Геворг Арутюнян / Пресс-служба театра им. А.С. Пушкина
Время

Достоевский на любой вкус: 4 московских спектакля, которые стоит увидеть

Геворг Арутюнян / Пресс-служба театра им. А.С. Пушкина

Великий русский писатель не оставил театру ни одной пьесы, но, стал, пожалуй, одним из самых востребованных его авторов. В год 205-летия Федора Михайловича его романы вновь на московских сценах и собирают аншлаги  — рассказываем о самых любопытных постановках уходящего года.

Т еатральные режиссеры относятся к творчеству Достоевского примерно с той же фанатичной увлеченностью, что и альпинисты к Эвересту: поставить произведение великого русского писателя на сцене — значит доказать свой опыт, смелость, выносливость и удачу, а заодно воткнуть на вершине именной флагшток. Но Федор Михайлович покоряется не каждому. Сложный текст, большое количество героев, где важен каждый, многослойность и философские глубины — совсем не простой маршрут. Одни режиссеры застревают на полпути, уйдя от смысла во внешние формы, другие теряются в бесконечных монологах, третьи так увлекаются идеями, что забывают про живых людей на сцене. Но в этом году в Москве нашлись те, кто дошел до вершины и вернулся с интересными историями. Рассказываем о самых любопытных московских премьерах по Достоевскому: покорили не все, но скучно не было нигде.

«Идиот», Театр им. А.С. Пушкина

Одна из самых удачных постановок романа Ф. М. Достоевского и одна из важных московских премьер уходящего года. Это редкий для современного театра пример целостного высказывания, когда на режиссерский замысел работает действительно все — от блестящих актерских работ и эффектного сценического решения, до выверенной партитуры света и костюмов, в которых даже простая деталь или цвет — не случайны. Режиссер Сергей Тонышев поставил спектакль не столько про сумасшествие Мышкина, сколько про душевную болезнь того мира, который его окружает. Князь в исполнении Андрея Кузичева — и это стопроцентное попадание в образ — совершенно нормален, в его облике и в манерах нет ничего странного: обычный скромно одетый мужчина средних лет, такого легко встретить на улице. В том, что он полон эмпатии и готов в каждом увидеть что-то хорошее, оправдать, а не обвинить, нет ничего безумного.

Вот только Петербург давно болен. А что это еще, как не душевный недуг, когда все его жители — от Рогожина (Александр Кубанин) до Иволгина (Руслан Чагилов), от Настасьи Филипповны (Евгения Леонова) и даже Аглаи (Вероника Сафонова) — рабы страстей и пороков, а доброта и милосердие принимаются ими за отклонение? В таком городе не может быть парадных фасадов и света — сцена пуста и затемнена, в глубине — гигантский портрет Настасьи Филипповны, который так хочется разглядывать всем героям, но так неудобно это сделать физически — ведь он перевернут вверх ногами. На черном зеркальном полу хаотично расставлены стулья, в покрытых патиной металлических панелях-перегородках отражаются тени, и кажется, что это низкое небо, по которому плывут облака.

Из подсвеченного огненным люка словно черти вылезут на встречу Мышкину Рогожин и Настасья Филипповна. Туда же, в эту преисподнюю, она бросит ассигнации — в бешеном танце, в прилипшей к телу сорочке, на глазах у безмолвной толпы-масок, пришедших к ней на именины. Адский огонь прошелся по всем — даже у генеральши Епанчиной и у всех ее дочерей опалены края светлых платьев. Разве может в таком мире выжить чистый человек Мышкин? Единственный выход для князя — другая реальность, волшебная идиллия, словно перенесенная из клипа Carribian Blue ирландки Энии: огромный круг луны, на фоне которого юноши охотятся за бабочками с сачком, а прекрасные девы в белых сорочках играют в большой ярко-красный мяч.

Преступление и наказание 1994, Театр на Бронной

Режиссер спектакля Сергей Ходьков, дебютант и выпускник мастерской К.Богомолова, наследует своему учителю, вольготно обращающемуся с классическими сюжетами, и переносит действие романа в 1994 год. Три года как развалился СССР, рухнул рубль, кругом — разруха и полный беспредел. Бросивший учебу студент Раскольников (Богдан Жилин) живет в нищете и в полной неопределенности относительно будущего. Он мнит себя Наполеоном, рубится в шутер, аналог Doom по Достоевскому, в котором снова и снова убивает старушку, как бы заново проживая уже совершенное преступление. Ведет дневник, фиксируя на видеокамеру свои мысли, крутит роман с Соней (Мария Дудник), с которой познакомился в ночном клубе, и отчаянно пытается переиграть душевнейшего следака Порфирия Петровича, который может и к себе в кабинет вызвать, и по-приятельски в гости зайти с баклажкой пива в авоське.

