Олег Беркович: «Российским городам нужен хороший маркетинг»

В 2026 г. Нижний Новгород стал самым безопасным российским городом в мировом рейтинге Numbeo и вошел в число российских лидеров по качеству жизни. За последние несколько лет Нижний заметно изменился и для приезжих: из города, куда ехали прежде всего ради Нижегородского кремля и Волги, он превратился в одно из главных направлений для культурного туризма в России.

Культуру и туризм в Нижнем Новгороде курирует вице-губернатор Олег Беркович. В его ведении также спорт, молодежная политика и народные художественные промыслы. В город он переехал из Москвы в конце 2018 г. – сразу после чемпионата мира по футболу и за три года до 800-летия Нижнего. Карьеру в регионе начал с проектного офиса стратегии развития области, в 2020 г. возглавил областной минкульт, а в июле 2022 г. стал заместителем губернатора Глеба Никитина.

В интервью «Ведомости. Городу» Беркович рассказал, почему региональному центру бессмысленно копировать Петербург, как вернуть жизнь в исторические районы города и есть ли там место небоскребам.

«Город нельзя делать для протокольного маршрута»

– Безусловно. Думаю, без любви такие проекты вообще невозможно делать.

В 2019 г. мы ездили в рабочую командировку в Лион. Он во многом похож на Нижний: город стоит на слиянии Роны и Соны, там развиты промышленность и IT. Лион тогда получил европейскую премию за доступность городской среды. Нам показывали маршруты для слабовидящих, общественные пространства, центр, полный жителей и туристов.

Я пытался понять, почему этот город так хорошо работает. Потом увидел, что его делали люди, которые сами собирались там жить. Не для протокольного маршрута, по которому проедет делегация. Наши города раньше часто грешили именно таким благоустройством. А когда делаешь улицу, площадь или музей для себя, начинаешь смотреть на них совсем иначе. Чтобы так работать, город нужно любить.

– Скорее неизвестным. В моем круге о Нижнем почти никто не думал. Все знали про кремль, Горького, Минина и Пожарского, Нижегородскую ярмарку. Такой базовый набор. Но поехать туда без специального повода никому не приходило в голову.

Чемпионат мира 2018 г. приоткрыл эту дверь. Сделали аэропорт, вокзал, открыли набережную. А до этого, представляете, Нижне-Волжская набережная почти десять лет стояла за забором. Центр города, стоящий на на слиянии рек, был отрезан от воды – это же абсурд.

– Добиться, чтобы Нижний стал заметен. И чтобы город сам понял, что и как хочет о себе рассказывать. Одна из первых задач, которую поставил передо мной губернатор, касалась регионального бренда. В 2019 г. мы начали исследования, проводили проектные сессии, изучали социологию. 

Понимаете, ведь работа над брендом начинается не с логотипа: для начала нужно было написать одну страницу текста – концепцию бренда – и объяснить, про что город, про что Нижегородская область. И это не так просто, как может показаться. 

– Нижний Новгород – это про способность помыслить невозможное. Когда выходишь на высокий берег, перед тобой две реки и горизонт. В Нижнем регулярно появлялись люди, которые словно вытаскивали из-за этого горизонта идеи, прежде казавшиеся всем фантастическими.

С Нижним связаны совершенно разные люди и эпохи.

В мире евклидовой геометрии невозможно представить геометрию Николая Лобачевского. Ростислав Алексеев взял корабль и самолет и создал суда на подводных крыльях. Владимир Шухов впервые миру показал именно в Нижнем свои сетчатые конструкции. Можно вспомнить Козьму Минина и невероятный для начала XVII в. акт гражданского самосознания, когда горожане собрали ополчение. Или церковного реформатора патриарха Никона, или основателя первой в СССР кафедры кибернетики Неймарка. Этот список можно продолжать очень долго.

– Она не была сформулирована. Такое часто бывает: у города может быть огромное количество фактуры, которую никто не собрал в одну картину.

Как говорят в психологии, чтобы тебя полюбили другие, тебе надо полюбить и принять себя. Мы вместе с городом прошли этот этап.

«Сейчас Нижний звучит как никогда»

– Я бы так широко не замахивался. Хотя стремиться к этому, конечно, стоит. Но нужно понимать, что плотность культуры в Петербурге и Москве на порядок выше. Там больше музеев, театров, художников, зрителей, событий.

Сейчас Нижний звучит как никогда. Последние два года существует явление, которое я называю «культурной электричкой». В городе проходят актуальные выставки, сильные фестивали, заметные театральные премьеры. На наши театральные события едут полные поезда гостей из Москвы. Раньше такого не было, а теперь люди покупают билет, садятся в «Буревестник», смотрят спектакль и возвращаются к себе домой.

