Статья опубликована в № 2911 от 08.08.2011 под заголовком: «России надо стать более предсказуемой»,- Клаус Кляйнфельд, председатель совета директоров и главный исполнительный директор Alcoa Inc.

Клаус Кляйнфельд: «Кто, интересно, читает 115 000 документов, которые мы представляем налоговикам?»

Для Alcoa оказалось полной неожиданностью, что цена российской электроэнергии за последние два года подскочила на 40%, сетует Клаус Кляйнфельд
Е.Кузьмина
1987

начал карьеру в Siemens менеджером группы по корпоративным продажам и маркетингу

2001

возглавил американское представительство Siemens

2005

главный исполнительный директор Siemens AG

2007

президент и главный исполнительный директор Alcoa

2010

председатель совета директоров Alcoa

Alcoa

Алюминиевая компания. Акционеры: почти 100% акций в свободном обращении, крупнейшие институциональные инвесторы – State Street Corp (4,71%), Vanguard Group (4,5%), Capital World Investors (3,98%). Капитализация – $13,8 млрд. Финансовые показатели (2010 г.): выручка – $21 млрд, чистая прибыль – $254 млн. Производство первичного алюминия – 3,6 млн т (2010 г.). Основана в 1888 г. как The Pittsburgh Reduction Company, в 1907 г. переименована в Aluminum Company of America, а в 1999 г. официальное название сократилось до Alcoa. В России работает с 1993 г.

Alcoa в России

В 2005 г. в состав Alcoa вошли Самарский металлургический завод (ЗАО «Алкоа СМЗ») и Белокалитвинское металлургическое производственное объединение (ЗАО «Алкоа металлург рус»). Компания уже вложила в их модернизацию свыше $760 млн.

Когда перед тобой сидит широко улыбающийся бизнесмен, трудно представить себе, что именно этого человека в 2006 г. Financial Times Deutschland назвала «самым ненавидимым корпоративным менеджером» в Германии. За плечами Клауса Кляйнфельда — спасение Siemens, продажа тайваньским конкурентам подразделения по выпуску мобильных телефонов немецкого гиганта и последовавший за этим коррупционный скандал, в ходе которого следователи рылись в его бумагах прямо в офисе. С апреля прошлого года Кляйнфельд — председатель совета директоров алюминиевого производителя № 3 в мире, американской Alcoa. «Будущее алюминиевого рынка радужно», — убежденно говорит он. По мнению Кляйнфельда, никто пока не изобрел адекватную замену «крылатому металлу» и в ближайшие 10 лет его потребление удвоится.

— Как Alcoa прошла кризис?

— По-моему, великолепно. Кризис только укрепил компанию. За всю историю алюминиевой промышленности не было ситуации, когда средняя цена на ее продукцию упала на 60% и держалась на этом уровне пять месяцев. Мы хорошо справились с трудностями и вышли из них гораздо сильнее, чем были раньше.

— У вас были убытки во время кризиса. А каково сейчас финансовое состояние Alcoa?

— Финансовое состояние компании я бы оценил как очень сильное. Мы недавно получили новые рейтинги от агентств, и они гораздо выше тех, что были в кризис. Alcoa чувствует себя хорошо.

— В кризис вы уволили около 27 000 человек. Начали ли вы восстанавливать численность персонала?

— Нельзя назвать это увольнением. Во время кризиса мы продали половину бизнесов вместе с персоналом, поэтому в отчете получилось, что количество людей в Alcoa радикально уменьшилось. Хотя были и увольнения. Да, мы сейчас начали набор людей и уже наняли 2500 новых сотрудников.

— Исторический минимум цены на алюминий зафиксирован 22 февраля 2009 г. — $1305 за 1 т. Как сейчас растет цена? На какие цифры вы ориентируетесь, делая прогнозы на год, три, на десятилетие?

— Мы видим, что возникает все больше и больше отраслей, где используется алюминий. В прошлом он активнее всего использовался в производстве электрооборудования и авиации. Сейчас в Европе и США алюминий вовсю используется в автомобилестроении — компании хотят облегчить конструкции своих машин. Это только одна отрасль. А есть, например, еще и производители разнообразной упаковки, которые тоже требуют все больше и больше алюминия. Кроме того, алюминий — это легкий металл, который к тому же можно перерабатывать практически бесконечно. И в этом смысле он выгодно отличается от более тяжелого стекла и пластика, трудно поддающегося переработке. В секторе бытовой электроники алюминий играет все большую и большую роль. Вот поэтому мы прогнозируем рост спроса на алюминий на 12% в этом году и верим, что в ближайшее десятилетие потребление алюминия удвоится. А цена, как вы понимаете, формируется как раз соотношением объемов спроса и предложения.

— Как вы уже упомянули, автомобилестроители стали больше использовать алюминия. Этот материал легче стали, следовательно, дает возможность выпускать более экономичные машины. А как обстоит дело с вашими традиционными потребителями — авиастроителями? Ведь в этой отрасли начали широко применять композитные материалы.

— Хочу отметить, что из авиастроительной отрасли приходят хорошие новости — она возвращается к жизни. Вот, например, у вас в России построили очень хороший самолет Sukhoi Superjet. Мы, конечно, видим, что в отрасли появляется большое количество разных материалов, которые пытаются конкурировать с алюминием. Но вопрос о том, какой материал наиболее экономически эффективный, тем не менее остается открытым. Вот Mitsubishi, например, анонсировала строительство самолета с использованием большой доли композитных материалов (модель MRJ. — «Ведомости»), а потом пересмотрела свое решение и основные элементы, включая крылья, сконструировала из алюминия. Для авиастроения алюминий по своим качествам пока не превзойден.

