Африка дороже России

Масштабный российско-африканский саммит и списание $20 млрд долгов – это эффектный ход для внешних адресатов и сомнительный для внутренних
Мальгавко Сергей / Фотохост агентство ТАСС

Списание больших безнадежных долгов другим странам – типичная практика для России, но именно сейчас прощение странам Африки $20 млрд долгов рискует быть воспринято обществом, уставшим от стагнации личных доходов, как неуместное политическое самоутверждение власти: слишком наглядна цена статуса сверхдержавы.

Наша страна облегчает долговое бремя стран Африки и уже списала свыше $20 млрд, сообщил Владимир Путин в Сочи, куда на саммит «Россия – Африка» приехали руководители 43 африканских стран и представители местного бизнеса. Это не самое крупное списание: в 2014 г. Россия простила, например, $31,7 млрд Кубе, а раньше – $11 млрд КНДР, $12 млрд Ираку, $11,3 млрд Афганистану, $9,8 млрд Сирии. Большинство долгов сделаны еще в советское время, вернуть их страны-должники не могут в принципе, поэтому экономические резоны списания простые: если хочется развивать сотрудничество с перспективной экономикой, то для перезагрузки долги списываются или как минимум реструктурируются. Всего Россия в разное время списала долгов на астрономическую сумму – более $140 млрд.

Другой вопрос, откуда берутся эти долги. При принятии решения о выделении той или иной стране кредита в расчет берутся два фактора – политический и экономический. Во времена СССР политические цели, как правило, доминировали, экономическая выгода отходила на задний план – это касалось и стран Африки. Сейчас Россия хочет восстановить и укрепить отношения с Африкой, в этом, безусловно, есть политический интерес – западные комментаторы говорят о попытке России вернуться к влиянию чуть ли не советского масштаба. Но налицо и очевидные экономические интересы, констатирует директор Центра исследований международной торговли РАНХиГС Александр Кнобель: многие африканские страны имеют все шансы расти куда быстрее остального мира. Африке удалось начать быстро выбираться из нищеты, а значит, это перспективный рынок для торговли (в том числе вооружением) и инвестиций.

Публичное прощение долгов странам Африки, возможно, при других условиях было бы воспринято как жест, демонстрирующий преемственность между Россией и СССР, – но не сейчас, когда усталость от геополитических побед соседствует с копящимся раздражением от роста цен в отсутствие роста доходов, от повышения пенсионного возраста и проч. У немалой части общества давно зреет вопрос к власти: не пора ли тратить деньги на своих граждан, а не на внешнюю политику? Идея была сформулирована в общественном мнении давно, с началом военной кампании в Сирии такая позиция стала очень медленно, но распространяться, однако говорить о сформулированном запросе пока нельзя, говорит социолог «Левады» Алексей Левинсон. У людей в регионах на фокус-группах прорывается не недовольство, а вопросы: почему денег на них хватает, а на нас – нет, говорит социолог из РАНХиГС Дмитрий Рогозин. Бурных протестов прощенные Африке $20 млрд, конечно, не вызовут, но и рейтинги власти такая благотворительность не поднимет.