статьи для журнала «Россия в глобальной политике», 2 августа 2021 г.).

Политическая либерализация привела к резкому росту националистических настроений в союзных республиках. Осознавая, что постепенно они выходят из-под контроля КПСС и Москвы, в 1990 г. Горбачев инициировал создание поста президента СССР, став первым и последним политиком, который его занимал. Однако эффект оказался обратным: вскоре собственные президенты появились не только в союзных республиках – России, Азербайджане, Киргизии, Казахстане и других, но и в автономных – Татарстане, Якутии, Мордовии и проч. В 1991 г. генсек попытался переучредить СССР путем подписания нового союзного договора, однако августовский путч поставил крест на его усилиях. 26 декабря Советский Союз прекратил свое существование.

«Институт президентства стучится через изменение 6-й статьи (Конституции СССР, где говорилось о руководящей и направляющей роли КПСС. – "Ведомости")... Нам не надо колебаться, вовремя надо делать поворот к президентству. Не надо сдавать позиции. Никакая партия не сдает позиции, если она не самораспускается. Нам надо сохранить влияние партии на общество. Отказавшись от 6-й статьи, мы сохраним для партии конституционную поддержку» (из выступления на заседании политбюро ЦК КПСС, 7 марта 1990 г.).

На фото: Михаил Горбачев на последней в истории сессии Верховного Совета СССР.