Мертвый сезон фортуны

Экономист Максим Буев о памяти павших в Первой мировой войне
День перемирия в Первой мировой объединяет Западную Европу уже многие годы. Он мог бы стать поводом и для ценностного сближения нашей страны с бывшими союзниками и врагами

Одиннадцатого ноября исполнилось 99 лет со дня заключения Компьенского перемирия, официально закончившего боевые действия на всех театрах Первой мировой войны. Этот день по традиции широко отмечается в Западной Европе. К мероприятиям поминовения павших, организуемым победившей стороной – странами бывшей Антанты, – в последние лет пятнадцать все чаще присоединяются и немцы, сторона, в войне проигравшая. Даже сербы, воевавшие на восточном фронте, отмечают День перемирия с 2012 г. К сожалению, представители России в этих мероприятиях официально почти никогда не участвуют.

Россия играла в том конфликте одну из основных ролей, обладая второй по размеру армией, вслед за германской. Наша страна заплатила страшную цену в 2,5 млн человек убитыми среди солдат и мирного населения. Среди участников конфликта это наибольшие потери. Однако павшие в Первой мировой, как и сама война, у нас, по сути, оказались незаслуженно забыты на целый век. Виной тому октябрьский переворот 1917 г. и долгие годы коммунистической пропаганды, сместившей акцент с важности войны для последующего политического и экономического развития Европы в XX в. на достижения большевиков и вероломство бывших союзников.

Советская Россия оказалась в другой лодке – другие ценности, другие памятники, другая экономика. Вместе с тем еще в 1919 г., анализируя последствия войны в работе «Экономические последствия мира», британский экономист Джон Мейнард Кейнс видел залог экономического расцвета Европы в стабилизации экономик Германии и России и развитии торговых связей с двумя этими странами. Для Кейнса экономический союз между Германией и Россией должен был играть роль создателя богатства для всей Центральной и Восточной Европы. Богатая континентальная Европа была и в британских, и во французских интересах, поэтому Антанта должна была избежать соблазна обложить Германию всевозможными санкциями и репарациями, а Советскую Россию – экономически блокировать. Как мы теперь знаем, Кейнса тогда не послушали. В материю европейской экономики Германию удалось вплести лишь после Второй мировой. Наша же страна пошла своим путем, на долгие годы вообще выпав из прежней системы международной торговли.

Сегодня положение нашей страны в Европе по-прежнему не соответствует видению Кейнса. Тесной интеграции российской и европейских экономик нет, мы снова находимся под экономическими санкциями. По-прежнему мешает груз противостояний прошлых лет, взаимных страхов, непонимания, отличий в системах ценностей. Кейнс назвал бы этот период «мертвым сезоном фортуны».

Это время, однако, когда-нибудь заканчивается, и за непосредственными частными выгодами сегодняшнего дня становится видна польза от тесной кооперации в долгосрочной перспективе. День перемирия в Первой мировой объединяет Западную Европу уже многие годы. Этот день мог бы стать поводом и для ценностного сближения нашей страны с бывшими союзниками и врагами. Тем более что различия не так велики, как иногда кажется. Не важно, на каком фронте воевали наши предки. Важно отдать им должное.

Автор – декан факультета экономики Европейского университета в Санкт-Петербурге