Статья опубликована в № 3950 от 30.10.2015 под заголовком: Роман с радио

Издан двухтомник радиовыступлений Александра Пятигорского

Он напоминает, какой интеллектуальной может быть журналистика и от какого наследства она сейчас отказывается

В двух томах собраны тексты около сотни радиовыступлений знаменитого востоковеда и философа Александра Пятигорского (1929–2009). Они звучали в эфире радио «Свобода» – одна часть в середине 1970-х, после эмиграции из СССР в Англию занимавшегося правозащитной деятельностью Пятигорского, другая – уже в эпоху перестройки. Тогда на короткое время философ возобновил сотрудничество с радиостанцией и начал выступать уже не под псевдонимом «Андрей Моисеев», но под своим настоящим именем.

В первый том вошли публикации о древних философиях мира, от буддизма, джайнизма и зороастризма до стоиков, раннего конфуцианства и каббалы, а также по философии нового времени, от Юма до Кьеркегора и Ницше. Второй том посвящен мыслителям ХХ в., от Шпенглера, Камю и Ортеги-и-Гассета до Унамуно, Хайдеггера и Маркузе; в особые разделы выделены тексты о философии в России (Соловьев, Булгаков, Трубецкой, Франк). В общей сложности в издании представлено пять циклов; деление выглядит условным, поскольку принадлежит не автору, а составителю, но Кириллу Кобрину можно верить, в свое время он был редактором двух книг Пятигорского, опубликованных издательством «Новое литературное обозрение» при жизни мыслителя: «Введение в изучение буддийской философии (девятнадцать семинаров)» и «Кто боится вольных каменщиков? Феномен масонства».

Недоумение вызывает разве что определение жанра этих текстов в издательской аннотации– лекциями их назвать трудно, разве что лаконичными. Это не классические лекции университетских объемов, длящиеся час с лишним, а именно что беседы, как они названы во вступительных текстах, а если стремиться к еще большей точности – радиовыступления в чистом виде, занятие почетное, которым в ХХ в. занимались многие известные интеллектуалы Запада и Востока, начиная с Адорно и Томаса Манна; среди русских литераторов первыми вспоминаются Гайто Газданов и Виктор Некрасов.

Выступления Пятигорского доступны сегодня в виде звуковых файлов на сайте «Свободы» (спасибо аудиоархивисту радиостанции Ольге Широковой), большинство из них длились по 6–8 минут – время, достаточное для формулировки внятного высказывания и недостаточное, чтобы надоесть не слишком посвященной в профессиональные тонкости публике. У Пятигорского был особый дар ясного разговора о сложном – сказывался и собственный педагогический опыт (после окончания философского факультета МГУ он преподавал в сталинградской школе), и особенности мышления, привлекшие тартуских структуралистов: в свое время Ю. М. Лотман пригласил Пятигорского к совместной работе.

Каждый текст в книге предваряется подчеркнуто нефилософской вступительной заметкой (автор большинства из них – Кирилл Кобрин), позволяющей лучше понять не только контекст эпохи Пятигорского и его первых слушателей. Например, «Обращение к Чаадаеву» состоит из пятистраничного предисловия составителя и шести страниц выступления Пятигорского, видевшего в авторе «Философических писем» первого осознанного носителя самосознания в России, предтечу Сергея Булгакова. Пятигорский афористично описывает современников Чаадаева, называя Хомякова – религиозным, а Пестеля – политическим утопистом, «в целом гораздо больше идеалистом и меньше реалистом, чем Хомяков». Последний считал, что цивилизации в России нет и не надобно, а Чаадаев – что ее в России просто нет, и потому нигде не писал, будто русская цивилизация ниже европейской или выше какой другой.

Конечно, в веселые годы застоя появление в эфире западного радио философа уровня Пятигорского было связано с холодной войной, но в начале 90-х это уже была в чистом виде реакция на запросы и вопросы эпохи. Ранняя «Независимая», «Сегодня», «Столица», «Огонек» до перехода в глянец – эти и многие другие газеты и журналы вобрали в себя множество материала, по которому будут изучать духовную историю времени. Повсеместный взлет СМИ той поры особенно ценишь на фоне нынешнего их (само)удушения. Легко найти множество политических и экономических причин для объяснения произошедшей метаморфозы, но не стоит забывать и о психологическом факторе – об усталости и разочаровании самих интеллектуалов. Их надежда на просветительскую функцию массмедиа, стремление к эволюции у аудитории была уничтожена не только новыми реалиями журналистики, но и изменившимися, как казалось, предпочтениями самих читателей/слушателей. Подобное заблуждение опровергает интерес, проявленный газетами и журналами к сборнику Пятигорского – многие в качестве препринта напечатали накануне выхода тексты из двухтомника.

Свободный философ Пятигорский: В 2-х т. / Вступ. ст. К. Кобрина, О. Серебряной; Науч. ред. А. Марков. Спб: Изд-во Ивана Лимбаха, 2015