Читайте также
Чего ждать от Дома культуры «ГЭС-2»
Спорное искусство. Современная скульптура не может пробиться на улицы русских городов
Феминистки, мигранты и Россия 90-х: что покажут на международной выставке в Москве

Хронологический беспорядок: что покажут зрителям на выставке Жана-Юбера Мартена

Путеводитель по выставке «Бывают странные сближенья» в ГМИИ
Александр Авилов / Агентство «Москва»

В Государственном музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина открылась экспериментальная выставка «Бывают странные сближенья...» известного французского куратора. Жан-Юбер Мартен – историк искусства, известный своими неожиданными решениями в конструировании экспозиции. Ранее он уже представлял в Москве основной проект Третьей Московской биеннале современного искусства «Против исключения» (2009). А в этот раз занялся исследованием коллекции ГМИИ и обнаружил новые точки соприкосновения между произведениями.

Все проекты Мартена строятся как увлекательное приключение, работы в них объединены по принципу визуальных пересечений. Традиционные экспозиции, которые строятся по хронологическому или тематическому принципам, по мнению куратора, вызывают чувство скуки и монотонности у зрителя, поэтому необходимо найти связи с актуальными темами, как кино или современная музыка. «Пришла пора вернуться к основам, то есть к взгляду и наблюдению, рождающим ощущения и эмоции», — считает Мартен. 

При этом куратор подчеркивает, что в его задачи не входит превращение музея в веселый аттракцион. Вместо этого он предлагает ориентироваться на то, как работают художники и антропологи. Иными словами, соединить художественную логику с ее непоследовательностью и интерес ученого ко всему, что когда-либо создал человек. 

Выставку в ГМИИ Мартен поделил на 13 глав, в которых он визуализировал разные кураторские приемы. Каждый зал — это новая игра с ассоциативным воображением зрителя. А начинается история с упражнения на внимательность: нужно отыскать образ, который связывает представленные по парам произведения. Но правила немного усложнены — общий образ замаскирован. Это может быть изображение горных скал, которые напоминают человеческий профиль, или срез камня, похожий на улыбающееся лицо. 

Якоб ван Геел. Пейзаж с большим деревом. 1630-е / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

В профессиональном музейном сообществе рассуждения на тему двусмысленности художественного образа никогда не воспринимались всерьез. Мартен же, наоборот, считает, что такие приемы необходимы для музейных институций, ибо они помогают вовлечь зрителя в поиск скрытого. Поэтому нет ничего удивительного, что рядом с голландским пейзажем, в котором изображение веток старого дерева напоминает зловещие птичьи профили, представлена древнегреческая бронзовая ручка в виде головы грифона — расположение рядом этих двух работ наглядно показывает, как могут быть похожи произведения, созданные в совершенно разных жанрах и стилях.

Работая с постоянной коллекцией ГМИИ, нельзя обойти вниманием гипсовые слепки — ведь именно с них берет начало коллекция Ивана Цветаева, основателя музея. И тут Мартен резонно замечает, что белоснежные слепки античных скульптур создают у зрителя неверное представление о том, какой на самом деле была античность. Миф о «белой» скульптуре удалось поставить под сомнение только в начале XIX в. Сейчас полихромная скульптура античности уже ни для кого не новость, но до сих пор лишь в единичных музеях показывают цветные образцы, в то время как большинство институций продолжают сохранять верность старым мифам. 

Торс обнаженной Афродиты. Римская реплика с эллинистического оригинала II-I вв. ГМИИ / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

Больше всего работ куратор собрал для той части экспозиции, которая посвящена истории любви. По словам Мартена, такое количественное соотношение объяснить очень просто: в любом западном или русском музее любовь – это самая популярная тема, уступающая лишь религиозным сюжетам. У художников же чаще всего любовный мотив преподносится через разные ипостаси женского образа. В подборке картин Мартена можно проследить, как с легкой руки художника меняется роль женщины. То она предстает коварной соблазнительницей, как в работе Гелдера «Лот с дочерьми», то страстной любовницей, как у Буше в «Геркулесе и Омфале», то злой ведьмой, как у Гойи («Кто бы мог поверить!») или верной спутницей, как у Даньяна-Бувре («Благословление новобрачных»). 

Франсуа Буше. Геркулес и Омфала. 1732-1734 / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

Местами подход Мартена кажется более традиционным. Например, когда он напоминает зрителю о связи абстракции и иконописи, сопоставляя на одной стене эти два художественных явления вместе. Тут сразу вспоминается и школа Малевича, в которой отдельной дисциплиной его ученики изучали древнерусское искусство, и «цветовые поля» Марка Ротко, созданные для оформления техасской капеллы. 

При этом привычные приемы кураторов, как хронологическое развитие экспозиции, трансформируются под шефством Мартена в совершенно новые формы. И вот структура экспозиции идет уже не по датам создания картин, а по возрасту тех, кто изображен в произведениях. И хотя, как отмечает куратор, такой подход ближе к антропологии, нежели к истории искусства, однако при сопоставлении образов разных эпох, можно увидеть также, как происходила эволюция художника. 

Йозеф Гауцингер. Старушка в окне. 1769 / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

Экспозицию из портретов Мартен составляет так, что ставит под вопрос позицию наблюдателя: кому она принадлежит – зрителю или герою с картины? 

Как, например, сверхреалистичные фаюмские портреты, от которых сложно отвести взгляд. Они создавались прижизненно и затем закреплялись во время мумификации на уровне лица умершего. Эти работы и сегодня покоряют своей мягкостью черт, натуроподобием и почти живым взглядом портретируемых. 

