Вирусная бедность

Государственная поддержка оказалась наполовину эффективной
Reuters

Нерабочие дни, вводившиеся Владимиром Путиным с 30 марта по 12 мая из-за коронавируса, привели к росту бедности почти в 2 раза – как в 2003 г., пришли к заключению исследователи Высшей школы экономики. Меры правительства оказались действенными, но вернули ситуацию только к 2006 г.

На доходы ниже прожиточного минимума до начала эпидемии жили 12,5% россиян, по данным Росстата. После начала эпидемии уровень так называемой монетарной бедности в России резко вырос – до уровня 2003 г.: 19,09% в оптимистичном сценарии и до 20,04% в умеренном, показало моделирование экономистов Центра анализа доходов и уровня жизни на больших данных Росстата, ФНС и Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения, проведенного Высшей школой экономики.

Таким образом, уровень бедности, т. е. доля россиян, живущих на доход ниже прожиточного минимума, установленного Минтрудом на I квартал 2020 г. в размере 10 843 руб., вырос в апреле – в момент эпидемиологического шока – практически в 2 раза, говорится в аналитическом бюллетене Высшей школы экономики об экономических и социальных последствиях коронавируса в России и в мире от 12 июня.

Экономисты подготовили сценарии последствий остановки экономики по состоянию на II квартал 2020 г., чтобы оценить воздействие правительственных мер, уже принятых и запланированных, для восстановления экономики и доходов россиян (официальные данные за апрель – июнь Росстат обнародует только в июле). Разработанный правительством по поручению Владимира Путина план действий ставит среди прочего задачу увеличить реальные доходы граждан, восстановить эффективную занятость и платежеспособный спрос, т. е. сократить монетарную бедность.

Если следовать умеренному сценарию, принятые меры на 48% погасили прирост уровня бедности, пишут экономисты. Это в первую очередь поддержка безработных и выплаты, предложенные семьям с детьми, информирует один из авторов исследования, Алина Пишняк. Исходя из динамики меры нельзя назвать недействующими – за счет компенсационного механизма уровень бедности с учетом действия объявленных мер поддержки опустился до 16,8% в умеренном сценарии и до 15,9% в оптимистичном, что соответствует показателям 2006 г. Это в среднем, в домохозяйствах без детей – бедных 8%, с детьми – 23–26%.

Но есть две проблемы, которые могут помешать достижению целевого сокращения бедности, пишут экономисты. Во-первых, потенциал позитивного влияния на бедность тех мер, которые только планируется принять, существенно ниже, чем пакета уже реализованных мер. По способу влияния они не в состоянии полностью компенсировать прирост бедности, обусловленный пандемией. Во-вторых, есть очаги роста численности населения с доходами ниже прожиточного минимума, которые остались вне зоны действия мер правительственного плана, поэтому они будут увеличивать бедность.

Один из этих очагов – 6 млн неформально занятых, у которых это единственная работа и индивидуальный трудовой доход не превышает 1,5 прожиточного минимума (один прожиточный минимум для трудоспособного населения в I квартале 2020 г. – 11 731 руб.). Пособие по безработице для них, как неофициально зарегистрированных, – 4500 руб., т. е. доход падает в 4 раза. А еще 7 млн человек заняты в малом бизнесе (наемные работники и индивидуальные предприниматели) с таким же уровнем трудового дохода при отсутствии дополнительной занятости и дохода в виде пенсии. Второй очаг – это бедные семьи с детьми в возрасте от 8 до 16 лет (18, если продолжают учиться), которые не получают регулярную поддержку и составляют 43% от всех бедных семей с детьми, указывают экономисты.

Уровень доходов в привязке к прожиточному минимуму – условный показатель, мало отражающий реальную бедность. В нее, например, не включаются пенсионеры, поскольку государство им гарантирует материальное обеспечение не ниже прожиточного минимума – 9002 руб. в месяц в 2019 г., по данным Росстата, но назвать это чем-то, кроме нищеты, сложно. Уровень монетарной бедности в России с 2014 г. не опускается ниже 12%, что при стагнирующих реальных доходах россиян в экономике застоя закономерно. В сравнительно благополучном 2019 г. майский указ президента о снижении уровня бедности до 12% правительство не выполнило всего на 0,3 процентного пункта. Это немного, казалось, еще поднажать – и в 2020 г. получится. Теперь в корзину – в который раз – идет поручение Путина добиться двукратного снижения бедности в стране к 2024 г. до 6,6%.

Оценивая риски недостижения целевых показателей и недостаточное внимание к некоторым решениям, имеющим явно позитивное влияние на рост реальных доходов граждан, авторы предлагают кардинально обновить миссию, функционал и процессы деятельности службы занятости. В частности, легализовать неформальную занятость 3,5–4 млн человек, создав в службах занятости специальные департаменты, которые занимаются этой частью рынка труда. А также ввести ежемесячное пособие на детей из бедных семей в возрасте 7–16 лет (18, если продолжают учиться) – мера коснется 2,7 млн детей. Это политические решения, шансы на которые сохраняются до всенародного голосования о Конституции и сразу после – Владимир Путин планирует обращаться к россиянам с, видимо, благодарственной речью. А потом наступит новая эпоха борьбы с бедностью.