Когда спектакль становится событием: почему «Накануне» нельзя пропустить

Максим Горький в 2026 году звучит так остро, что многие, вернувшись домой из «Сатирикона», достают с полки запылившийся томик классика, чтобы убедиться — ничего ли авторы спектакля за него не дописали. Драма о смертельно больном купце Булычове, который накануне революции пытается осмыслить прожитую жизнь, свои отношения с близкими и крах привычного мира, вдруг настолько точно попала в день сегодняшний, что кажется написанной буквально вчера, а не в 1931 году. Дело тут не только в ее неожиданной политической злободневности. Режиссер Николай Рощин смог пересобрать всеми забытую пьесу, вытащил на первый план другие смыслы, добавил гротеска, придумал кучу аттракционов — от прыгающей на лыжах по сцене Шуры, побочной дочери купца, и мелькающего за окном медведя, до макабрической оргии Булычовых и Ко. и «живительного» гроба, в котором в финале себя запирает купец — и сделал жесткий спектакль, который смотрится на одном дыхании.