Будущее под залог: как спортивные клубы и лиги попали в зависимость от кредитов

Спортивные клубы и лиги все чаще берут кредиты под залог будущих доходов – от телеправ и продажи билетов до трансферных поступлений. В частности, ожидается, что процентный долг английского футбола к концу сезона 2026/27 достигнет 5,1 млрд фунтов. Такая модель позволяет финансировать развитие индустрии сегодня, но может обернуться проблемами, если ожидаемые доходы не оправдают прогнозов. «Ведомости. Спорт» рассказывает, кто зарабатывает на кредитовании и чем отличаются долговые стратегии по разные стороны Атлантики. 

Ставка на будущие доходы

В 1905 г. английский футбол потряс трансфер нападающего Альфа Коммона из «Сандерленда» в «Мидлсбро» за астрономическую по тем временам сумму – 1000 фунтов. Сделка вызвала волну критики в прессе: журналисты и чиновники кричали об этической катастрофе и «покупке человеческого мяса». Но руководители клуба переживали совсем о другом. Чтобы спастись от вылета, «Мидлсбро» взял кредит в банке, фактически пообещав кредиторам, что голы Коммона поднимут посещаемость стадиона, а выручка от продажи билетов покроет долг. Инвестиция в будущее оправдалась: в следующие пять сезонов Коммон оставался одним из главных бомбардиров «Мидлсбро». 

Спустя десятилетия этот принцип вышел далеко за пределы трансферного рынка: клубы и лиги научились привлекать деньги под будущие доходы – от телеправ и спонсорских контрактов до продажи билетов и кейтеринга. Эти поступления превратились в самостоятельный финансовый актив: их можно использовать в качестве обеспечения по кредиту, упаковать в сложные инвестиционные продукты, перезаложить или продать крупным фондам ради немедленного получения оборотного капитала. Спортивный бизнес получил возможность тратить деньги, которые заработает лишь через годы, – но вместе с ними закладывать и часть своей будущей финансовой свободы. 

Одним из главных полигонов для новых финансовых схем стали закрытые североамериканские лиги. В 1997 г. Главная лига бейсбола (МЛБ) создала кредитную линию на $405 млн под залог доходов от телеправ. Годом позже Национальная футбольная лига (НФЛ) разработала аналогичный механизм на фоне нового восьмилетнего телевизионного контракта на $17,6 млрд: лига рассчитывала привлечь $600 млн за счет продажи бумаг, обеспеченных будущими поступлениями. Тем не менее из-за слабого спроса инвесторов размещение пришлось отложить, отмечал Sports Business Journal. 

Европейский футбольный рынок попытался адаптировать этот опыт в начале 2000-х через механизм секьюритизации – выпуска облигаций, обеспеченных будущей билетной выручкой. Тем не менее инструмент столкнулся с системным кризисом из-за фундаментального различия в структуре соревнований. 

В закрытых американских лигах франшизы защищены от вылета, тогда как в Европе спортивный результат напрямую определяет финансовый. Хрестоматийным примером стал крах английского «Лидса», который в 2001 г. выпустил 25-летние облигации на 60 млн фунтов под 7,695% годовых, рассчитывая погашать долг за счет будущей выручки от продажи билетов. Потеря доходов от участия в Лиге чемпионов и последующий вылет из Английской премьер-лиги (АПЛ) подорвали финансовое положение клуба, наглядно продемонстрировав риски привязки долгосрочных обязательств к спортивным результатам. 

Трансферный факторинг

В современную эпоху масштаб долгового финансирования вырос до миллиардных показателей, а фокус обеспечения сместился в сторону залога комплексной операционной выручки. Наиболее агрессивную модель монетизации будущего на клубном уровне продемонстрировала каталонская «Барселона». Для финансирования проекта Espai Barça («Пространство «Барселоны») – полной перестройки и модернизации всей спортивной инфраструктуры футбольного клуба – клуб взял кредит общей стоимостью в 1,45 млрд евро у пула из 20 институциональных инвесторов во главе с Goldman Sachs и JP Morgan. 

При этом «Барселона» не закладывала физическое имущество: кредиторы получили юридические права на будущие финансовые потоки обновленной арены «Камп Ноу» (VIP-ложи, кейтеринг, билеты) и фиксированный процент от реализации медиаправ на десятилетия вперед. Фактически клуб обменял доходы из 2030-х и 2040-х годов на возможность построить арену мирового уровня сегодня. 

