Экономика
Бесплатный
Михаил Оверченко
Статья опубликована в № 3998 от 21.01.2016 под заголовком: Давос нашел слабое звено

Развивающиеся рынки – слабое звено мировой экономики

Надежды участников форума в Давосе связаны с развитыми странами

Настроения на саммите иллюстрирует доклад МВФ: фонд снизил прогноз роста мировой экономики в 2016 и 2017 гг. на 0,2 процентного пункта до 3,4 и 3,6% соответственно, но это все равно больше, чем в прошлом году (3,1%). Финансовые рынки, просевшие в начале года, «чрезмерно реагируют» на происходящее, считает главный экономист МВФ Морис Обстфелд; правда, он признал, что «развивающиеся страны ждет сложный период адаптации».

С начала года глобальный фондовый индекс MSCI All-Country World упал почти на 9%, индекс развивающихся стран MSCI Emerging Markets и американский S&P 500 – более чем на 10%. Падение цен на нефть и другое сырье (Brent подешевела уже на 26,4%, а сырьевой индекс Bloomberg Commodity Index потерял 7,7%) вселяет в участников рынков опасения, что мировая экономика сильно замедлит рост. Это во многом связано с ситуацией в Китае, где рост в 2015 г. (6,9%) оказался минимальным за 25 лет.

Рынки маниакально депрессивны после того, как были маниакально оптимистичны год и более назад, сказал в Давосе Нуриэль Рубини, профессор экономики Stern School of Business. «Я не считаю, что у Китая будет жесткая посадка, но рынки все больше и больше начинают так думать», – заявил он. Перспективы Китая Рубини описал выражением «турбулентная посадка», рост может быть около 6%, «это более-менее нормально, но сейчас данные поступают негативные и люди нервничают».

Главный экономист Standard & Poor’s Пол Ширд ожидает роста ВВП Китая в 2016 г. на 6,3%: «Давайте не забывать – с точки зрения вклада в мировой ВВП реальный рост на 6,3% в этом году эквивалентен примерно 14%-ному в 2009 г.».

Рубини описал еще одну неожиданную реакцию финансовых рынков – на падение нефтяных цен. Вместо того чтобы обращать внимание на положительные последствия в виде роста располагаемого дохода в странах – крупных потребителях нефти, инвесторы ждут ухудшения совокупного спроса в мире из-за экономических проблем в развивающихся странах, многие из которых сильно зависят от экспорта сырья, пояснил он.

Традиционно считалось, что «нефтедобывающие страны Ближнего Востока и техасские миллиардеры настолько богаты, что [при падении цен на нефть] вряд ли испытают проблемы с ликвидностью <...> А выгоды почувствуют многие, включая потребителей, живущих от зарплаты до зарплаты, которые могут потратить сэкономленные на топливе деньги», писал на днях нобелевский лауреат Пол Кругман в The New York Times. Но такого можно ожидать при снижении цен на 10–20%, при обвале же на 70% производители теряют больше, чем приобретают потребители, поясняет он. Кроме того, раньше центробанки благодаря замедлению инфляции могли снизить процентные ставки, но сегодня те и так находятся на нуле.

Отложенный спрос, прежде всего в развитых странах и странах, выигрывающих от снижения цен на сырье, а также реформы, за которые в ближайшие годы придется взяться правительствам, поддержат и экономики, и финансовые рынки, полагают оптимисты. Пока центробанки давили на педаль газа, спасая в кризис экономики, не появилось других столь же активных участников, которые бы взялись за реформы, заявил на сессии «Иллюзия роста» управляющий Резервного банка Индии Рагурам Раджан: «Одно из последствий этого – сильно выросшие цены на активы, но мы не знаем, обоснованы они фундаментально или нет. И по мере того, как центробанки начинают сворачивать ультрамягкую денежную политику, цены на активы пытаются найти обоснованный уровень».

Нестабильность на финансовых рынках, возможно, отражает непонимание участниками рынка того, должна ли экономика вырасти до нынешних цен на активы или те должны скорректироваться до медленно растущей экономики, предположил модератор сессии Торолд Баркер, редактор The Wall Street Journal в регионе Европа, Ближний Восток и Африка.

Скорее произойдет первое, считает Аксель Вебер, председатель совета директоров UBS и экс-президент Бундесбанка: «У центробанков больше нет свободы маневра, поэтому стоит ждать стратегических реформ в других областях. Разные страны будут проводить их с разным успехом. Мир нормализуется». Что касается рынков, то растерянность участников пойдет им на пользу, полагает Вебер: «Была консенсус-торговля, все вкладывали в одни и те же активы. Выход из таких позиций провоцирует большую нестабильность, чем выход из диверсифицированных инвестиционных стратегий. Сейчас я не вижу новой консенсус-стратегии. Нет единого мнения о том, что будет происходить».

Участникам экономики и рынков нужно обрести потерянную уверенность, чтобы вновь пустить деньги в дело, считают гендиректор JPMorgan Asset Management Мэри-Калахан Эрдоуз и Энтони Скарамуччи, основатель и управляющий партнер хедж-фонда SkyBridge Capital. Благосостояние домохозяйств в США сейчас на 59% выше, чем в худшие дни кризиса, и на 29% выше, чем до него, поэтому, когда доверие вернется, может быть вложено много денег, отметила Эрдоуз.

Отложенный спрос потребителей может реализоваться в США и, возможно, в других регионах, полагает Скарамуччи. В кризис в США задолженность по ипотеке превышала стоимость 27 млн домов, «эти заемщики не могли рефинансироваться по более низким ставкам и получить деньги, поэтому, в частности, экономика и не растет так быстро». Сейчас таких домов 14 млн. «Есть и отложенные капитальные инвестиции – на балансах компаний из индекса S&P 500 находится $2,4 трлн, которые могут быть пущены в дело», – добавил он.

«За исключением действий центробанков после кризиса в мире не проводилось серьезных реформ, которые позволили бы высвободить этот капитал, вернув доверие. Но в ближайшие год-три, я считаю, это произойдет», – сказал Скарамуччи.

«Мы жили в перевернутом мире, где лидировали экономики развивающихся стран. Они привлекали много капитала: некоторые использовали его более эффективно, как Индия, другие – нет, как Бразилия. Теперь лидерами роста опять становятся развитые страны во главе с США, прежде всего в них разворачивается четвертая промышленная революция», – отмечает Вебер.

Проблемы у развивающихся стран действительно серьезные, считают многие посетители Давоса. «На нас, похоже, надвигается третья волна долгового суперцикла, а любой, кто рассказывает, что в Китае «все будет по-другому», просто прячет голову в песок», – говорит профессор экономики Гарвардского университета Кеннет Рогофф, имея в виду кризис, связанный с избытком мощностей и инвестиций в Китае, созданных на заемные средства.

Средняя стоимость госзаимствований в долларах для развивающихся стран выросла в среду до максимальных за пять лет 6,7%, свидетельствует индекс облигаций JPMorgan (в 2015 г. – 5,3%). Компании и правительства этих стран в последние годы активно занимали по низким ставкам в долларах и евро, но теперь рост там замедляется, условия кредитования ужесточаются, а инвесторы стараются избавиться от рискованных активов. По данным Института международных финансов, чистый отток капитала с развивающихся рынков составил $735 млрд в 2015 г., причем $676 млрд пришлись на долю Китая (см. статью на стр. 15).

«Есть ряд уязвимостей, которые по отдельности могут привести к проблемам, но не к кризису с большой буквы «К», – суммировал Ричард Болдуин, профессор женевского Graduate Institute. – Но все вместе эти уязвимости могут вырасти до Кризиса».