"Мемориал": число политзаключенных за год уменьшилось

По сравнению с прошлым годом список сократился с 71 до 46 человек
Интерпресс / PhotoXPress

Правозащитный центр «Мемориал» опубликовал обновленный список политзаключенных. С августа список пополнили четыре человека: краснодарская активистка, организатор марша "за федерализацию Кубани" Дарья Полюдова, украинская летчица Надежда Савченко, соратник Алексея Навального Константин Янкаускас и кемеровский журналист Дмитрий Шипилов, высказавшийся в социальных сетях против местных властей.

По сравнению с прошлым годом список сократился с 71 до 46 человек. Правозащитник Александр Черкасов говорит, что в конце прошлого - начале этого года Россия заботилась о своем имидже, сейчас же это неактуально, поэтому говорить о дальнейшем уменьшении списка политзаключенных нельзя. «Кажется, что список сократился. Но учитывая, что 30 человек, проходивших по делу Arctic Sunrise, и другие политзаключенные были амнистированы, чего обычно не бывает, то тенденция скорее к росту числа политзаключенных. То есть содержательно он растет, хотя внешне кажется, что уменьшился», - говорит член «Мемориала» Сергей Давидис.

За год, прошедший с публикации первого списка политзаключенных, были амнистированы 35 человек, двое помилованы, еще 10 человек вышли на свободу по другим причинам. Среди выбывших из списка - члены экипажа Arctic Sunrise, участницы Pussy Riot, некоторые фигуранты «болотного дела», националист Даниил Константинов, Михаил Ходорковский, Платон Лебедев и другие. В список за год было добавлено 24 человека, среди которых Алексей Навальный, несколько обвиняемых по делу "Хизб-ут-Тахрир", краснодарский эколог Евгений Витишко, трое калининградских активистов, которые вывесили немецкий флаг на здании ФСБ, и другие.

Украинский режиссер Олег Сенцов, который обвиняется в терроризме, не вошел в список, поскольку по нему нет достаточных документов из-за закрытого процесса, говорит Черкасов. Процесс летчицы Савченко, напротив, открытый. «Ее дело политически мотивировано, в отношении нее нарушаются процессуальные нормы», - говорит Черкасов. Он объясняет, что "Мемориал" признает политзаключенными тех, чье лишение свободы происходит по политическому мотиву, когда наблюдаются существенные нарушения законодательства со стороны судебно-правоохранительных органов. Однако политзаключенными не признаются люди, которые пропагандируют насилие и дискриминацию. «В политически мотивированных делах, конечно, есть опасение, что привлечение внимания только разозлит власть, но бесконтрольность власти оказывается еще опасней. Поэтому публичное внимание остается одним из видов оружия, которое есть у политзаключенных и которым нужно пользоваться», - считает Давидис.

Директор представительства Amnesty International в России Сергей Никитин напоминает, что их организация отказалась от слова «политзаключенные», вместо которого использует термин «узники совести». «Политзаключенными зачастую называли людей, которые преследовались по политическим причинам, но часто их действия принимали насильственный характер. Узники же совести - это люди, которых судят за мирное выражение своих взглядов», - говорит Никитин. В список «узников совести» Amnesty International были включены пятеро фигурантов «болотного дела», чеченский правозащитник Руслан Кутаев и краснодарский эколог Евгений Витишко.

Политолог Дмитрий Орешкин считает, что статус политзаключенного помогает: за каждым из тех, кто входит в такой список, можно следить, к ним по-особому относятся власти, СМИ, международные организации. «Но когда политзаключенных станет много, то сработает правило: одна смерть - это трагедия, тысяча смертей - статистика. А количество политзаключенных, конечно, будет расти, потому что эффективность той модели управления, которую выбрал Путин, достигла максимума: она не стимулирует к развитию бизнеса, а обеспечивает более высокий съем ренты с бизнеса, нагрузка же на народ выросла - им придется затянуть пояса и сплотиться вокруг людей, которые «защищают от НАТО», - считает политолог. Все это создает напряжение с точки зрения свободы, поэтому и возникает почва для протестов, пусть и меньшинства. По словам Орешкина, именно это меньшинство чувствует существенное умаление своих прав и стандартов жизни, они начинают протестовать, но таких людей будет все больше - власть же на это будет реагировать только репрессивными мерами, поскольку больше ей не на что опереться.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать