Едет с грамотой гонец: как художники изображали весть?

С давних времен у человека была потребность получать актуальную, а главное достоверную информацию о текущих событиях не только внутри своей страны, но и за ее пределами. Помимо устных сообщений, привычные нам газеты, буклеты, флаеры в тех или иных формах впервые встречаются уже в Древнем Риме, а изобретение бумаги и дальнейшее развитие книгопечатания определили облик не только печатной продукции, но и современных новостных медиумов. 

В сотрудничестве с Русским музеем кураторы Еврейского музея в Москве на днях представили выставку «Весть 2.0», ставшую продолжением экспозиции, прошедшей в 2024 году в петербургском Корпусе Бенуа. Главной ее темой стало отражение видов передачи и получения информации в произведениях художников разных эпох и стилей. 11 залов выставочного пространства, с одной стороны, выстраивают хронологическую эволюцию источников новостей, а с другой разделяют «весть» по типу доносимой информации: наставление, личное послание, пропаганда, сплетня и т.п. 

Фрагмент экспозиции «Весть 2» Пресс-служба Еврейского музея и центра толерантности

Некоторые разделы складываются вокруг конкретного образа, собирающегося из отдельных мотивов подобно мозаике. Другие же пошли по пути меньшего сопротивления, следуя линии наглядного нарратива. В «Вестнике» прослеживается процесс трансформации устного наставления или доклада гонца в литературные журналы и альманахи, обложки для которых создавали именитые живописцы и графики. Архаический южно-сибирский петроглиф перекликается с «чудовищем ископаемых времен» с Вестника Велемира Хлебникова и в то же время вступает в диалог с особой мифологией «инкубусов» Гарифа Басырова.

Письмо, самый интимный из всех носителей вестей, всегда отличалось своей индивидуальностью как в плане оформления, так и по характеру содержания. Кураторам удалось собрать довольно полную картину написания письма, передать не только эмоцию получателя, но и темперамент отправителя.

Пресс-служба Еврейского музея и центра толерантностиПресс-служба Еврейского музея и центра толерантности

Слово «Газета», отсылающее к названию мелкой венецианской монеты XVI века, заставляет в свою очередь задуматься о прообразах этого вида изданий сегодня, о его символичности в контексте отображения действительности. Газета приобретает значение универсального медиа, использующегося не только в просветительских целях, но также служащих основой для многих произведений художников ХХ века, буквально врезающегося в полотно в духе коллажа.

История «Сигналов» демонстрирует переход от иллюстрированных сводов корабельных знаков с гравюр Алексея Зубова к попыткам уловить и запечатлеть не только визуальный сигнал, но и звуковой. Расширение границ восприятия, связанное со всевозможными авангардными экспериментами и стремлением познать синестезию, создало весьма благодатную почву для развития абстрактного искусства и новых форм эмблематической живописи.

Пресс-служба Еврейского музея и центра толерантностиПресс-служба Еврейского музея и центра толерантности

С появлением телефона стало возможным одномоментное распространение новостей и вербального повсеместного донесения информации практически без ограничений. Этот предмет становится сквозным мотивом нескольких последующих залов, где, даже на второстепенных позициях, служит неотъемлемым посредником коммуникации.

Радио и телевидение рассматриваются в этой экспозиции далеко не как средства развлечения, но как фактически первые и надолго укоренившееся методы политической пропаганды и управления населением. В то же время встает вопрос об определении истинности и ложности информации, получаемой посредством внушения транслируемого «знания». 

Пресс-служба Еврейского музея и центра толерантностиПресс-служба Еврейского музея и центра толерантности

Пожалуй, наиболее слабыми залами оказались «Послание как ритуал» и «Сплетни». Первый представляет художников, взаимодействующих с властью, лишь на уровне фиксации художественного процесса создания стен-газет и тех же окон РОСТА, и, к великому сожалению, отнюдь не в качестве рупоров своей эпохи. То же касается и феномена «сарафанного радио», разработанного далеко не с той должной изощренностью и виртуозностью, которых он достигает в реальной жизни и тех последствий, которые порой за собой влечет. Напротив, необычайно удавшимися показались разделы, повествующие о цифровых новостных потоках и даже входа в контакт с внеземными цивилизациями. Акцентным «эпилогом» становится полотно Вадима Овчинникова «Мы», отсылающее к одноименной антиутопии Евгения Замятина, которое вызывает скорее настороженность, нежели восторженность.