Статья опубликована в № 4409 от 18.09.2017 под заголовком: Центробанку остались ожидания

Что может помешать ЦБ достигнуть цели по инфляции

Главной его задачей становится снижение инфляционных ожиданий
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Замедление инфляции до исторического минимума в августе определило решение Центробанка – в пятницу он снизил ключевую ставку сразу на 0,5 п. п. до 8,5%.

Кроме того, ЦБ улучшил свой прогноз роста ВВП в 2017 г. – с 1,3–1,8% до 1,7–2,2%. Теперь его прогноз близок к оценкам Минэкономразвития, которое ждет даже меньшего роста экономики – на 2,1%.

Неожиданный рост экономики во II квартале (сразу на 2,5% – максимум с IV квартала 2013 г.) подстегнули восстановление запасов, оживление инвестиционной активности, а также разовые факторы, перечисляет ЦБ в докладе о денежно-кредитной политике. Но свои запасы компании уже считают избыточными, из-за чего сокращают производство, а госпроекты, поддержавшие выпуск машиностроительной продукции, завершились. Для роста за год на 2% экономика должна поддерживать примерно те же темпы, что и во II квартале, говорит главный экономист БКС Владимир Тихомиров, но вряд ли это случится. Не ждет таких темпов роста на ближайшие три года и ЦБ: в 2018 г. экономика замедлится сначала до 1–1,5%, а затем незначительно ускорится. Концептуально прогноз не изменился: без структурных реформ 2% – потолок для роста экономики, даже если нефть подорожает до $60, указывает ЦБ.

Потенциал роста экономики, с одной стороны, ограничен отсутствием возможностей серьезно увеличить добычу и поставки нефти, а с другой – внутренними факторами, пишет ЦБ, в том числе демографической ситуацией и низким потенциалом для роста экономически активного населения. К 2030 г. оно может даже сократиться – на 6–7 млн человек (или 10%), оценивал замдиректора Центра трудовых исследований ВШЭ Ростислав Капелюшников. Мешают и институциональные проблемы: качество управления в государственном и частном секторах, неразвитость транспортной инфраструктуры, высокая монополизация и низкий уровень инвестиций, перечисляет ЦБ в проекте основных направлений денежно-кредитной политики на 2018–2020 гг.

Выйти на ежегодный рост ВВП выше 2% Минэкономразвития рассчитывает за счет перехода к инвестиционному росту. По его прогнозу, в 2017 г. инвестиции увеличатся на 4,1%, а к 2020 г. их рост разгонится до 5,7%, в целевом сценарии инвестиции растут еще быстрее – на 8,6% в 2020 г. Но в ближайшие два года без структурных реформ экономика не сможет перейти к инвестиционной модели развития, предупреждает ЦБ. Рост инвестиций сдерживают институциональные препятствия, которые ограничивают горизонт планирования, а также дефицит новых инвестиционных проектов. В августе неопределенность была на третьем месте среди факторов, которые удерживают компании от инвестиций, показал опрос ИЭП.

Не поможет преодолеть потолок в 2% и импортозамещение, преду­преждает Центробанк. Вытеснение импорта в производстве инвестиционных товаров происходит только в отдельных отраслях, например производстве тракторов, но в целом конкурентоспособность российской продукции остается невысокой.

Структурные проблемы мешают и закреплению инфляции на уровне 4%. Например, дефицит на рынке труда может спровоцировать чрезмерный рост зарплат, опережающий рост производительности труда. И хотя сдержать рост зарплат может приток мигрантов (рост индекса интенсивности их денежных переводов на 10 п. п. в краткосрочной перспективе снижает уровень реальных зарплат на 0,18 п. п., а в долгосрочной – на 0,9 п. п.), дешевый труд снижает стимулы к модернизации.

Инфляционные риски создает также сильная дифференциация доходов населения, указывает ЦБ.

Из-за низкого уровня благосостояния населения основную долю в потребительской корзине занимают продовольственные товары, но цены на них больше подвержены разовым факторам – например, изменению погоды и урожая. В 2017 г. волатильность цен на фрукты и овощи обеспечила почти 40% волатильности общей инфляции. В июне она сначала внезапно ускорилась до 4,4% в годовом выражении, а затем резко опустилась до исторического минимума в 3,3% по итогам августа и до 3,2% к 4 сентября. Вместе с инфляцией менялись и инфляционные ожидания населения: в июле они выросли до 10,7%, а в августе опустились до 9,5%. По мере формирования низкой инфляции вклад волатильных компонентов будет еще заметнее, и для сохранения ее вблизи 4% нужно снижать именно чувствительность инфляционных ожиданий к изменениям цен. С приближением инфляции к таргету главной задачей для ЦБ становится именно снижение инфляционных ожиданий, говорит экономист «ВТБ капитала» по России и СНГ Александр Исаков.

Структурные проблемы будут и дальше мешать регулятору сильнее смягчать политику, считает Тихомиров. Сам же ЦБ допускает возможность снижения ключевой ставки в III–IV кварталах. «Шаги и даже паузы будут зависеть от текущей ситуации с инфляцией, в экономике и, главное, наших прогнозов, – сказала председатель ЦБ Эльвира Набиуллина. – Возможны и паузы, и снижение на 0,25 п. п. и 0,5 п. п.». Если до октябрьского заседания инфляционные ожидания снизятся до 8,8–8,6%, ЦБ опустит ставку на 0,25 п. п., ждет Исаков, при более медленном их снижении регулятор сделает это только в декабре. По прогнозам главного экономиста ING Дмитрия Полевого, ЦБ может снизить ставку дважды – до 8%. Но для этого инфляционные ожидания должны опуститься с 9,5 до 8%, считает Исаков.

Читать ещё
Preloader more