Взять власть у вирусологов!

Германия дает политический ответ на эпидемию
Reuters

С февраля сего года миром правят вирусологи и эпидемиологи. Видно, как упиваются они своей властью, когда, покашливая, объясняют, что и в июле, кх-кх, и, вероятно, в сентябре, кх-кх, а предположительно, и в ноябре, кх-кх, по всей видимости, все еще не будет, кх-кх, однозначно четкой гарантии ни от чего, кх-кх, так что, уважаемые сограждане, кх-кх, надо подождать и потом посмотреть, кх-кх, подождать и посмотреть, подождать и посмотреть… О, как закатывали они в ужасе глаза, если кто-нибудь в полутора метрах от них только заговаривал об экономической катастрофе, ослаблении карантинов и проч. Не сметь!.. Virus first!

А власти, расслабленные и испуганные, охотно прячутся за бормотания придворных экспертов – им до смерти не хочется что бы то ни было решать и за что-либо отвечать. Эксперты, кстати, и сами разнятся: вирусолог видит под микроскопом одно, эпидемиолог – другое, паталогоанатом – невооруженным глазом – третье, а демограф – четвертое и т. д. Друг с другом все они часто в немалых контрах, так что на следующих выборах лучше уж сразу выбирать вирусологов, а не вторичных по отношению к ним политиков.

Глобальное демографическое воздействие переваливших за 340 000 актуальных его жертв на 7,5-миллиардное человечество, конечно, ничтожно, но и месседж, идущий от свежего некрополя размером с население, скажем, Смоленска, достаточно отчетлив и выразителен: половина жертв коронавируса – моложе 80 с небольшим лет, а половина – старше! Эта медиана лишь немногим ниже средней ожидаемой продолжительности жизни в развитых странах и явно, но несильно опережает средний порог наступления деменции.

Убивая ослабленных и глубоких стариков, вирус как бы корректирует возрастную пирамиду подданных, срезая или стачивая ступеньки самых верхних ее, старческих, когорт. Напоминает легкую санацию возгордившейся и зажившейся, по чьему-то мнению, человеческой популяции по возрастному признаку.

Мягкая мальтузианская сила? Или, может, замена Третьей мировой, которая, разразись она вдруг, покромсала бы не одну, а все ступени пирамиды!?

Собиратели спаржи и борцы со страхами

У узурпаторов-вирусологов обнаружились и довольно могущественные противники. Первые и, безусловно, главные – предприниматели всех мастей и размеров, чей бизнес из-за пандемии сдулся: от BMW и Lufthansa до крестьянина, купившего у города месячную лицензию на продажу с лотка клубники. Средний класс в Германии есть, и его низовое давление ощущает на себе каждый муниципальный, земельный или федеральный чиновник. И это не воробьиное чириканье российского частного бизнеса, даже если ему позволили, как Анастасии Татуловой, прокукарекать президенту от имени всех воробьев.

В Германии расклад иной. Крестьянам, выращивающим спаржу, даже в самый разгар карантина как-то удалось выбить у властей разрешения для польских и румынских сборщиков пересечь на своих машинах границы.

Второй враг пандемии – гражданское общество, оппонирующее ковиду политически.

С начала мая во всех больших городах Германии (а заодно и в Австрии и Швейцарии) начались массовые субботние митинги и демонстрации против его Пандемического величества. Массовость их, впрочем, лимитирована: в Штутгарте это 5000 человек, в Мюнхене – 1000, а в Берлине – 50, что сказалось на числе самих демонстраций – 19 штук, в том числе одна – демонстрация против всех демонстраций!

Митинги собирают дисциплинированную, но чрезвычайно пеструю публику, демонстративно соблюдающую 1,5-метровую дистанцию. В толпе и левые, и правые, и антифа, и наци, и свидетели Греты, даже эзотерики!.. В Берлине один дедушка с ходунками в слезах объяснял тележурналисту, что протестует один и против того, что его не допускают в дом престарелых к его дорогой жене, которую он многие годы исправно посещал каждый день! И тут же, по ходу репортажа, он стал жертвой филиппики какого-то качка: мол, неблагодарный же ты дед – тебя же и бабку твою спасают, а ты!

Объединяет недовольство правительством, отнимающим фундаментальные гражданские свободы. Политика эта представляется насильственной и совершенно не адекватной той угрозе, что реально несет с собой вирус.

У многих демонстрантов в руках книжечки немецкой конституции, но у некоторых весьма необычные опознавательные знаки. Например, такой плакат: «Ограничения мобильности – социальный Холокост!». Или крупные желтые звезды узников еврейских гетто на груди или на рукавах, только вместо буквы J (Jude) надпись Ungeimpft («Без прививки»). Очевидно, что это противники угрозы насильственной прививки, исходящей якобы от Билла Гейтса.