– Стремиться к этому нужно, хотя сейчас масштабы несопоставимы. В Нижнем живет около 1,2 млн человек, в Петербурге – почти 6 млн. От численности населения зависят размер аудитории, спрос на культурные события и количество артистов и художников, которые могут жить и работать в городе.

Мне кажется, сама эта постановка вопроса уже немного из прошлого. Было время, когда каждый большой город хотел называться третьей столицей, культурной столицей, еще какой-то столицей. Но сегодня важнее не повторить Москву или Петербург, а стать самостоятельным явлением.

За эти восемь лет я как раз понял, что Нижний вполне способен не только учиться у других, но и сам задавать тренды. У нас уже есть проекты и институции, которые отмечены на федеральном уровне и на которые начинают ориентироваться. При этом уровень культурной жизни в Нижнем сегодня точно нельзя назвать провинциальным. Мы можем быть меньше по масштабу аудитории, чем Москва или Петербург, но это совсем не означает, что мы должны быть вторичными по качеству или амбициям.

Конечно, на столицы нужно смотреть: изучать лучшие практики, уровень институций, качество культурного продукта. Но копировать их бессмысленно. Эрмитаж уже существует, Русский музей тоже. У сильного культурного города должно быть свое основание.

– Однозначно. У Нижнего есть очень серьезный накопленный культурный капитал: музеи, театры, архитектура, художественные традиции. И одновременно за последние годы появилась сильная современная культурная среда. Мне кажется, именно соединение этого наследия с сегодняшней культурой и может быть нашим собственным основанием.

Посмотрите на Нижегородский государственный художественный музей. По представленным именам это одна из сильнейших в стране коллекций русского искусства. По ней можно преподавать историю живописи: от древних икон до современного искусства. И тем не менее коллекция продолжает пополняться. В 2025 г. искусствовед и коллекционер Валерий Александрович Дудаков подарил музею произведения символистов и художников «Голубой розы». Это серьезное приобретение.

Вопрос теперь в том, как работать с этой коллекцией, расширять ее и рассказывать о ней. Сильный музей не возникает из одного громкого события. Это долгая институциональная работа. Нужны зрители, коллекционеры, кураторы, деньги – культура всегда связана с экономикой.

«Одна избушка среди высоток – это не сохранение наследия»

– По большей части. Нижнему очень повезло в 1990-е гг. с главным архитектором Александром Харитоновым, который, к сожалению, рано погиб в автокатастрофе.

При нем сложилась современная нижегородская архитектурная школа. Ее представители работали с историческими формами, но использовали актуальные материалы и приемы. Сейчас по этим зданиям проводят экскурсии. Один из самых известных примеров – банк «Гарантия» на Малой Покровской.

Конечно, в историческом центре были потери. Горели деревянные дома, часть памятников утратили. Капром (так называют стиль российской архитектуры 1990-х–2000-х гг., название образовано от выражения «капиталистический романтизм». – Прим. «Ведомости. Города») тоже не прошел мимо Нижнего. Но такой массовой перестройки, как в лужковской Москве, здесь не случилось.

– Такими масштабами это вряд ли получится сделать. И не уверен, что это всегда полезно. В городе остаются участки, которые могут перерождаться. На месте здания, не представляющего ценности, может появиться современная архитектура.

Но, конечно, когда речь идет об историческом центре, такие решения нельзя принимать механически. Это всегда очень чувствительная территория, поэтому здесь важна профессиональная экспертиза. Губернатор Глеб Никитин уделяет этому вопросу много времени, и я бы сказал, что он стоит во главе этой сложной работы по защите наследия. Здесь каждый раз нужно смотреть вместе с экспертами не только на конкретное здание, но и на улицу, силуэт, виды, характер среды в целом. Вопрос не в том, строить новое или не строить, а в том, насколько качественно и бережно новое встроится в историческую среду.

Европейские города это подтверждают. В том же Париже, про который вы говорите, строят новые дома, просто соблюдают высотность и работают с окружением. Ведь сохранить наследие – не значит оставить одну избушку в окружении высоток. Хоть это очевидно не всем, но признанные памятники нужно охранять. В остальном город не может остановиться и перестать развиваться. 

– Думаю, нужны, хотя я не большой их поклонник. Главное – правильно выбрать место: высотные здания не должны разрушать главные панорамы города.

С высокого берега у Кремля открывается вид на Стрелку, Волгу, Оку и Борскую пойму. Впереди вода, поэтому кажется, что этому пространству ничего не угрожает. Но за Волгой начинается свободная территория, и планы ее освоения появлялись уже не раз.

В конце 2000-х гг. концепцию масштабного строительства в Борской пойме представили на международной выставке по недвижимости. После кризиса проект остановился – и, на мой взгляд, это спасло панораму. Вид на слияние Оки и Волги и открытые заволжские пространства ценны сами по себе. 

Их тоже следует охранять – возможно, вплоть до присвоения охранного статуса ЮНЕСКО. Нам важно сохранить этот вид для следующих поколений.

