Страховой человеческий резерв

Потери рабочего времени по болезни дополнительно усилят кризис
Евгений Разумный / Ведомости

Начало вакцинации стало поводом для оптимизма. Но не успели рынки нарадоваться этой новости, как Великобритания сообщила о быстром распространении нового, более заразного штамма. Теперь одна из крупнейших экономик и один из финансовых центров мира опять на грани локдауна и, более того, транспортной блокады. Шутники уже обыграли эту тему, говоря, что Brexit наступил раньше и по другой причине.

Но, кроме шуток, все происходящее привлекает внимание к пока менее заметному, но уже набирающему вес аспекту коронакризиса – речь о потерях рабочего времени. HR в крупных корпорациях начинают беспокоиться и придумывают программы снижения количества больничных. Сюда входят и поддержка здорового образа жизни, и стимулирование ускоренного выхода на работу. Участвуют в оздоровлении трудоспособного населения и государства. Где-то это дает выраженный эффект, где-то – нет. Например, в находящейся сейчас на пике внимания Великобритании время, пропущенное по болезни, в расчете на одного работающего сократилось с 2000 по 2018 г. с 6,5 до 4,4 дня в год, в Чехии – с 23,6 до 16,3. А в Германии, наоборот, работники болеют все чаще. За тот же период количество больничных дней увеличилось с 16,5 до 18,3.

В России в 2017 г. средний работающий россиянин болел всего 5,7 дня (в 2000 г. – 9,6). Но даже «крепкое здоровье» не спасает экономику от потерь. Вице-премьер Татьяна Голикова сообщала, что российская экономика потеряла в 2018 г. около 223 млрд руб. из-за случаев отсутствия работников на производстве по уважительной причине. А еще ранее Академия труда и социальных отношений оценивала потери от каждой эпидемии гриппа в 700 млрд руб.

Продолжительность больничного при коронавирусной инфекции гораздо больше, чем при ОРВИ и гриппе, – в среднем 2–3 недели. Увеличение числа заболевших в результате объявленной мутации вируса может привести к широкому невыходу сотрудников на работу, влекущему за собой снижение показателей производительности труда, выпуска продукции, даже к остановкам производств. В компаниях, давно ставших на путь тотальной оптимизации, может просто не оказаться резервного ресурса.

В ожидании других пандемий, возможно, из этого будет извлечен урок, который приведет к формированию не только финансовых резервов на случай кризиса, но и страховых человеческих резервов.