Германия – федеративная страна, и земельное начальство ведет себя очень по-разному. Саксонский министр-президент Кретчмер из ХДС вышел к демонстрантам и защищал меры правительства, напирая на то, что благодаря им избежали Бергамо. Кретчмера корректно освистали, но он набрал себе очки и на этом, заявив, что все в Германии имеют право на выражения своих мнений.

Армин Лашет, министр-президент земли Северный Рейн – Вестфалия, тоже заработал на демонстрациях очки, но не на толерантности к митингующим, а на солидарности с ними: мол, это и есть борьба за базовые ценности демократии. Лашету очки нужнее, чем Кретчмеру: именно он будет основным конкурентом Маркуса Зёдера из Баварии в борьбе за право стать кандидатом на пост канцлера от ХДС/ХСС – позицию, пока гарантирующую канцлерское кресло. Зёдер, линия которого ни на микрон не отличается от линии Ангелы Меркель, явно опережает Лашета, поставившего на обратное – на как можно более скорый выход из карантина в своей земле и во всей Германии. Так что волна субботних митингов и демонстраций – это еще и мобилизация протестного электората.

Пандемическая партийность

В апреле 2020 г. коронакризис породил в Германии новую политическую силу – движение Widerstand2020 («Сопротивление 2020»), ныне старающееся оформиться в партию и влететь в бундестаг. На ее страничке – точеная фигурка травяного цвета, выломившаяся из стройной шеренги белых фигурок. И тут же лозунги: «Инакомыслие – это не ошибка, а свобода», «Уж позвольте нам быть другими, чтобы хоть что-то изменилось в конце концов!» и призыв стать членом «немного другой партии».

Сооснователями выступили адвокат Ральф Людвиг из Лейпцига и харизматический врач-отоларинголог Бодо Шиффман из городка Синзхайм между Манхаймом и Хельбронном (была еще и третья, Виктория Хамм, но передумала). Лайки поддержки поставили около 100 000 человек, верифицированных членов партии уже 27 000 человек – колоссальная цифра для партии-грудничка. Эти верифицированные члены соберутся 29 мая на первый онлайн-съезд, в повестке которого один вопрос – выборы руководящих органов партии.

Знаками признания можно считать dDos-атаки на сайт партии и мошеннические сайты, косящие под Widerstand2020 и предлагающие зарегистрировать членство и перевести за это на указанный счет взносы или пожертвования.

Политологи уже отнесли движение к правопопулистскому сегменту – может быть, в силу того, что организатором некоторых из демонстраций выступила «Альтернатива для Германии» – единственная из парламентских партий, не поддержавшая ковидный правительственный курс.

Чего добивается «Сопротивление 2020»? Прежде всего – комиссии бундестага для расследования роли Института им. Роберта Коха (директор Лотар Вилер) и профессора Кристиана Дростена, вирусолога из берлинской клиники «Шарите», в насаждении той массовой паники, из-за которых, по мнению Шиффмана, правительство и впало в истерику и ввело карантин и локдаун. Германские меры пусть и не такие жесткие, как в большинстве стран ЕС, но назначены они были без должного обсуждения и, по Шиффману, без действительных к тому оснований: эпидемиологических обследований, научно устанавливающих реальную опасность вируса, не производились, а первая выборка в инфицированном Хайнсберге ничего сверхугрожающего не выявила.

Важнейший вопрос – приостановка под главенством ковида многих гражданских свобод и прав, неудачные, но попытки введения в Германии тотального видео- и электронного наблюдения, наподобие российских или китайских (COVID-19 называют иногда и COVID-1984). Но и то, что уже отнято у людей безо всяких электронных браслетов, непомерно велико, полагают Шиффман и его сторонники. Дети и студенты не учатся, а почему? Зачем людям прививают ни на чем не основанное чувство страха и моральной ответственности за смерть пожилых?

От коронавируса в Германии умерло более 8000 человек – меньше, чем ежегодно умирает от гриппа. Разве правильно было, спрашивает Шиффман, в угоду этой одной болезни перепрофилировать множество больниц и держать месяцами койки пустыми, игнорировать остальные болезни? Соразмерно ли и справедливо жертвовать множеством запланированных операций, то есть, возможно, и жизней? Есть у него много вопросов и к корректности статистики пандемии.

Политические представления и требования партии «Сопротивление 2020» так или иначе все замкнуты на пандемию. Узость и зацикленность политической повестки на ковиде неизбежна, но бесспорна и слабость программатики новой партии. А что они думают, например, о Северной Корее или о трансформации климата? Но вопрос о соразмерности пандемического целеполагания и той цены за него, которую государство заставило платить экономику и граждан, – сегодня и есть главный политический вопрос в Германии.