Девять часов утра. По Лубянской площади едет серый Mitsubishi с желтой полосой на борту и красной надписью «Гражданский патруль». За рулем — координатор Федерации автовладельцев России Андрей Орел, на заднем сиденье — президент ФАР Сергей Канаев. Направляемся в сторону Красной площади. Президент и координатор рассказывают, что новоявленный «патруль» будет каждую среду выезжать в рейды по Москве (маршруты заранее не разглашаются), выявлять нарушения водителей и сотрудников ДПС. Автор идеи — Канаев, а деньги на три патрульные машины дал спонсор: имя активисты назвать отказываются.

Паркуемся под мостом у «Балчуга». Там дежурит второй раскрашенный Mitsubishi. На нем приехал активист ФАР Андрей Филин. Ожидая нас, он полчаса наблюдал за противоположным берегом Москвы-реки и зафиксировал 15 грубых нарушений ПДД при полном бездействии инспектора ДПС.

— Сейчас с ним пообщаемся, — обещает Орел.

С любительскими видеокамерами в руках активисты идут через мост к храму Василия Блаженного. У стен собора регулирует движение инспектор 1-го спецбатальона ДПС капитан Белошицкий. Поворота с Варварки на Васильевский спуск нет: нарисована сплошная линия разметки, стоит знак «Движение только прямо», а над поворотом висит еще и «кирпич». Несмотря на знаки и капитана Белошицкого в полной зимней форме, машины с номерами ЕКХ, МОО, АМР и РМР поворачивают на Васильевский спуск, даже не включая проблесковые маячки.

Увидев активистов, инспектор не убегает, а приосанивается и спрашивает, что ему делать.

— Соблюдать Правила дорожного движения и служить родине, — отвечает Орел.

Инспектор тут же начинает служить: перестает пропускать «блатных» через поворот, указывая палкой на дорожные знаки.

Со стороны Красной площади приближается молодой человек в черной куртке с меховым капюшоном. С улыбкой предъявляет активистам удостоверение старшего лейтенанта ФСО, спрашивает, не с телевидения ли они.

— Мы из ФАР, — отвечает Орел, показывая на жилет.

— А! Все за свободу боретесь. Ну тогда я пойду заниматься своей работой.

И ушел. «Видали? — радуется Канаев. — Даже ФСО понимает важность дела!»

У запрещенного поворота уже образовалась очередь. Больше всего в ней черных машин с неработающими маячками. Когда они пытаются повернуть, инспектор крутит пальцем в воздухе («Включи мигалку!»), а потом давит тем же пальцем на несуществующий гудок («И звуковой сигнал!»). Повинуются приказу единицы. Остальные раздраженно проезжают по правилам — прямо. Некоторые опускают стекло и интересуются, судя по мимике, не сошел ли инспектор с ума. Белошицкий тихо им говорит: «Едем без нарушений. Нас снимают». Стекла поднимаются, машины уезжают.

— Я уверен, этого капитана сейчас самого прет от работы, — говорит Орел. — Если бы мы не приехали, он бы так и стоял под кремлевской стеной и не вякал.

— А если таких, как мы, будет много! — говорит Канаев. — Мы всем говорим: люди, оторвите задницы от диванов! Займитесь делом.

Какой-то «ЕКХ» заезжает под «кирпич», как бы не замечая инспектора, но капитан непреклонно машет палкой и даже свистит.

— Я в экстазе, — говорит Орел. — Какой тут драйв, а? Прямо пост номер один! Мой любимый пост теперь будет.

Капитан тормозит микроавтобус с нарядом ОВД «Китай-город». Полицейские с недоумением смотрят на ярко-зеленый жилет Андрея. Включают маячки.

— Посигналить не забудьте, — командует Орел.

Полицейские хором кивают и, включив сирену, двигаются вниз, к Кремлевской набережной. Куранты бьют одиннадцать.

Сразу за автобусом пролетает грязный неприметный автомобиль с номером КСУ, без маячков и сигнала, не обращая никакого внимания на инспектора.

— Да я передал о нем по рации! — оправдывается капитан в ответ на вопросительное молчание активистов. — Что я могу сделать, если он наглец? Бежать мне за ним? Плюют на полицейских, понимаете? Плюют! На хер посылают прямым текстом!

— А вы стреляйте, — советует Филин. — Зачем вам табельное выдают? Не подчиняются сигналу — сразу пулю в колесо.

— Не поможет, — машет рукой инспектор, — или пуль не хватит.

Продолжаем стоять на посту. Очень холодно. Нарушителей заметно меньше. «Уже передали по всем рациям», — объясняет капитан.

— Где ваш чай? — спрашивает он. — Носили бы чай с собой. Меня б угостили.

На Васильевский спуск собирается повернуть черная «Волга» с номером РОТ. В салоне четверо в полицейской форме. Белошицкий показывает палкой: «Прямо».

— Пусти нас, — говорит водитель.

— Здесь движение прямо, — отвечает инспектор.

Пассажиры несколько секунд собираются с мыслями. Один угрожающе говорит: «Нам надо повернуть, капитан!» Инспектор молча указывает на знак. Пассажиры с матом захлопывают дверь, и «Волга» уносится с места.

К группе активистов подходит высокий человек в синей шапке. Сообщает, что он водитель машины А053МР, три минуты назад здесь повернул. Просит показать видеозапись.

— Просто посмотреть хочу, как это выглядит со стороны, — говорит он.

— Со стороны это выглядит плохо. И вы это знаете, — отвечает Канаев.

Мужчина усмехается, исчезает. Орел объясняет, что «просто посмотреть» запросто могло перейти в попытку отнять запись.

В двенадцать часов в камерах садятся батарейки, и «Гражданский патруль» сердечно прощается с инспектором. Канаев заверяет, что все видеоматериалы будут смонтированы и выложены на сайте ФАР, а по факту всех нарушений будут написаны заявления на имя главы столичного ГИБДД.

— Приходили бы почаще, — просит капитан спецбатальона. — Сами видите, что творится.

Принимают всех

В «Гражданский патруль» может войти каждый. Для этого необходимо заполнить анкету на сайте ФАР (www.autofed.ru), получить от координаторов наклейки на автомобиль, минимальный набор оборудования и дальнейшие инструкции. Действия «Патруля» санкционированы самим начальником ГИБДД г. Москвы, о чем у ФАР имеется официальное письмо.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать