Кто упал с батута

Российский космос получил очень эффективного конкурента
Илон Маск во время запуска на Международную космическую станцию ракеты с астронавтами /Getty Images via AFP

Успешный запуск частной компанией Илона Маска двух американских астронавтов – Боба Бенкена и Дага Херли на орбиту Земли и доставка их на Международную космическую станцию (МКС) 31 мая 2020 г. знаменуют начало новой эры пилотируемых космических полетов и ставит вопрос об эффективности отечественной космической отрасли.

Американцы в нулевых либерализовали космическую отрасль – допустили к ней частные компании. В 2019 г. космический рынок, по данным Space Foundation, достиг $414,75 млрд, из которых на коммерческие продукты и сервисы приходится более половины.

Государственными оставались только пилотируемые полеты в космос – у Китая и России, которая на своих «Союзах» одна доставляла на МКС очередные экипажи. США в 2011 г. закрыли программу Space Shuttle за ее неэффективностью.

Запуск разработанного и построенного компанией SpaceX пилотируемого корабля Crew Dragon с экипажем на борту означает, что полеты человека в космос становятся частным предприятием.

Это по последствиям не менее – а скорее более – значимое событие, чем само по себе возвращение Америки в пилотируемую космонавтику. Полет Боба и Дага – победа рыночной экономики, которая в очередной раз дала неожиданные плоды, дешевые и эффективные. За место на «Союзах» для американских астронавтов NASA платило $86 млн. На Crew Dragon одно место обошлось в $55 млн.

И не сказать, что у Маска были какие-то преимущества. SpaceX запустила первую построенную на деньги компании ракету-носитель Falcon 1 в марте 2006 г. На доставку людей на МКС у Маска ушло 14 лет. Он боролся с гигантами аэрокосмической отрасли вроде Boeing или Lockheed Martin, которые не хотели рисковать и использовали старые, но проверенные технологии. Boeing кинулся вдогонку, но от SpaceX отстал. По времени (его пилотируемый космический корабль Starliner из-за сбоев не смог пристыковаться к МКС в декабре 2019 г.) и по эффективности (место в корабле стоит порядка $70 млн), пишет Forbes. Но это все равно дешевле, чем на «Союзе».

«Роскосмос» заявил, что госкорпорации «не очень понятна истерика» из-за запуска первого частного пилотируемого космического корабля. Официальный представитель «Роскосмоса» Владимир Устименко написал в Twitter: «Произошло то, что произойти должно было давно».

Отстраненный тон реплики «Роскосмоса», возможно, маскирует досаду госкорпорации от успеха частной инициативы – отечественная космическая отрасль развивается далеко не так быстро, как хотелось бы. Ее нынешние трудности – следствие накопившихся за долгие годы проблем. В советские годы запуск спутников, пилотируемых космических аппаратов и орбитальных станций был вопросом национального престижа и демонстрацией успехов социалистической системы в соревновании с капиталистической. В космических ракетах проверялись технологии, которые применялись при производстве баллистических ракет – носителей ядерного оружия. Поэтому в хрущевские и брежневские годы в космической отрасли действовал военный принцип «лопни, но выполни»: на космос работала вся страна, ее лучшие научные силы и производства.

В постсоветские годы космос оставался сферой, поддерживавшей национальную гордость. Но одновременно он коммерциализировался. Советские конструкторские и технологические заделы использовались для запусков зарубежных спутников, астронавтов и даже космических туристов, а зарплаты ученых, инженеров и рабочих в отрасли были ниже, чем в более приземленных профессиях. Как следствие кадровая работа с середины 1990-х до конца 2010-х гг. перешла от отбора лучших в подбор желающих.

Государство до поры до времени, пока «Роскосмос» успешно проводил коммерческие запуски, не обращало должного внимания на проблемы отрасли: старение кадров, снижение квалификации новых работников, зарплаты меньше средних, кумовство, недостаточную производительность труда.

Улучшение экономической ситуации и увеличение государственных вложений не смогли радикально улучшить ситуацию в отрасли. Коррупция и слабая организация работ, как показало строительство космодрома «Восточный», никуда не исчезли. Технологические проблемы с оснащением космической техники электроникой и аппаратурой усугубились санкциями против России.

Немаловажно и то, что новое поколение управленцев имеет иные ориентиры, чем их советские предшественники: они стремятся не столько к результату, сколько к успешному освоению бюджета, умеют красиво отчитаться и эффектно пообещать – например, слетать на Луну и Марс. Но потом, не сейчас, и при условии хорошего бюджета.

Легендарное высказывание нынешнего гендиректора «Роскосмоса» Дмитрия Рогозина, что NASA придется запускать астронавтов на МКС с батута, отражало уверенность Москвы в собственном технологическом и инфраструктурном превосходстве. Поэтому космические опыты компании Маска сначала вызывали снисходительно-ироническое отношение: дескать, пусть научит свои ракеты летать.

Успешные запуски SpaceX все более тяжелых ракет с возвращающимися ступенями смягчили иронию, но запуск пилотируемой ракеты, лишившей Россию многолетней монополии на отправку зарубежных астронавтов и космических туристов, создает принципиально иную ситуацию.

С Россией в космосе теперь соревнуется частный предприниматель Маск. В SpaceX работает 6000 человек, а результаты ее работы сопоставимы с результатами работы «Роскосмоса», где занято около 250 000 человек, и дальше сравнение можно не продолжать. У SpaceX контракт с NASA на $2,6 млрд на шесть полетов Crew Dragon, сообщает Space.com, ближайший запланирован на конец августа 2020 г. А после успешного запуска появятся и другие заказчики, и для Кремля это создаст новую проблему: деньги, которые он привык считать своими, достанутся самостоятельным и неуправляемым людям. Маск – кто угодно, только не Дональд Трамп с его известным доброжелательным отношением к разного рода российским предложениям. Кремлю придется работать не с Белым домом, где учитывают политические вопросы, а с частным сектором. А частники, во-первых, преследуют прежде всего коммерческие интересы, а во-вторых, частников может быть много – и как с ними со всеми договариваться? Маск же не один такой: на очереди Джефф Безос – его компания Blue Origin заканчивает создание тяжелой ракеты New Glenn, первый пуск которой намечен на 2021 г. Да и британский миллиардер Ричард Брэнсон делал в этом направлении шаги: его Virgin Galactic стремится организовать туристические суборбитальные полеты в космос. Не исключено, что появятся и новые имена – пример Маска запустит цепную реакцию.

По мнению научного руководителя Института космической политики Ивана Моисеева (цитата по «РИА Новости»), успех SpaceX означает, что теперь Россия не сможет использовать свое первенство в пилотируемой космонавтике в пропагандистских целях, а Crew Dragon по характеристикам превосходит отечественный «Союз».

Менеджеры, ответственные за работу космической отрасли, так увлеклись пиаром, что не заметили, как упали с батута.