Президент и парламент Болгарии не могут решить, как продавать НПЗ в Бургасе

Власти Болгарии разошлись во мнениях относительно того, как именно российскому «Лукойлу» следует избавиться от своих активов в этой стране. Парламент Болгарии 6 ноября большинством в 125 голосов против 74 преодолел вето президента республики Румена Радева на проект дополнений к закону об инвестициях. Этот документ предусматривает, что сделки об отчуждении активов российской нефтекомпании должны проходить лишь при согласии государственного агентства национальной безопасности (ДАНС) и правительства страны.

21 ноября наступает дедлайн минфина США на операции с «Лукойлом». Сами поправки депутаты утвердили еще 23 октября – на следующий день после внесения «Лукойла» и шести его «дочек» в американский SDN-лист (черный список, запрещающий американцам и компаниям США операции с попавшими в него лицами). ЕС в рамках 19-го пакета санкций от 23 октября также ввел ограничения для торгового подразделения «Лукойла» Litasco Middle East (Дубай).

Вето на поправки Радев наложил 5 ноября, мотивируя это тем, что закон вводит особые условия по сделкам с «Лукойлом» и ставит правительство в конституционно недопустимую функциональную и оперативную зависимость от ДАНС. Но за преодоление вето проголосовали все депутаты правящего альянса «Граждане за европейское развитие Болгарии» (ГЕРБ) и СДС, а также оппозиционные и ранее поддерживавшие Радева социалисты, популистская партия «Есть такой народ» (ИТН) и оппозиционные центристы – «Движение за права и свободы» (ДПС) и «Новое начало».

Вето Радева преодолено с удивительным раскладом по «принципу подковы», констатирует старший научный сотрудник Института славяноведения РАН Никита Гусев: «Поддержали вето крайние атлантисты, центристские "Продолжаем перемены" – "Демократическая Болгария" (ПП-ДБ), правые, симпатизирующие России. А преодолели вето ГЕРБ, БСП и ИТН, которые друг друга не переносят».

Сам Радев, борясь против «особого порядка» сделок с активами «Лукойла», может искренне отстаивать законность, хотя одновременно и опасаться как ответа российской компании, так и усиления политических конкурентов, допускает Гусев: «В ноябре 2026 г. – выборы, куда он не может пойти и будет вынужден создавать свою партию».

Ситуации с вето Радева предшествовала публикация американского издания Politico от 1 ноября, в которой источники, знакомые с ситуацией, выражали опасение, что санкции парализуют работу НПЗ в Бургасе и вызовут дефицит топлива в стране, протесты и падение правительства. Politico, допускает Гусев, играет на «русской угрозе», поддерживая ГЕРБ. Замдиректора Института экономики РАН Михаил Лобанов согласен, что эта публикация была, вероятно, попыткой вмешаться в политическую борьбу в Болгарии.

НПЗ в Бургасе действительно важен для экономики Болгарии, так как обеспечивает стране 80% топлива. Это единственный такой завод в стране, и работа предприятия под угрозой из-за санкций, отмечает Лобанов. У болгарского НПЗ огромная установленная мощность – в два раза больше, чем, к примеру, у завода в сербском Панчево, замечает эксперт. Сбои чреваты топливным кризисом в Болгарии, с чем и связан интерес к сделке болгарских властей и оппозиции, добавляет директор по исследованиям Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев.

«Лукойл» рассматривал продажу бизнеса в Болгарии с конца 2023 г. Ядром этих активов является принадлежащий российской компании с 1999 г. НПЗ в Бургасе мощностью 9,5 млн т в год. С января 2024 г. завод сокращал прием российской нефти Urals, которая еще в 2021 г. составляла 62% болгарского импорта. А с марта 2024 г. ее ввоз туда запрещен, и большую часть нефти НПЗ теперь получает с Ближнего Востока, из Африки и Казахстана. По оценке Лобанова, казахстанская нефть в поставках на завод занимает 35%, остальное – саудовский импорт и сырье с месторождений «Лукойла» в Ираке.

Еще в январе 2025 г. премьер Болгарии Росен Железков называл приоритетным покупателем активов «Лукойла» в стране казахстанский «Казмунайгаз» (КМГ). Среди других претендентов была венгерская MOL. В январе лидер оппозиционной «ДПС – Новое начало», находящийся под санкциями США болгарский медиамагнат Делян Пеевски призвал государство купить НПЗ. Национализацию поддерживает оппозиционная «Мораль, единство, честь» (МЕЧ). Но эту идею отвергли в ГЕРБ, инициатива МЕЧ провалилась 5 ноября (за нее голосовали лишь 42 депутата). «Лукойл», по словам Железкова, в январе запрашивал за НПЗ $2 млрд. Лидер ГЕРБ Бойко Борисов отметил, что власти не могут выделить их при дыре в бюджете в $9 млрд.

Сам «Лукойл» 30 октября принял предложение международной трейдинговой Gunvor Group о приобретении 100% Lukoil International GmbH (Швейцария), владеющей всеми зарубежными активами нефтекомпании. Но 7 ноября минфин США отказался выдать Gunvor лицензию на ведение бизнеса, пока продолжается конфликт на Украине, и счел компанию подконтрольной России. В ответном заявлении Gunvor назвала заявление минфина «в корне неверным и ложным», но отозвала свое предложение о покупке активов «Лукойла».

Но уверенности, входит ли НПЗ в Бургасе в пакет для Gunvor, нет, отмечает Белогорьев. Токсичность активу добавляют болгарские политики и их инициативы – национализация, требование согласований сделок с ДАНС, введенный в 2023 г. повышенный налог на прибыль для НПЗ, добавляет эксперт.

Вхождение трейдеров в нефтепереработку – мировой тренд, не сказать что Gunvor был бы совсем неинтересен болгарский актив «Лукойла», отмечает Белогорьев. Но рентабельность зависит от сырья: НПЗ после прибыли в 10 млрд руб. получил такой же убыток за 2024 г. «Лукойл» выстраивал вертикальную интеграцию, цепочка отчасти разрушена, добавляет эксперт Финуниверситета при правительстве России Игорь Юшков.

По мнению Белогорьева, отказ Gunvor от сделки усложняет и удлиняет процесс продажи зарубежных активов «Лукойла», а также поиск альтернативных покупателей для них. Радев со своим неудачным вето мог пытаться косвенно действовать в интересах «Лукойла», оттягивая продажу, допускает Лобанов.

По словам Гусева, преодолев вето Радева, ДАНС может отсеять «не своих» претендентов на НПЗ, и активы «Лукойла» уйдут лицам, аффилированным с Пеевски. На НПЗ останутся покупатели вроде снабжающего его на треть нефтью КМГ или азербайджанской SOCAR, полагает Лобанов. Есть сценарии введения внешнего управления на НПЗ для продажи части компании – тогда будет очевидно, что правительство играет в пользу чьей-то финансовой выгоды, отмечает Гусев.