В России появится своя «фабрика мыслей»

А лексей Ситников, профессор экономики и психологии, лайф-коуч первых лиц бизнеса и политики, советник государственных деятелей Европы, Азии и Латинской Америки, – о новых реалиях, стрессе, НЛП, учителях с большой буквы, иммунитете и своем новом проекте – Академии социальных технологий.

В изменившемся ковидном мире изменились ли запросы ваших клиентов? Что сегодня больше всего волнует людей?

Конечно, сейчас на первом плане вопросы здоровья и безопасности. Страх за жизнь – свою и своих близких. С другой стороны, пандемия принесла большие социальные изменения. Все, что касается работы, благосостояния, стабильности, находится в зоне неопределенности. Люди устали от новостей о коронавирусе. Фоновый стресс, который сопровождает нас уже два года, истощает организм. Поэтому, работая со всеми этими запросами, я фактически работаю и с иммунитетом.

Иммунитет нельзя повысить волшебной таблеткой. И вообще, правильнее говорить о том, как поддержать иммунитет, так как изначально у каждого из нас эта система неплохо отлажена. Но в контексте пандемии мы столкнулись с рядом факторов, существенно влияющих на снижение иммунитета.

Во-первых: до пандемии каждый человек жил в каком-то своем привычном мире, и для большинства из нас, думаю, он был достаточно хорош. Мир, где все примерно понятно и предсказуемо и где хороших людей всегда больше, чем плохих. На этом держится наше представление о мире. И вдруг оказывается, что любой прохожий, сосед, родственник, самый близкий и любимый человек может принести смертоносную инфекцию. Это невероятно стрессует.

Второе наблюдение: если провести исторические аналогии – состояние человека в осажденном городе существенно отличается от ощущений человека атомизированного, осажденного в своей отдельной квартире. Осада города, общая опасность, общие враги, общие ценности объединяют людей, социализация помогает им усилиться эмоционально, что в свою очередь поддерживает иммунитет.

В случае эпидемии каждый один на один со своим страхом. Страх нельзя показать, например, детям, и ты вынужден скрывать его, что только усиливает стресс.

И третье: прессинг противоречивой, но пугающей информации, ввергающей в состояние полной неопределенности. И в результате все тот же сильнейший стресс.

Специалист не изменит вас на уровне ядра личности, но он сможет дать точку отсчета для дальнейшего движения, считает Ситниковиз личного архива А. Ситникова

Дальше срабатывает отлаженная веками схема: выброс кортизола, повышение уровня глюкозы в крови, давления, учащенное сердцебиение. И организму остается только выбрать реакцию: бей, беги, замри. Это бессознательный выбор, он зависит от многих личностных факторов – генетики, предыдущего опыта. При этом активные действия по преодолению стрессового фактора (условные «бей-беги») помогают поддерживать иммунитет и оставаться в ресурсном состоянии. А длительное бездействие в условиях стресса накапливает кортизол в организме, что неизбежно приводит к кратному снижению иммунитета.

Очень похоже на ситуацию с вакцинацией – кто-то действует, кто-то впал в агрессию, кто-то замер. Можно ли как-то изменить реакцию с бездействия на активную позицию и нужно ли? И как это сделать?

Найти хорошего психотерапевта и коуча. Это вообще необходимо делать регулярно, особенно сейчас, в условиях тотальной неопределенности. В задачи коуча, конечно, не входит убеждать вас сделать прививку. Но такой сеанс может повлиять на психоэмоциональное состояние, аналитические способности и способы принятия решений. 

Но в нашем обществе это пока не самая распространенная привычка. 

Безусловно, менять себя человек должен сам, но, не владея инструментами, очень трудно сделать это правильно. А ведь даже мечтать надо правильно и уж тем более изменять базовые привычки. Можно так отказаться от курения, что через два месяца получишь язву. И еще, часто недостатки человека, от которых он хотел бы избавиться, являются оборотной стороной его достоинств. И расставаться с ними надо с большой осторожностью. Возможно, специалист не изменит вас на уровне ядра личности. Но он может помочь расширить горизонты самопознания, дать точку отсчета для дальнейшего движения.

А что для вас было такой точкой отсчета?

Первое, важнейшее событие, повлиявшее на всю мою дальнейшую жизнь, – поступление в Новосибирский университет. Там состоялась встреча с моим первым Учителем. Им был Гурий Иванович Марчук, президент Академии наук СССР. Это можно считать точкой отсчета. В 19 лет с его легкой руки мне посчастливилось попасть на стажировку к уникальному человеку Галдану Ленхобоеву, врачу, владевшему секретами тибетской медицины. После двух лет нашего общения, кардинально изменившего мои взгляды, он познакомил меня с другим потрясающим доктором – Константином Бутейко, создателем знаменитой дыхательной системы. Я работал его ассистентом.

Галдан Ленхобоев, исследователь и практик тибетской медициныDR

Вообще, моя жизнь щедра на судьбоносные встречи. Егор Гайдар и Борис Ельцин. Герман Греф, с которым мы меняли корпоративную культуру Сбербанка. Кен Уилбер, выдающийся мыслитель современности, философ, автор интегральной теории сознания. И, конечно, знаменитый Джон Гриндер, автор теории нейролингвистического программирования (НЛП). В 1989 году я и двое моих коллег оказались в Калифорнии в университете Санта-Круз его учениками. Мы много ездили по миру. Создавали первые профессиональные сообщества в России. Я стал вице-президентом РАСО (Российская ассоциация по связям с общественностью), представлял нашу страну во всех подобных международных организациях, был членом IPRA (International Public Relation Association), входил в руководство Американской ассоциации PR. Тогда же появилась первая Национальная ассоциация социальных технологов. Но и ее работа в то время касалась только политики... 

Запросов на трансформацию корпоративной культуры и развитие личности все еще не было?

Они появились гораздо позже. Однако мы хорошо понимали, каким будет вектор развития, и заранее готовили почву. Я защитил две докторских диссертации (на подходе защита третьей – по философии, холистическому мышлению). Стажировался в Америке и Израиле. Там я получил бесценный опыт работы с различными фабриками мыслей. И у меня появилась идея создать нечто подобное в России. У нас были все необходимые инструменты. Но общественного запроса на социальные технологии не было. Сегодня ситуация кардинально изменилась. С одной стороны, накоплен огромный опыт и необходимый набор компетенций и связей. С другой – существует индустрия, в которой работает порядка 300 000 специалистов в области социальных технологий. И в обществе есть потребность в их знаниях. То есть срослись внутренние и внешние предпосылки. А значит, пришло время реализовать наши идеи.

Алексей Ситников и губернатор Санкт-Петербурга Александр Бегловиз личного архива А. Ситникова

Вы говорите о вашем новом проекте – Академии социальных технологий? 

Да. Мы формируем сообщество авторитетных экспертов в области технологий трансформации и развития личности. 

Что конкретно относится к этой сфере?

Все, что касается техник изменения мышления и, как следствие, деятельности человека, группы или общества в целом в сторону большей продуктивности. Это психотехнологии и ТРИЗ (теория решения изобретательских задач), долголетие и качество жизни, техники обучения иностранным языкам и коучинг, психотерапия, ментальные практики, менторство, игротехники и т. д.

Важно, что академия – саморегулирующаяся система. Мы создали кафедры, возглавить которые пригласили специалистов с безупречной репутацией и серьезным опытом работы. Им дано право самостоятельно формировать свой сектор – приглашать коллег и предоставлять им возможность открытого позиционирования на рынке. Мы создадим маркетплейс, где компетенции специалистов могут быть востребованы потребителями услуг. Стать членом академии и попасть на ее сайт человек сможет только через экспертизу профильной кафедры, подкрепленную обратной связью от клиентов. 

Как я говорил, рынок социальных технологий в России уже достаточно большой, и его деятельность никак не регулируется. Поэтому отрасли необходима интеграция и система обратной связи, которая позволит рынку оценивать квалификацию специалиста. Хороший пример – Uber или «Яндекc. Такси», где мы ставим оценки. И вот уже таксисты стали нам двери открывать, воду наливать и прилично себя вести. И, главное, это делает наше передвижение абсолютно безопасным. Вот такой Uber для мозгов необходимо создать и в области социальных технологий.