Рентабельность бизнеса НЛМК оказалась рекордной за восемь лет

Компания отчиталась об успешной реализации стратегии до 2017 года, но лидером по эффективности в отрасли не стала
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

К началу 2014 г. НЛМК оказался в затруднительном положении. Компания только завершила обширную инвестпрограмму: в 2008–2012 г. вложила $8 млрд, из которых большая часть пришлась на строительство новой доменной печи на липецкой площадке, а также на электрометаллургический завод «НЛМК-Калуга». В 2013 г. затраты выросли еще на $850 млн.

Цены на металлургическую продукцию тогда начали драматически падать, рентабельность бизнеса снижаться и по итогам 2013 г. у НЛМК она составила 14%, следует из отчетов компании. Менеджменту предприятия Владимира Лисина (владеет 84% НЛМК) пришлось заняться повышением эффективности бизнеса. В 2014 г. НЛМК принял новую стратегию до 2017 г. Планировалось снизить затраты, повысить маржинальность по EBITDA, а также начать генерировать свободный денежный поток выше $1 млрд в год.

20 февраля НЛМК отчитался об итогах 2017 г., т. е. подвел итоги реализации стратегии. Если в 2008–2012 гг. капзатраты НЛМК были в среднем не менее $1 млрд в год, то с 2014 г. их планировалось ограничить $900 млн в год. По итогам прошлого года они не превысили $600 млн. Долговую нагрузку НЛМК рассчитывал снизить с 1,8 EBITDA ($2,8 млрд) до 1 EBITDA. По итогам 2017 г. отношение чистого долга к EBITDA у металлургической компании – 0,35 EBITDA (а чистый долг – $923 млн).

Выручка НЛМК за 2017 г. выросла на 32% до $10,1 млрд, EBITDA – до $2,6 млрд (+37%), а рентабельность по этому показателю – до 26% (на 1 п. п. выше, чем в 2016 г.). В результате рентабельность у компании оказалась рекордной с 2010 г. (тогда была 28% при $2,3 млрд EBITDA).

Новый президент

Президент металлургической компании НЛМК Олег Багрин покидает свой пост, это стало известно в январе 2018 г. Он пришел на НЛМК 16 лет назад. В 2004 г. он провел размещение среди инвесторов ADR на 5% акций «Норникеля», принадлежавших владельцу компании Владимиру Лисину. А через год участвовал в проведении IPO НЛМК на Лондонской бирже. В 2010 г. Багрин возглавил комитет по стратегическому планированию НЛМК. А в 2012 г. был избран президентом компании. В 2008–2012 гг. в феврале совет директоров НЛМК утвердил кандидата, Григория Федоришина, на должность президента компании

При этом цены на горячекатаную сталь и железную руду не восстановились даже до уровня 2013 г. Если тогда прокат стоил $546 за 1 т, то средняя цена в прошлом году была $515 за 1 т. Цена на железную руду ниже на 53% от уровня 2013 г. ($136 за 1 т), пишет НЛМК в презентации для инвесторов. Рубль к уровню 2013 г. упал на 83%.

НЛМК на дне инвестора в 2014 г. также обещал увеличить дивиденды до 30% от чистой прибыли. В итоге компания ввела формулу, по которой при долговой нагрузке меньше 1 EBITDA она платит в границе между 50% чистой прибыли ($1,5 млрд по итогам прошлого года) и 50% свободного денежного потока ($1,3 млрд). C 2014 г. свободный денежный поток не опускался ниже $1 млрд., а дивиденды НЛМК увеличились более чем в 4 раза. Если за 2014 г. выплаты составили $303,9 млн, то по итогам 2017 г. – $1,28 млрд – это рекорд за всю историю компании.

Всего менеджмент предложил за время действия стратегии 3050 проектов, говорится в презентации НЛМК. Эти проекты принесли компании $1,019 млрд прибыли, из них проекты для улучшения операционной эффективности – $523 млн. «Это полностью созданный нами эффект, очищенный от любых рыночных и курсовых факторов», – говорил в интервью «Ведомостям» президент НЛМК Олег Багрин в начале прошлого года. Эффект девальвации, по словам Багрина, действует только в течение 6–9 месяцев после нее, а доля рублевых затрат у НЛМК всего 25%.

С 2014 г. НЛМК удалось достроить фабрику окомкования (производит железорудное сырье) на Стойлинскогом ГОКе (стоимость фабрики – $680 млн), что обеспечило компанию железорудным сырьем. Компании удалось снизить потребление ресурсов за счет внедрения новых технологий на липецкой площадке. В итоге потребление энергии сократилось на 6%, коксующегося угля – на 14%, природного газа – на 26%, говорится в презентации.

Но в лидеры отрасли по эффективности компании выбиться не удалось. Так, у «Северстали» Алексея Мордашова маржинальность по EBITDA по итогам 2017 г. была 32,8% а у «Магнитки» Виктора Рашникова – 26,9%.

Компании удалось в основном добиться стратегических целей и в первую очередь добиться снижения долговой нагрузки и контроля операционных затрат, комментирует аналитик АКРА Максим Худалов. «Есть ощущение, что значимый рост стоимости стали уже произошел, поэтому металлурги могут продолжить рост за счет повышения операционной эффективности», – говорит эксперт. Худалов подсчитал, что НЛМК с 2014 г. подорожал на 68% до $16,3 млрд, а ММК – в 3,4 раза до $9,05 млрд.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more