На ПМЭФе обсудили важность формирования финансового суверенитета России
Необходимость связана с влиянием недружественных стран на развитие альтернативных финансовых инструментов
Глобальные экономические изменения остро поставили вопрос о необходимости формирования подлинного финансового суверенитета России, заявил ведущий телеканала «НТВ» Игорь Полетаев и модератор сессии Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) «Пересборка мировой финансовой системы». Раньше, по его словам, считалось, что традиционные механизмы международных расчетов являются той опорой, которая всегда будет работать на благо всех участников. Но западные страны превратили эти каналы в инструмент политического давления и экономической агрессии, добавил он.
Цифровые валюты тоже не гарантируют независимости, подчеркнул Полетаев. В качестве примера он привел конфискацию минфином США криптовалюты Ирана на сумму около $1 млрд. Операция «Экономическая ярость» стартовала весной 2025 г.: она нацелена на то, чтобы лишить Тегеран финансовых ресурсов, сказал ведущий. Это показывает, что крупнейшие эмитенты криптовалют и механизмы контроля за ними по‑прежнему находятся под влиянием западных финансовых институтов, обратил внимание Полетаев.
В нынешних условиях очевидно, что независимость от чужой финансовой архитектуры – это вопрос безопасности и выживания, отметил председатель «Деловой России» Алексей Репик. По его словам, важно понимать, что полностью независимой финансовой системы в принципе не существует, поскольку любая страна так или иначе связана с глобальными процессами. В качестве решения он предложил систему созависимости, когда страна соблюдает правила системы, но и сама система зависит от участия отдельного участника. В таком случае, считает Репик, интересы всех участников учитываются, а риски снижаются.
Суверенитет состоит из двух частей: способности государства управлять своей территорией и ресурсами, а также возможности проводить независимую внешнюю политику, пояснил первый заместитель председателя Банка России Владимир Чистюхин. Россия способна проводить самостоятельную внешнюю политику, но она не может действовать в изоляции, Москве приходится учитывать интересы партнеров, сказал он. Кроме того, на ситуацию также влияют недружественные страны, которые оказывают давление, как на саму Россию, так и на ее внешнеэкономических союзников, отметил первый зампред ЦБ.
Необходимо создавать собственные инновации, чтобы не зависеть от решений международных компаний и правил, которые диктуют западные страны, считает Чистюхин. Россия, по его словам, может предложить международным партнерам передовые финансовые технологии, зачастую превосходящие то, что есть у них. Партнеры, в свою очередь, тщательно оценивают риски и последствия: их решения во многом зависят от позиции недружественных стран, отметил он. Многие государства сейчас осознают, что финансовая система может быть инструментом давления, считает Чистюхин. Они понимают, что нельзя полагаться только на SWIFT – международную систему обмена финансовыми сообщениями – и на крупные западные банки для проведения расчетов, отметил первый зампред ЦБ. Чтобы претендовать на роль регионального центра или платформы, нужно создавать собственные решения.
Трансформация мировой финансовой системы связана с ускорением развития цифровизации, рассказал заместитель министра финансов Иван Чебесков. Российская сторона активно обсуждает этот вопрос с международными партнерами, но договориться о единых платформенных решениях непросто, отметил он: это все равно что создать новый отраслевой стандарт. Сейчас многие страны продолжают использовать привычную инфраструктуру, но позитивные сдвиги уже заметны. В частности, страны Глобального Юга (страны Африки, Азии, Латинской Америки и др.) массово переходят на расчеты в национальных валютах, а также растет число инициатив с использованием цифровых инструментов, включая цифровые валюты центральных банков, пояснил он. Кроме того, говорит Чебесков, появляются альтернативные расчетные и депозитарные хабы вне западной инфраструктуры, возникают новые решения в страховании и перестраховании. Все это не временное явление, а долгосрочный глобальный тренд, частью которого является и Россия, заключил замминистра.
В мировой финансовой системе наблюдаются ключевые изменения, которые складываются в три взаимосвязанных тренда, добавил председатель правления ПСБ Петр Фрадков. Во‑первых, идет замещение глобальных платежных систем национальными. Во‑вторых, многие крупные торговые державы стремятся снизить зависимость от доллара – это не российская инициатива, а общемировая тенденция, пояснил он. В‑третьих, происходит децентрализация международных расчетов, отметил Фрадков: число участников и транзакций растет, и система становится более разнообразной, менее зависимой от ограниченного круга игроков.
Эти нововведения появляются, потому что международная финансовая система последних десятилетий ограничивала суверенитет отдельных стран, считает Фрадков. Сейчас, с ростом новых экономических центров – например, Китая, – многие государства понимают, что существующая система не дает им нужной самостоятельности, пояснил он. Страны хотят защитить себя от административных ограничений и вмешательства в свои дела, а также не считают выгодным часть прибыли третьим сторонам, например, при расчетах с другими странами.
В качестве примера того, как страны создают собственные решения, Фрадков привел китайскую платежную систему CIPS (Cross-border Interbank Payment System), предназначенную для обработки международных платежей и клиринга в юанях. Она была создана, чтобы расширить использование юаня в мире, а также снизить зависимость Китая от SWIFT. В апреле 2026 г. через нее прошло более 1 трлн юаней (около $200 млрд). Такой результат, по словам Фрадкова, наглядно показывает, что создание собственных финансовых решений – естественная необходимость.