Жером Столь: «Потребители недостаточно хорошо представляют, что такое электрический грузовик»

Компания Renault, один из крупнейших производителей коммерческой техники в Европе, с конца прошлого года начала продажи во Франции электрической версии своего популярного каблучка Kangoo – Kangoo Z. E. (от Zero Emission, «нулевой выброс»). Планы не наполеоновские – в ближайшие четыре года Renault хочет продать 15 600 Renault Kangoo Z. E.: компания лишь тестирует рынок и готовит покупателей к транспортному средству нового типа, каким является электромобиль по сравнению с автомобилем с двигателем внутреннего сгорания. Но в Renault уверены, что электромобили будут становиться все более популярными – особенно среди транспортных компаний, чувствительных к стоимости топлива (а электричество намного дешевле ископаемого топлива), – по мере того как будет создаваться инфраструктура для электротранспорта, совершенствоваться технологии и увеличиваться дистанция пробега без подзарядки. О том, как будет эволюционировать рынок легкого коммерческого транспорта (LCV) с появлением новых технологий, «Ведомостям» рассказывает исполнительный вице-президент Renault Жером Столь, отвечающий в компании за продажи, маркетинг и LCV.

– Renault начала продажи Kangoo Z. E. в октябре прошлого года. Как покупатели приняли ваш электромобиль?

– Очень хорошо. Но надо понимать, что это новый рынок и новое понимание мобильности. Так же как и 100 лет назад, когда первые автомобилисты покупали бензин не на автозаправках, а бутылями в аптеках. Инфраструктуру для электромобилей еще предстоит создать, и это займет какое-то время.

Люди, которым довелось управлять автомобилями Z. E., отмечают две вещи. Во-первых, удовольствие от ускорения, поскольку крутящий момент очень высок и доступен с 0 оборотов – они такого не ожидают. Во-вторых, тишину. Во Франции мы провели тендер, по результатам которого поставим 19 компаниям 15 600 Renault Kangoo Z. E. в течение ближайших четырех лет. Мы продаем автомобили, но сдаем в лизинг зарядные батареи, и клиенты это оценили. Теперь нам необходимо работать над узнаваемостью продукта – потребители еще недостаточно хорошо представляют, что такое Kangoo Z. E.

– Вы продаете Kangoo Z. E. на открытом рынке или все произведенные машины идут только этим 19 компаниям?

– Конечно, продаем – с ноября 2011 г. Среди покупателей крупные компании, малый бизнес, частные предприниматели. Сферы бизнеса разные – большая доля компаний, занимающихся доставкой грузов, но также, например, индивидуальные предприниматели, занимающиеся реставрацией, ремонтом, флористы… Изначально мы думали, что Kangoo Z. E. будет пользоваться спросом преимущественно в больших городах, но теперь видим, что и в сельской местности эти автомобили востребованы: у их владельцев свои дома, и для них нет проблем организовать зарядку у дома.

– Вы упомянули, что покупателям нравится в ваших электромобилях, а есть ли у вас информация, что им не нравится?

– Существуют страхи двух родов. Во-первых, связанные с инфраструктурой: будет ли она развиваться достаточными темпами. В этом аспекте, я думаю, мы немного отстаем: государство делает не столько, сколько мы от него ожидали. Мы ведем с правительством дискуссии на эту тему, так же как и с мэриями, – они тоже инвестируют в инфраструктуру. А также с компаниями, которые имеют крупные парковочные площадки, – такими, как сети супермаркетов или операторы платных парковок.

Во-вторых, это автономность: какое расстояние способен преодолеть электромобиль без подзарядки. Говоря с дилерами, мы настаиваем: не продавайте электромобиль человеку, который не нуждается именно в электромобиле, – потому что этот тип мобильности нужен далеко не всем. А покупателям мы говорим: автономность – это и ваша ответственность, в зависимости от стиля вождения дальность пробега можно увеличить на 25–30%. Автономность Kangoo Z. E., измеренная по стандартам ADAC, составляет 160–170 км, но способна изменяться в зависимости от стиля езды, погодных условий и проч. – так что может быть и 190 км, и 120 км.

