Почти 80% россиян считают благотворительность делом каждого человека
Небольшие, но массовые пожертвования уже стали частью повседневной жизни, говорят эксперты
77% россиян в 2026 г. считают, что благотворительность должна быть делом каждого человека в меру его возможностей. За 20 лет доля придерживающихся такой позиции выросла на 21 п. п.: в 2006 г. она составляла 56%. Об этом говорится в исследовании Аналитического центра ВЦИОМ. Опрос методом телефонного интервью проводился в сентябре среди 1600 совершеннолетних россиян по всей стране.
Одновременно доля тех, кто считает благотворительность уделом прежде всего состоятельных людей, за 20 лет сократилась на 24 п. п. – с 41 до 17%. Доля затруднившихся ответить, напротив, выросла на 3 п. п. – с 3 до 6%.
Почти половина опрошенных (48%) считают, что государству не следует поощрять благотворительную деятельность частных лиц и компаний, так как она должна оставаться бескорыстной. За 20 лет доля придерживающихся такой позиции выросла на 10 п. п. – с 38 до 48%. За материальное поощрение благотворительности сейчас выступают 15% опрошенных, показатель почти не изменился по сравнению с 2006 г. Доля сторонников морального поощрения – общественного признания, известности или выражения благодарности – за это время сократилась на 10 п. п.: с 40 до 30%. Еще 7% респондентов затруднились ответить против 6% в 2006 г.
За последние 20 лет изменилось и представление о том, на что должна быть направлена благотворительность. Сейчас 51% опрошенных считают, что социальными проблемами должно заниматься государство, а благотворители могут самостоятельно выбирать, на что тратить свои средства, например на культуру и искусство. Доля сторонников этой позиции выросла на 7 п. п. – с 44 до 51%. Одновременно доля тех, кто считает, что благотворительность должна быть направлена прежде всего на решение наиболее острых социальных проблем, снизилась на 12 п. п. – с 50 до 38%. Доля затруднившихся ответить выросла на 5 п. п. – с 6 до 11%.
Большинство респондентов также считают, что благотворительность не следует афишировать. Сейчас 60% опрошенных согласны с тем, что она должна быть анонимной и широко говорить о добрых делах не следует. За 20 лет их доля выросла на 12 п. п. Противоположную позицию – что добрые дела благотворителей должны быть известны окружающим – разделяют 29% респондентов. Их доля за тот же период сократилась на 15 п. п. Еще 11% затруднились ответить против 8% в 2006 г.
Если сумма дарения небольшая – перевод с карты на 300 руб., например подписка на фонд, – то психологический барьер «это не для меня» исчезает, говорит доцент кафедры статистики РЭУ им. Плеханова Ольга Лебединская. По ее словам, благотворительность перестала требовать статуса состоятельного человека, потому что механически она стала доступна любому гражданину, у которого есть приложение банка в телефоне. Драйвером такого подхода являются миллениалы. Для них взаимопомощь – часть цифровой культуры, а не отдельная «высокая» практика, им проще принять идею, что помощь – обязанность всех, а не привилегия элиты, считает она.
Когда благотворительность была уделом элиты, она выполняла функцию статуса – отсюда и идея, что о добрых делах надо рассказывать. Людей, занимающихся благотворительностью, в первую очередь мотивирует внутреннее желание помочь, а не стремление укрепить свою репутацию, говорит Лебединская. Требование анонимности – это по сути способ «очистить» мотив: если рассказывать не о чем, значит, делаешь это не для показухи. Усиление анонимности связано и с недоверием к публичной благотворительности, добавила она.
По мнению социолога Дениса Волкова, тренд на то, что больше людей говорят, что благотворительность – это дело каждого, стал результатом развития отрасли. Благотворительность уже стала частью повседневной жизни. С другой стороны, что касается социальных проблем, растет убеждение, что самые серьезные проблемы без участия государства не решить, а также что государство не должно самоустраняться от этой сферы, считает эксперт.