Фаюмский портрет. Портрет мужчины средних лет. Сер. II века / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

После портретов появляются пейзажи. Мартен предлагает рассмотреть вариативность изображений природы. В то время как большинство западных пейзажей горизонтальны, в китайской традиции — вертикальны. В европейской пейзажной школе со временем менялись и стандарты изображения природы: когда в золотую эпоху голландской живописи (XVII в.) утверждается правило распределения пространства в соотношении одна треть земли и две трети неба, то на долгие годы такой тип пейзажа станет каноном для последующих поколений художников. Лишь спустя два столетия правила начинают меняться, и вот уже у Ван Гога появляется пейзаж, в котором практически все пространство холста отдано для изображения поля, оставляя небу тонкую полоску сверху. Такой вид дает непривычное для глаза ощущение глубины нарисованного пространства. В это же время появляется еще один ракурс, неведомый художникам ранее, — изображение города не с точки зрения человека, а с высоты недавно отстроенных многоэтажных домов. Такой прием часто использовал импрессионист Камиль Писсарро, который любил передавать в картинах виды с занимаемого им номера люкс знаменитой парижской гостиницы. Позже позицию наблюдателя с балкона будет развивать в фотографии Александр Родченко, отдавая предпочтение снимкам с резким ракурсом. 

Если вспомнить слова пейзажиста Поля Сезанна о том, что все в природе лепится в форме шара, конуса, цилиндра, то вполне логичным покажется переход от пейзажа к экспозиции, где собраны работы по принципу геометрического узора. Мартен предлагает сопоставить орнаменты и узоры на произведениях разных эпох: и вот рядом оказываются готические складки на одеяниях Мадонны, кубистические композиции Пикассо и даже радикальные в своей минималистичности белые линии, рассекающие черное пространство в композиции конструктивиста Родченко. 

Клод Моне. Скалы в Этрета. 1886 / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина

Казалось бы, тема с пейзажем полностью раскрыта, но вот появляется рядом новый зал, в котором Мартен предлагает всмотреться, как художники намеренно усложняют изображения природы. Для этого живописцы добавляют в горный ландшафт своего рода порталы – небольшие проемы, сквозь которые, словно через окна, открывается вид на прекрасные дали. Но на этом куратор не останавливается и показывает, как условные «порталы» послужили источником вдохновения для скульпторов-модернистов Ханса Арпа и Генри Мура. Они первыми стали использовать сквозные проемы в скульптуре, создавая легкие, почти абстрактные конструкции. Так, прием «портала» дал им новое ощущение объема и открыл новые пути пластического искусства. 

Заканчивается грандиозный проект Мартена ироничной подборкой о том, какими могут быть попойки: от изображения Дионисия на античных сосудах до сюжетов многочисленных оргий, от одиноких поэтов в кафе с кружкой пива до распутных кавалеров, успевших выпить не один бокал крепкого ликера, от наивных сцен в винном погребке до морализаторских образов последствий сельского праздника. Вот оно, легкое окончание титанического труда Мартена – выставки, оживившей сотни работ из музейного запасника ГМИИ и утвердившей связи между работами разных эпох, стилей и направлений. 

Питер Пауль Рубенс. Вакханалия. Ок. 1615 / Пресс-служба ГМИИ им. А.С. Пушкина
Самое популярное
Умный город / Мнение
Способны ли электромобили покорить Москву: плюсы и минусы
По дорогам столицы ездит пятая часть всего электропарка России
Умный город / Мнение
Можно ли найти себя в IT-индустрии после 45
Как поменять алгоритм поиска работы
Свободное время
Никакой магии: как Гильермо дель Торо обличает псевдопсихологов в своей новой картине
В «Аллее кошмаров» нет привычной зрителям мистики. Главный монстр здесь медиум-шарлатан, которого сыграл Брэдли Купер
Умный город
«Работаю сам на себя». Чего не хватает таксистам, курьерам и репетиторам
Как видят регулирование платформенной занятости власть, бизнес и работники
Другие города
Выйти на лед. Где ловить рыбу зимой без вреда для здоровья
Как сверлить лунки, чтобы не провалиться, где клюет и на что ловить
Свободное время
Нео измельчал. Чего ждать от продолжения «Матрицы»
Рассказываем, стоило ли ждать продолжения «Матрицы» почти 20 лет
Свободное время
Кто отведет «Оскары» под ручку к номинантам и почему это важно
Все кандидаты на роль ведущего церемонии — от «человека-паука» до нового парня Ким Кардашьян
Свободное время
Куда пойти в выходные 22-23 января
Виктор Цой в Манеже, Данте на Ордынке и гастрономический киномарафон
Горожане / Мнение
Не могу думать ни о чем другом: как тревога влияет на нашу жизнь и работоспособность
Косвенные расходы, связанные с тревожными расстройствами, обходятся работодателям в $4 млрд ежегодно
Свободное время
Не секта и не Гарри Поттер: как реагируют на магическую экскурсию по Москве
Ночной тур в плащах со стариком Фонарщиком — для мэров и простых горожан
Горожане
«Музыка дает мне энергию для работы». Вице-президент «Сбера» – о страсти к року
Фабрисио Гранжа — о том, как совмещает работу и собственную музыкальную группу
Свободное время
Самый большой придурок на свете: каким вышел сериал «Миротворец» о бывшем зэке, который стал супергероем
Миротворец стал политкорректным и эмпатичным
Горожане
«Получилось зарабатывать больше, чем раньше»: москвичи — о доходах в пандемию
Истории москвичей, чьи профессии стали востребованы в пандемию
Свободное время
Сноукайтинг, подледный дайвинг и айскартинг: зимний досуг в Москве
Если с поездкой за границу не складывается, зимний отдых легко организовать в столице
Культурный город / Мнение
5 экологических трендов моды
Борьба за экологичность станет одним из главных трендов в индустрии моды на все следующее десятилетие