В [легковом электромобиле] Zoe Z. E. мы установили специальные устройства, помогающие водителю эффективнее использовать автомобиль: например, необходимо заранее, когда машина еще стоит подключенная к сети на парковке, прогревать ее, если на улице холодно, или охлаждать, если на улице жарко.

– Но при нынешних темпах развития технологий, может, и не понадобятся масштабные инвестиции в многочисленные электрозаправочные пункты в городах – если емкость уже существующих автомобильных батарей хотя бы удвоится? Ведь уже с нынешним поколением батарей электромобили могут уверенно преодолевать по 80–100 км без подзарядки, т. е. если у владельца такой машины есть зарядные пункты дома и у офиса, никакие общественные зарядки в городе ему и не нужны. Хотя у коммерческих электромобилей суточный пробег, конечно, значительно выше.

– Нет, это зависит от сферы применения. Например, у автомобилей французской почты La Poste максимальный суточный пробег составляет 80 км, а средний – 40–50 км. Именно поэтому мы выпустили на рынок Zoe – это массовый автомобиль для жителей пригородов, работающих в городах, – а их суточный пробег не превышает 20–25 км (конечно, для Zoe это не является пределом).

– Какой потенциал вы видите у коммерческих электромобилей в сегменте LCV? Мне кажется, что они могут занять очень большую долю рынка.

– Да, мы видим, что интерес все выше и выше. Особенный успех электромобили ждет в странах, правительства которых предлагают их владельцам налоговые льготы или другие привилегии. Но в то же время мы видим, что и отдельные города предлагают собственные льготы или привилегии – вроде бесплатного въезда для электромобилей в центр города. Таких городов все больше и больше – Милан, Берлин, Лондон…

– Kangoo был выпущен на рынок в 2007 г. Когда ожидается появление следующего поколения этого автомобиля?

– Мы сделали фейслифтинг Kangoo, а нормальный срок жизни модели – 6–7 лет.

– Появятся ли на рынке электроверсии других коммерческих автомобилей Renault?

– Да, мы думаем над тем, чтобы оснастить этой технологией Renault Master.

– Как кризис повлиял на продажи LCV в Европе?

– Мы являемся лидерами в этом сегменте в Европе на протяжении уже 15 лет и увеличиваем долю рынка: по итогам двух месяцев 2012 г. она достигла 17%. То есть с точки зрения доли рынка мы чувствуем себя уверенно: у нас есть продукт, который удовлетворяет потребностям покупателей. В физическом выражении рынок немного сократился – из-за кризиса, – но мы рассчитываем на рост объемов продаж за счет развивающихся стран, где мы пока представлены не очень сильно: Бразилии, России, в которой мы продали лишь несколько Master и Kangoo. Я уверен, что у рынка LCV в России громадный потенциал, и в будущем мы предложим в России очень интересные и привлекательные продукты.

– Альянс Renault-Nissan – «АвтоВАЗ» собирает в России уже большое количество моделей, но LCV среди них нет...

– Пока нет. Мы не можем удовлетвориться существующим положением вещей. Я отвечаю за этот бизнес, и моя задача – его расширение. (Смеется). Наши амбиции – быть крупнейшим игроком в России. Чтобы достичь этого, нам необходимо иметь местное производство. Мы начали с массовых моделей – Logan, Sandero, затем Fluence, следом будут Koleos и Latitude. В рамках этой стратегии необходимо иметь производство и LCV – чтобы быть конкурентоспособными.

– А Kangoo Z. E. в Россию поставляться будет?

– Пока конкретных планов нет. Сначала нам необходимо подготовить автомобиль к низким температурам, которые случаются в России. Когда мы сделаем это и если рынок будет готов, то нет никаких причин, чтобы исключать Россию [из числа стран, где продается Kangoo Z. E.].