Региональная вирусная астения

Как бюджеты российской провинции сократились из-за эпидемии
Reuters

Многие российские регионы могут оказаться в положении крымских пенсионеров, которым Дмитрий Медведев, работавший председателем правительства, дал легендарный теперь уже совет: «Денег нет, но вы держитесь!» Доходы регионов резко снизились из-за противоэпидемических мер и приостановки работы многих отраслей экономики. Пока это не угрожает дефолтом региональным бюджетам. Продолжение кризиса может повысить уязвимость губернаторов – им придется выбирать, какие расходы сокращать: то ли социальные, то ли программы, включенные в национальные проекты.

Александр Дерюгин из лаборатории исследований бюджетной политики РАНХиГС проанализировал влияние противоэпидемических мер на финансовое положение регионов. По его расчетам, доходы консолидированных бюджетов с января по апрель 2020 г. уменьшились по сравнению с тем же периодом 2019 г. на 1,2%. Однако в апреле из-за прекращения деятельности многих отраслей экономики доходы провинциальной казны сократились на 20,9%.

Поступления налога на прибыль организаций с января по апрель 2020 г. по сравнению с тем же периодом 2019 г. снизились на 11,1% (в апреле на 28,5%). Поступления от налога на совокупный доход за четыре месяца 2020 г. снизились на 15,8% (апрель – минус 40,7%), от налога на имущество – на 10,8% (минус 43,7%). Поступления налога на доходы физических лиц за первую треть 2020 г. увеличились на 2,7%, но в апреле они сократились по сравнению с апрелем 2019 г. на 18,7% – печальный рекорд 20 лет. 

Наиболее серьезное снижение доходов в первой трети года (21–23,7%) отмечалось в Татарстане, Кемеровской и Астраханской областях, а по всей стране региональные бюджеты недосчитались 350 млрд руб.

Более глубокое падение предотвратили трансферты из центра – они выросли на 28,6%.

Снижение доходов сочеталось с увеличением расходов на 18,5%, что приведет к росту дефицита провинциальных бюджетов. 

Коронакризис напомнил о недостатках отечественной бюджетной системы: территории отдают центру большую часть доходов, а центр распределяет их далеко не всегда прозрачно. Как следствие у большинства региональных бюджетов нет подушки безопасности, сетует директор региональных программ Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич, а это повышает зависимость регионов от центрального правительства.

Зубаревич напоминает, что 20 регионов из 85 не получили ничего из 100 млрд руб., которые недавно выделил центр для поддержания бюджетной сбалансированности, только восемь-девять полностью компенсировали потери доходов, менее 30 – около половины.

Дерюгин полагает, что пока ситуация в целом по России не выглядит угрожающей: долги региональных бюджетов невелики. В отличие от прежних кризисов процентные ставки кредита сейчас не повышаются и новые кредиты в коммерческих банках пока не грозят резким увеличением долговой нагрузки. 

Размер ущерба от коронакризиса оценят позже, но понятно, что регионы не пройдут режим нерабочих дней без проблем. Неясно, насколько широко вирус распространится в глубинке, справится ли с ним провинциальная медицина, обескровленная оптимизацией последних лет, и как всплеск заболеваемости повлияет на экономику территорий. Центр планирует и дальше помогать регионам, но 350–400 млрд руб., которые дополнительно планируется им выделить, недостаточно, чтобы восполнить падение доходов и быстро оправиться от последствий кризиса, считает Зубаревич.

Многие губернаторы столкнутся с необходимостью снижать расходы, однако социальные ассигнования, составляющие до 60% расходной части регионального бюджета, уменьшить никто не позволит. Поэтому региональным властям придется сокращать инвестиционные программы – а между тем часть этих программ включены в национальные проекты. Успешное их исполнение – важнейший критерий, по которому деятельность губернаторов оценивает Кремль. И губернаторам придется угадывать, невыполнение каких показателей обойдется дороже в политическом смысле – и какими тратами можно пожертвовать, не повышая социального напряжения и начальственного гнева.