– Здесь важна тонкая работа главного архитектора. Он должен находить баланс между экономикой, красотой и тем, как здание повлияет на людей. Это очень сложная профессия, одна из ключевых в городе. И главный архитектор в конечном счете должен оставаться на стороне людей и архитектуры.

Из высоких зданий могу отметить проект редевелопмента Черниговской улицы – это набережная Оки, там будут построены Черниговские башни, высотой 28 и 32 этажа. Есть концепция и строительства правительственного квартала на Сенной, это тоже небоскребы, и это все выглядит очень органично.

– Да, от этих планов впоследствии отказались, но при этом в кремле взорвали Спасо-Преображенский собор – старейший храм города. На его месте построили Дом Советов, красивое конструктивистское здание. Теперь и оно само стало памятником.

Сегодня советский Горький уже включен в многовековую историю Нижнего Новгорода. Но если бы можно было сохранить собор, а Дом Советов построить в другом месте, было бы прекрасно. И за десятилетия, прошедшие после распада СССР, жители этот опыт отрефлексировали.

В начале 1990-х в Нижнем начали возрождать многие исторические здания. Это важный признак: город вспомнил собственную историю. Но опыт Горького – промышленного, научного, закрытого – тоже никуда не исчез. Сейчас нет такого подхода, чтобы разрушить до основания, а затем… Мы сохраняем и советское, и дореволюционное наследие. Все имеет свою ценность, это все часть нас.

– Закрытость советского Горького противоречила самой природе Нижнего Новгорода. Его всегда отличали удивительное свободолюбие и открытость. После снятия ограничений город быстро восстановил связи с внешним миром.

Это во многом объясняется его историей. На протяжении веков Нижний был одним из главных торговых центров страны. На Нижегородской ярмарке складывались мировые цены на чай и хлеб, через нее шла значительная часть торговли русским металлом. Каждый год ярмарка на два месяца собирала купцов, промышленников, артистов, писателей и гостей из разных стран. К этому располагала и география: Нижний стоит на слиянии Оки и Волги, где веками встречались люди и торговые пути.

– Конечно. Показательная история – пакгаузы на Стрелке, бывшие склады Нижегородского грузового порта. Больше века внутри них были скрыты ажурные металлические каркасы Главного павильона Всероссийской промышленно-художественной выставки 1896 г.

Пакгаузы собирались снести во время подготовки Стрелки к чемпионату мира. Когда выяснилось происхождение конструкций, архитекторы и градозащитники добились их сохранения. В 2021 г. по поручению губернатора мы их приспособили и открыли Стрелку. Теперь здесь работают концертный зал и выставочное пространство. Горожане увидели, во что может превратиться сооружение, которое еще недавно мешало расчистке территории.

Другой пример – Нижегородский кремль. К 800-летию города восстановили весь боевой ход и открыли круговой маршрут по крепостной стене. Возможность пройти кремль по периметру стала одним из самых заметных результатов юбилейной реставрации. Такие проекты во многом и показали отношение жителей к городскому наследию.

– В Нижнем есть серьезное сообщество историков, архитекторов и экскурсоводов. Они очень хорошо разбираются в истории города и глубоко знают материал. Мы все эти годы с ними работаем, губернатор всегда готов выслушать градозащитников, даже если порой это непросто. Власть может чего-то не увидеть – это нормально. А эксперты находят документы, городские легенды, истории отдельных домов. Потом из них могут даже вырасти новые проекты.

– В квартале церкви Трех Святителей есть дом, связанный с Горьким и Шаляпиным. Существует легенда, что Шаляпин выходил на балкон и распевался. Правда это или нет, сейчас уже трудно установить. Кажется, упоминание об этом сохранилось в чьем-то письме.

Мы взяли эту историю и сделали фестиваль «Шаляпин на балконе». По субботам перекрывали часть улицы, ставили стулья, самовары, варенье. На балкон выходил бас из театра оперы и балета и пел.

Здесь все и закольцовывается. Нынешнее здание театра оперы и балета выросло из Народного дома, созданного при участии Горького и Шаляпина. И вот артист этого театра снова поет Шаляпина на балконе дома, где тот бывал.

В Европе мы постоянно умиляемся маленьким местным традициям. Они кажутся древними, хотя когда-то кто-то просто начал повторять одно и то же действие из года в год. У нас таких историй под ногами немерено. Их нужно аккуратно доставать и давать им прорасти.

– Им нужен хороший маркетинг. Вообще, хороший маркетинг нужен всем. Но главное здесь – не придумывать город заново, когда уже есть собственные истории.

– Конечно, Москва. Я здесь родился, вырос и прожил большую часть жизни. Нижний Новгород, как я уже говорил, я очень люблю, но это другая любовь. Там сделано много проектов, появились важные места и близкие люди. Но никакое место не полюбишь так, как то, где родился.