Статья опубликована в № 4687 от 01.11.2018 под заголовком: О чем говорят номинации «Золотой маски»

О чем говорят номинации «Золотой маски»

По спискам претендентов на национальную театральную премию удобней всего следить, как меняется российский театр
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

В заголовках практически всех новостных ресурсов, сообщивших о номинантах «Золотой маски», есть имя Кирилла Серебренникова. Неудивительно: за последний год режиссер, находящийся под домашним арестом, стал главным ньюсмейкером российского театра – всякому медиа нужно побольше просмотров, а знакомое имя цепляет читательский глаз. Но номинации Серебренникова – скорее закономерность, чем сенсация (если вынести за скобки тот факт, что премьеры выходят в отсутствие режиссера). «Маленькие трагедии» в «Гоголь-центре» – сильнейший спектакль, а «Нуреев» в Большом – несомненное событие сезона. В первом случае Серебренников номинирован как режиссер и художник, во втором – как художник. Кроме того, обе постановки претендуют на «Лучший спектакль» соответственно в драме («большая форма») и в балете. Но выбор экспертов позволяет проследить и общие тенденции, любопытные почти во всех разделах премиального списка: похоже, в драме у нас идет децентрализация, в опере – модернизация, и только балет в основном выясняет отношения с прошлым. Зато спектакли и режиссеры, проходившие прежде по разряду эксперимента, понемногу проникают в основные номинации.

Децентрализация

В драматическом конкурсе заметнее всего обилие регионального театра: если верить экспертам «Золотой маски», то в 2018 г. российский театр децентрализован как никогда. Из 29 спектаклей 16 идут за пределами Москвы и Петербурга; от Омской драмы и Красноярского театра имени Пушкина на фестиваль поедут аж по два спектакля. Всего упомянуты 16 городов – на три больше, чем в прошлом году, и на два – чем в позапрошлом. Особенно необычно выглядит номинация «Спектакль большой формы»: из 13 названий всего две столичных премьеры и еще три – из Петербурга.

Акцент на регионы можно понимать и как ответ Андрею Кончаловскому: недавно режиссер предложил учредить альтернативную театральную премию, государственную, упрекнув «Золотую маску», что ее будто бы волнуют только театры внутри Садового кольца (что чистый вздор, но, видимо, познакомиться с историей премии режиссеру было недосуг).

Кроме того, эксперты под председательством Александра Вислова решили восстановить справедливость и номинировать постановку, которую хотели выдвинуть на «Маску» еще четыре года назад. И выдвинули бы, если бы театр не выступил против (да, так тоже бывает). Речь о документальной работе экспериментатора Дмитрия Волкострелова «1968. Новый мир», изначально появившейся в Театре на Таганке, – летом она вышла в новой редакции в музее современного искусства «Гараж» и поэтому считается премьерой.

Правда, нет никаких гарантий, что награда за «малую форму» наконец-то достанется спектаклю Волкострелова, а не «Мертвым душам» Олега Липовецкого (Лесосибирск) или «Реке Потудань» Сергея Чехова (Псков) – жюри наверняка захочет поощрить смелую режиссуру в регионах.

Конкурс «Эксперимент», чью программу формируют оба экспертных совета, «драматический» и «музыкальный», оказался неожиданно больше, чем обычно, - в основном за счет независимых петербургских театров. Будет забавно, если главные новаторы современной мировой сцены, немецко-швейцарская команда Rimini Protokoll, третий год подряд останутся без «Маски» (на этот раз их номинируют за спектакль «100% Воронеж» с участием обычных горожан).

Модернизация

Судя по выбору экспертов «Золотой маски», оперный мейнстрим напрочь выпал из актуального оперного процесса. В конкурсной афише – ни одной оперы Чайковского, Верди или Пуччини, хотя все они исправно ставились на сценах страны. «Пиковая дама», «Бал-маскарад» и «Богема» Большого театра не вошли даже в лонг-лист. Причина, конечно, не в композиторах, а в постановщиках: просто в сезоне 2017-18 Теодор Курентзис и другие ньюсмейкеры оперной сцены предпочли менее ходовой репертуар. В результате в оперной афише «Маски» – два Генделя и один Люлли, две партитуры ХХ века и четыре - XXI. Две оратории там, где могли быть оперы. Два драматических актера там, где могли быть певцы. Три контратенора в номинации «Опера / Мужская роль». В числе дирижеров с Курентзисом состязаются Филипп Чижевский, Венсан Дюместр и Андреа Маркон, компанию разбавляет разве что мэтр Евгений Бражник. В режиссерской номинации ему составляет компанию Александр Титель, в чьих конкурентах – Кэти Митчелл, Ромео Кастелуччи, дебютант в музыкальном театре Константин Богомолов. Более радикального выбора в оперной номинации мы еще не видели.

Его уравновешивает ассортимент номинации «Оперетта / Мюзикл», здесь фигуранты привычные – театры музкомедии из Петербурга, Екатеринбурга, Новосибирска, Красноярска, к которым вот уже второй год пристраивается московская Таганка.

Сенсация шорт-листа – целых девять имен в номинации «Лучшая работа композитора». Авторы представляют разные поколения и изводы авангарда (Владимир Раннев и Александр Маноцков, Кирилл Широков и Алексей Ретинский), метамодерна (Настасья Хрущева и Юрий Красавин), стилистики мюзикла (Андрей Кротов, Евгений Загот) и неакадемической импровизации (Кира Вайнштейн). Список композиторов покрывает целых четыре номинации – оперную, балетную, «Современный танец» и «Эксперимент».

Назад, к Петипа

Прошедший сезон в сфере балета выдался особенно событийным. И эксперты не смогли устоять перед его разнообразием, собрав близкую к рекордной афишу. В ней оказалось десять спектаклей, заявляющих о желании удовлетворить все вкусы: архаизированная классика и новая редакция, новые спектакли со старинными названиями, переносы европейских хитов и мировые премьеры, полнометражные балеты-гиганты и стремительные бессюжетные одноактовки. Но преобладают постановки, авторы которых выясняют отношения с историей балета – будь то наследие Петипа или легенда Рудольфа Нуреева.

Кажется, впервые в конкурсную афишу не попал Мариинский театр. Остальные лидеры на месте. Большой представлен двумя спектаклями – переносом канадских «Ромео и Джульетты» Алексея Ратманского и мировой премьерой «Нуреева» Юрия Посохова и Кирилла Серебренникова, который фигурирует в девяти номинациях. В восьми представлена «Пахита» Екатеринбургского театра – спектакль Петипа, переосмысленный Сергеем Вихаревым, Вячеславом Самодуровым и Павлом Гершензоном. Среди лидеров также пермский «Щелкунчик» Алексея Мирошниченко и «Дон Кихот» петербургского Театра имени Якобсона, отмеченные по семь раз. Остальные спектакли (в том числе впервые попавшие в конкурс «Маски» постановки из Воронежа и Самары) сыграют скорее роль кордебалета.

Девять постановок отмечено в современном танце, и среди них есть такие, которые заставляют говорить об утверждении в этом жанре нового поколения. Среди них – «40» москвичей Ольги Тимошенко и Алексея Нарутто, «Гроза» Ксении Михеевой, поставленная в петербургском «Каннон Данс», и московский проект «Камилла» Анны Гарафеевой. Созданные в разных техниках, вместе они представляют современный танец как часть эмоционального и метафоричного театра.

Основная конкурсная программа фестиваля «Золотая маска» пройдет в Москве в феврале - апреле 2019 г. Церемония вручения премии состоится 16 апреля на исторической сцене Большого театра.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more