Превратить будущие доходы в деньги оказалось проще, чем уложиться в первоначальную смету. По мере затягивания реконструкции «Барселоне» пришлось искать дополнительное финансирование, постоянно увеличивая долговую нагрузку. В сентябре 2026 г. клуб одобрил еще 510 млн евро финансирования: 300 млн евро – на завершение строительных работ и 210 млн евро – для поддержания ликвидности и покрытия расходов на обслуживание долга. В сезоне 2025/26 только на погашение процентов по кредитам клуб потратил 91 млн евро, а общая задолженность каталонцев достигла уже 2,68 млрд евро, подчеркивает El País. 

Закладывать будущие доходы ради финансирования текущих расходов приходится не только «Барселоне». В английском футболе все большую роль играет такой инструмент, как трансферный факторинг. При продаже футболистов клубы нередко договариваются о рассрочке: покупатель выплачивает трансферную сумму несколькими траншами в течение нескольких лет. Продавцу приходится ждать поступления всей суммы, хотя деньги нужны ему уже сейчас. Чтобы поучить наличность сразу, клуб обращается к финансовому посреднику и уступает ему право на будущие платежи. Такая схема помогает закрыть текущие финансовые потребности, но сокращает объем доходов, которые клуб получит в последующие годы. 

В октябре 2026 г. масштаб проблемы подробно оценил независимый футбольный регулятор Англии (IFR) в 244-страничном отчете State of the Game («Состояние игры»). В нем указывается, что в сезоне 2025/26 английские клубы задолжали друг другу 4,8 млрд фунтов за уже приобретенных игроков, тогда как сами должны были получить лишь 1,5 млрд фунтов от будущих продаж. Чистый трансферный долг достиг 3,4 млрд фунтов. При этом 1,2 млрд фунтов будущих трансферных поступлений клубы уже превратили в наличность, воспользовавшись факторингом, отмечает Independent. 

По данным Financial Times, в последние годы такие ключевые игроки на рынке европейского частного кредитования и спортивного консалтинга, как 23 Capital, Tifosy и Fasanara, сделали займы под залог стоимости состава команд одним из основных направлений своей деятельности. Как правило, кредиты составляют около четверти стоимости состава. В рамках предлагаемых структур эти компании не могут принудить к продаже игрока, но имеют приоритетное право на часть выручки в случае совершения трансфера. 

Без паники

Тем не менее трансферный рынок – лишь часть проблемы. В сезоне 2025/26 убытки до налогообложения зафиксировали 94% клубов пяти высших дивизионов Англии. При совокупной выручке около 9 млрд фунтов их общие потери составили 1,7 млрд фунтов, а стоимость недвижимости, стадионов, тренировочных баз и пакетов акций клубов, уже находящихся в залоге у банков и инвестиционных фондов, оценивается в 13,7 млрд фунтов. 

По прогнозу IFR, к концу сезона 2026/27 объем долга английского футбола, по которому начисляются проценты, достигнет 5,1 млрд фунтов. При этом расходы на обслуживание займов уже выросли с 97 млн фунтов в сезоне 2020/21 до 455 млн в сезоне 2024/25. 

На фоне растущей долговой нагрузки спортивные организации ищут альтернативные способы привлечения капитала. Один из них – продажа инвестору доли в коммерческом бизнесе лиги в обмен на крупные вложения. Эту модель развивает фонд CVC Capital Partners: в 2021 г. он договорился инвестировать 1,994 млрд евро в коммерческую структуру испанской Ла Лиги, а годом позже – 1,5 млрд евро в коммерческую компанию французской LFP, получив в ней 13%. 

В отличие от европейских лиг, привлекающих капитал в обмен на долю будущих коммерческих доходов, североамериканские спортивные империи стремятся сохранить за собой все права на этот бизнес. Лиги занимают деньги у банков, формируя кредитные пулы, из которых затем выдают займы командам на более выгодных условиях, чем те могли бы получить самостоятельно. 

Масштаб заимствований растет с каждым годом. Так НФЛ в 2017 г. привлекла $2,7 млрд в рамках кредитной программы, а сейчас ее совокупный непогашенный долг достиг $14,7 млрд. Параллельно лига подняла индивидуальный лимит заемных средств для одной франшизы до $700 млн, обеспечив клубам рекордную подушку безопасности для строительства новых арен и операционных расходов. 

Рост закредитованности сам по себе не является предвестником скорого коллапса: многое зависит от финансовой устойчивости заемщиков и целей финансирования. По оценке инвестиционного гиганта Apollo Global Management, у большинства ведущих спортивных франшиз долги составляют не более 10% их стоимости. Тем не менее этот показатель не отменяет различий между рынками. Если в США кредиты чаще направляют на долгосрочные инвестиции в стадионы и инфраструктуру, то в европейском футболе заимствования преимущественно идут на покрытие растущих зарплат и трансферных расходов.