В мире сформировался запрос на новую инфраструктуру трансграничных расчетов — цифровые валюты центробанков (ЦВЦБ). О том, почему это случилось и как развивается ситуация в данной сфере, говорится в аналитическом обзоре экспертов Фонда Росконгресс «В обход доллара и евро: ЦВЦБ и перспективы международных расчетов».
Разработка ЦВЦБ происходит на фоне нарастающего запроса государств на снижение зависимости от долларовой инфраструктуры международных расчетов. Стремление ряда стран диверсифицировать валютные каналы торговли обусловлено несколькими факторами: уязвимостью перед санкционным давлением, издержками на долларовое посредничество в корреспондентских цепочках и желанием усилить контроль над финансовыми потоками.
Торговля в национальных валютах сталкивается с системными ограничениями, которые не устраняются простым переключением валюты инвойсирования. Сторона с профицитом в двусторонней торговле не располагает инструментами для инвестирования накопленных валютных остатков при отсутствии глубоких рынков капитала в валюте партнера. Двусторонние расчеты не создают многостороннего клиринга. То есть профицит в торговле с одной страной невозможно использовать для погашения дефицита с третьей. Ограниченная конвертируемость юаня и рупии по счету капитала, а также волатильность рублевого курса создают дополнительные издержки. Именно эти структурные препятствия формируют запрос на новую инфраструктуру трансграничных расчетов — цифровые валюты центральных банков. ЦВЦБ потенциально способны сократить число посредников в платежной цепочке, а также удешевить и ускорить проведение международных транзакций.
Помимо стремления снизить зависимость от долларовой инфраструктуры, центробанки руководствуются рядом внутренних мотивов при разработке ЦВЦБ. Так, более трети юрисдикций ускорили работу над ЦВЦБ в ответ на распространение стейблкоинов и криптоактивов.
Согласно опросу Банка международных расчетов, 85 из 93 опрошенных центральных банков (91%) ведут работы над цифровыми валютами в том или ином формате. Страны-респонденты представляют 78% населения и 94% экономического выпуска мира. Параллельные данные проекта-трекера Atlantic Council CBDC Tracker, охватывающего 137 стран и валютных союзов – 98% мирового ВВП – дают схожую картину: 72 центробанка находятся на продвинутых стадиях исследования цифровых валют, 49 государств проводят пилотные развертывания.
Разрыв между розничными и оптовыми ЦВЦБ остается одной из определяющих характеристик. В группе развитых экономик 85% центробанков находятся на стадии экспериментов и проверки концепции розничных ЦВЦБ, 15% — на стадии пилотов, ни один не вышел в режим широкой эксплуатации. В странах с формирующимися рынками картина более дифференцирована: 21% ведут пилоты розничных ЦВЦБ, 4% работают над запуском, а три юрисдикции — Багамские Острова, Ямайка и Нигерия — уже эмитировали полноценные розничные ЦВЦБ.
Таким образом, отмечают авторы обзора, технологические решения для трансграничных расчетов существуют. Однако скорость их реализации определяется политической готовностью гармонизировать финансовое регулирование и структурой международной торговли той или иной страны. Фундаментальный барьер для замены доллара в международной торговле не технологический, а политический — отсутствие глубоких рынков капитала и свободной конвертируемости у валют-претендентов.
С учетом этих обстоятельств авторы обзора полагают, что реалистичный диапазон торговли, ведущейся в не-долларовых ЦВЦБ, составит к 2030 году 5–8% мирового товарооборота, сосредоточенных на коридорах Китай — АСЕАН, Китай — Ближний Восток, Россия — Китай и внутри ЕАЭС. За пределами этих коридоров позиции доллара пока остаются устойчивыми