— А есть ли перспективы использования алюминия в строительстве?

— Ну он и так уже вовсю используется в строительстве. Современные оконные и дверные конструкции, например, сделаны с использованием алюминия. Но его, на мой взгляд, можно активнее использовать и в конструкциях зданий и других сооружений. Например, для автозаправочных станций и павильонов. Алюминий очень экологичен. Например, построив АЗС из алюминия с использованием инновационного покрытия Eco-Clean вместо традиционных материалов, вы получаете экологический эффект, равный 80 деревьям.

— Полагаете ли вы, что двигателем спроса на алюминий в ближайшие годы станет растущее потребление этого металла в Юго-Восточной Азии, и в частности в Китае?

— Если вы посмотрите сейчас на рынок алюминия, то несложно заметить, что 40% всего металла потребляет Китай. В последние годы потребление растет там на 15-20% в год. У Китая дефицит электроэнергии, поэтому производить там достаточное количество алюминия сложно.

— А можете ли вы пофантазировать — какое будет применение алюминия через 20, 50, может быть, через 100 лет?

— Очень тяжело что-то прогнозировать на такую далекую перспективу. Я уже сказал, что ожидаю удвоения потребления до 2020 г.

— В одном из недавних интервью вы говорили, что гордитесь интернациональностью Alcoa. Что в США ее считают американской, в Бразилии — бразильской, в Канаде — канадской. А в России вы чувствуете себя своими?

— Да, в России мы — российская компания. У нас тут работают два завода (белокалитвенский и самарский. — «Ведомости»), которые были основаны более 50 лет назад. В России у отрасли большая история. Я родился в 1957 г., когда русский спутник первым облетел Землю. Мы очень гордимся, что участвуем в создании истории авиации в вашей стране. Для местных специалистов работа в Alcoa — это прекрасная возможность присоединиться к большой международной команде, повысить профессионализм и построить для себя и своих детей хорошее будущее.

— С какими проблемами вы сталкиваетесь в России? Ваши коллеги — иностранные инвесторы — рассказывают о бюрократии, процветающей коррупции и сложности миграционного законодательства страны.

— Около двух лет назад я беседовал с президентом Дмитрием Медведевым и задавал ему вопрос о бюрократии. Она особенно сильна на региональном уровне. Есть она и в центре, но не в такой степени, как в регионах. Мы ежегодно представляем в российские налоговые органы более 115 000 страниц копий разнообразных документов. Кто, интересно, их читает? Вот этот пример я привел на встрече с Медведевым, сказав, что есть еще большой потенциал для увеличения эффективности работы системы.

— Как вы считаете, что в России необходимо изменить, чтобы страна стала более понятной для иностранных инвесторов?

— Это зависит от отрасли, в которой работаешь. Для нас, например, остро стоит проблема стоимости энергоресурсов. За последние пару лет стоимость электроэнергии выросла на 40%. Это было неожиданно. Цена на электроэнергию формируется с использованием 15 разных показателей, что крайне сложно для прогнозирования. Кроме того, стоимость электроэнергии зависит еще от того, где находится производство. Если затраты будут так внезапно расти, то делать какие-то прогнозы представляется мне затруднительной задачей. России надо становиться более предсказуемой.

— А сталкивались ли вы в России со случаями коррупции?

— У нас на этот счет очень строгая политика. Она подразумевает полное неприятие коррупции ни в каких формах.

— Есть ли у вас проблемы во взаимоотношениях с российскими чиновниками из-за такой позиции?

— Нам оказывают фантастическую поддержку на федеральном уровне. Мы неплохо взаимодействуем с чиновниками и на региональном уровне. Но вот тут я хочу отметить, что бюрократия живет сама по себе, она сильно осложняет нам жизнь.

— Alcoa инвестировала в покупку и развитие двух российских заводов более $750 млн. Какие у вас дальнейшие планы? Не хотите ли покупать еще предприятия или строить новые?

— Хочу отметить, что компания очень удовлетворена этими инвестициями. У нас есть уникальные мощности, позволяющие производить продукцию высокого качества. В кризис потребность в алюминии снизилась, но сейчас снова растет день ото дня. Мы рассматриваем разные возможности для компании в России. Надо сказать, что если сравнить производительность на российских заводах и других предприятиях компании, то очевидно, что здесь нам есть еще над чем поработать.

Одна из основных затратных статей в алюминиевой промышленности — электроэнергия. В России она пока недорогая по сравнению с другими странами. Если мы увидим какие-то новые возможности в России, то, несомненно, ими воспользуемся.

— Несколько лет назад Alcoa была самым крупным производителем алюминия в мире. Но сейчас китайская Chalco и российская UC Rusal обогнали вас, отбросив на третье место. Не считаете ли вы, что компания упустила какие-то возможности, не поглотив в 2007 г. Alcan?

— За Alcan была очень серьезная ценовая война. Но борьба в нашей отрасли идет не за объемы, а за эффективность работы компании. Важно не кто больше, а кто лучше.

— Вы долго работали в Siemens, высокотехнологичной компании. Почему решили уйти в сырьевую?

— Я очень доволен этим выбором. Алюминиевая отрасль открывает много возможностей для инноваций и разработки новых уникальных технологий и продуктов, которые оказывают влияние на другие индустрии — от аэрокосмической и автомобильной до строительной и электроники.

Исправленная версия. Первоначальный опубликованный вариант можно посмотреть в архиве Ведомостей (Смарт-версия).

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать