Машина времени: спектакль «Помпеи» в камерном театре «Внутри»

Б ыстрый спектакль на троих, где пол и амплуа не важны, артисты переодеваются и перевоплощаются на глазах у зрителя, а главным элементом сценографии становится таинственный зеленый свет. Он возникает, когда произносится заклинание, включающее воображение. В пьесе Саввы Савельева (он же режиссер, художник и один из перевоплощенцев) волшебной фразой, машиной времени, переносящей из одной реальности в другую, становится memento mori, крылатое латинское выражение «помни о смерти».

Однако ничего трагического в «Помпеях» нет. Действие продвигается с шутками, прибаутками, цитатами из всем известных песен и школьной русской классики. Герои перемещаются между четырьмя временами и ситуациями.

Первая — в будущем, через сто лет после дня сегодняшнего, маленькая продюсерская кинокомпания пытается найти исторический сценарий и получить гигантский грант. Здесь все ходят в шубах, мужчины носят косы до пупа, а каналы до сих пор производят сериалы про роботов, вампиров и роботов-вампиров.

Сцена из спектакляИра Полярная

Вторая картина, по легенде, описанной на сайте театра, — наше время, но больше похожее на нулевые. В магазине элитных стульев переполох: «этнический» покупатель-джинн за кадром (мы только слышим голос) влюблен в Оксану, владелицу лавки, и, кажется, хочет ее убить. Сотрудники Оксаны — курьер и менеджер склада, запойно пишущий сериал — находят решение. Произнеся заклинание, коллектив переносится в третью картину — Помпеи в 1908 году.

Здесь идут раскопки, по ним бродят Горький с Лениным, присматривая, что бы такого стырить и продать во имя грядущей революции. Это комедия масок: Оксана становится юрким Ильичом, которому лишь бы людей пострелять, а писатель сериалов — архетипическим Горьким, огромным, в плаще и шляпе, при усах. Он, как гласит предание, сентиментален и вечно пускает слезу, Ленин же бодр и предприимчив.

Сцена из спектакляИра Полярная

Четвертый временной сет — Помпеи перед извержением. Дочка сенатора и раб-поэт мечтают свергнуть власть имущих классов, которая мешает им соединиться в браке. Невесть откуда попавший в древнеримские Помпеи Горький рассказывает им о революции и ухаживает за патрицианкой. Все бегают, кричат и поют под музыку Павла Артемьева (экс-«Корни»).

Кажется, Савва Савельев затеял спектакль с целью сыграть Горького — эта роль самая эффектная и забавная. Глубокого смысла в постановке искать не стоит. Зритель приходит посмотреть на Павла Табакова и Ирину Старшенбаум. Час и сорок минут без антракта представляют собой шумный капустник, выстроенный на исторических анекдотах.