Лихие 90-е пришлись героям «Преступления и наказания» неожиданно впору: когда привычный мир разрушен, а те, кто раньше были никем, вдруг оказались на вершине пищевой цепочки, самое время примерить на себя наполеоновские идеи и доказать, что «право имею». Но внимание в этом спектакле, идущем в камерном зале на 80 человек, будет приковано не Раскольникову — даже если его в другом составе будет играть Григорий Верник — а к Свидригайлову (Рустам Ахмадеев), рефлексирующему авторитету в кожаном пиджаке, и безмятежному Порфирию Петровичу (Евгений Перевалов), управляющемуся с Родионом как Каа с бандерлогом — одним взглядом и тихим голосом. От главных звезд театра на Бронной здесь глаз не оторвать, и два с половиной часа пролетят незаметно.

«Игрок», Малый театр

Главный парадокс новой постановки Владимира Даная, которой Малый театр открыл новый сезон: «Игрок» идет без игры, а курортный Рулетенбург сознательно лишен блеска, денег и азарта. На сцене — серое лаконичное пространство отеля, в котором не будет рулетки и лихорадочного вращения колеса, никаких ставок, проигрышей и отчаянной надежды отыграться. Режиссер убирает из романа его нерв, сосредоточившись на психологизме и взаимоотношениях героев. Недаром «Игрок» начинается с титрированной киноисповеди, когда на экран крупным планом выводят лицо Полины, говорящей на немецком о власти одних людей над другими — о подчинении, унижении и зависимости, в которой человек постепенно перестает принадлежать себе.

Но вырезав из повествования азартную линию романа, Данай лишил героев мотивов: без рулетки логика их разрушения становится менее понятной, а страсть Алексея Ивановича к Полине, его униженность и близко не превращает личную драму в катастрофу. Иван Трушин в роли Алексея Ивановича безусловно хорош: его герой — подтянутый, самолюбивый юноша, который постепенно перестает видеть в любви главное и растворяется в игре. Но даже его убедительная работа не спасает положения: поступки Алексея выглядят скорее психологическим срывом, чем гибелью человека, поставившего на кон все.

Единственный по-настоящему живой герой — бабушка, Антонида Васильевна (Людмила Титова), заехавшая в Ротенбург проведать наследника, а в итоге спустившая в казино почти все свое состояние. Она появляется в кресле-каталке, одетая в ярко-красное платье, и мгновенно перетягивает все внимание на себя. В ее энергии, деспотизме, чувстве юмора и способности нарушать правила есть то, чего так не хватает остальным — жизни. Пока бабушка на сцене, спектакль живет совершенно в другом ритме, с ее отъездом в постановку снова возвращается монохром. Все снова выверено, красиво и подчинено режиссерскому замыслу, но за этой сдержанностью трудно почувствовать страсти, от которых герои должны терять голову.

«Коля Красоткин», МХТ имени А.П. Чехова

Мы привыкли, что если в театральной афише значится Достоевский, то жди тайные пороки, нравственные страдания, темные страсти, преступления, одержимость и абсолютную безысходность. У МХТ получилось разрушить этот стереотип и выпустить спектакль, где свет в конце тоннеля точно есть. Вычленив из «Братьев Карамазовых» подростковую линию, взяв из романа не только том «Мальчики» о гимназисте Красоткине и его приятелях, но и сюжет о четырнадцатилетней Лизе Хохлаковой, переживающей свою первую влюбленность, режиссер Максим Меламедов поставил светлую и добрую историю о взрослении, почти рождественскую по своей сути.

На заснеженной сцене, освещенной теплым оранжевым светом электрических фонарей, под непрекращающимся снегопадом Красоткин (Денис Парамонов) и его компания будут кататься на санках с горки, играть в снежки, лепить снеговиков, подглядывать за целующимися Лизой (Анна Затеева) и Алешей Карамазовым (Дмитрий Сумин), подставлять друг другу плечо и отвергать дружбу тех, кто, по их мнению, ее не достоин. А заодно разбираться, что есть большая смелость для подростка — самоутверждаясь, на спор лечь между рельсами под мчащийся поезд, или сделать сознательный шаг к человеколюбию и прийти к умирающему Илюше (Павел Филиппов), которого они сами же и сделали изгоем. Быть добрым, показать свою светлую сторону — вовсе не слабость даже для такого верховоды как Красоткин, но чтобы осознать это, мальчику придется пройти путь взросления. Смерть Снегирева в спектакле не воспринимается как нечто трагическое, это тот самый светлый финал, дающий надежду. На этот атмосферный, очень красивый и нежный спектакль можно и нужно идти с детьми-старшеклассниками, они точно не заскучают, тем более что спектакль идет без антракта около двух часов.

Читайте также