Крымские суды решают имущественные споры в пользу национализации без компенсаций – «Коммерсантъ»

Национализация имущества частных собственников в Крыму обернулась судебными спорами. Бывшие владельцы имущества, перешедшего в республиканскую собственность, начали оспаривать безвозмездное изъятие активов. Как выяснил "Коммерсантъ", первые судебные решения по этим искам уже вынесены, почти все — в пользу крымских властей. Мотивировочная часть решений судов удивляет юристов.

За время длившейся почти год (с апреля 2014 г. по март 2015 г.) национализации в Крыму в собственность республики и Севастополя передано имущество около 480 предприятий. В отличие от ситуации с государственными организациями Украины, которые были преобразованы в республиканские, у частных организаций, продолживших существовать в прежней юридической форме, было изъято имущество. Его передача в основном оформлялась простым включением в перечень собственности региона. При этом о выплате какой-либо компенсации речь не шла. Не согласившиеся с безвозмездным лишением собственности владельцы потребовали признать недействительными соответствующие постановления Госсовета Крыма, Совета министров республики и правительства Севастополя. Новые собственники и пользователи имущества участвуют в делах третьими лицами, среди них — крымские Минимущества и Минтранспорта, ФНС РФ, Минобороны РФ и даже МАНО "Ночные волки".

Среди обратившихся в суд, в частности, оказались ПАО АК "Крымавтотранс" (изъяты 64 автостанции и автовокзала), ЧАО "Лечебно-оздоровительный комплекс "Айвазовский" (здравница у подножья горы Аю-Даг площадью 25 га), ПАО "Крымхлеб" (девять хлебокомбинатов), АО "Ялтинская киностудия" (земельный участок в Ялте площадью 12,8897 га), АО "Балаклавское рудоуправление им. А. М. Горького" (земельный участок площадью 277,7 га на горе Гасфорта в Севастополе и здание столовой на нем). Заявители указывали, что включение их активов в перечень имущества Республики Крым нарушает их права и интересы, а также противоречит законодательству. Так, "Крымхлеб" со ссылкой на Конституцию России и статьи 235 и 306 Гражданского кодекса настаивал, что "право собственности может быть прекращено только на основании федерального закона и только с возмещением стоимости имущества и всех причиненных убытков". Госорганы в ответ заявляли, что действовали в рамках закона.