«В Европе ствол стоит 3000 евро. В России умножайте цифру на два». Главное об оружии биатлонистов

Винтовки – немецкие, патроны — финские, мишенные установки тоже европейского производства
Эдуард Латыпов с винтовкой от «Ижмаша» стал трехкратным бронзовым призером Пекина-2022, но именно в стрельбе упустил шансы на золото /Zuma \ TASS

«Ижмашу» не хватает кучности

Ижевский машиностроительный завод («Ижмаш», сейчас входит в концерн «Калашников» госкорпорации «Ростех») начал выпускать оружие для биатлона в конце 1950-х – после того как вид спорта получил официальную прописку в олимпийской программе. До начала 1990-х винтовки «Биатлон» (сокращенно БИ) пользовались популярностью не только у советских, но и у зарубежных спортсменов.

Но финансовые проблемы «Ижмаша», связанные с развалом СССР, изменили расклад сил на рынке: практически монополистом стал производитель из Германии Anschutz. В последние десятилетия многие российские спортсмены отдают предпочтение немецкому оружию. По словам экс-биатлониста, призера Олимпиады-2006 Николая Круглова, основная проблема ижевских винтовок в качестве стволов.

«Важнейший вопрос для биатлониста – это кучность стрельбы (свойство оружия группировать точки попадания снарядов на ограниченной площади. – «Ведомости. Спорт»). Чем меньше разброс этой кучи, тем лучше ствол», – поясняет Круглов в разговоре с «Ведомости. Спортом».

По его словам, на «Ижмаше» долгое время не хватало оборудования для выпуска стволов с высокой точностью. Дело в специфике завода – приоритет отдается выпуску боевого оружия, которое должно быть простым и надежным, но для филигранной стрельбы в биатлоне этого мало.

«При этом ижевские ствольные коробки и затворный механизм лучшие в мире, они почти не ломаются, – отмечает Круглов. – В начале 2000-х даже придумали компромиссный вариант: в страну завозили немецкие стволы и вставляли в наши ствольные коробки. Этот гибридный вариант, пожалуй, лучшее, что придумано».

И все же гибрид не получил распространения – из-за того, что на европейских соревнованиях продукцию «Ижмаша» никто не обслуживает. «Я бегал с БИ 7-4 и на одном из этапов Кубка Европы упал и сломал ложу (деревянная часть винтовки. – «Ведомости. Спорт»), – вспоминает Круглов. – А европейцы ложи для российского оружия не делали. Я полетел в Ижевск, позвонил на завод с просьбой помочь. Но за две недели эту ложу даже не смогли туда занести – требовалось оформить кипу бумаг. В итоге мне принесли якобы копию, но она оказалось негодной».

После этой истории Круглов перешел на Anschutz, чтобы в случае форс-мажора можно было получить оперативный сервис: представители немецкой фирмы приезжают на каждый этап Кубка мира со своим оборудованием, и спортсмен может обратиться к ним в любой момент.

При этом, по словам Круглова, по-настоящему хорошую винтовку от Anschutz может получить либо немецкий биатлонист, либо меткий стрелок, способный своими выступлениями рекламировать немецкого производителя.

«Мне удалось выстроить теплые отношения с хозяином завода Дитером Аншутцем. И перед Олимпиадой-2006 мне сделали шикарную винтовку, с которой я и пробегал до конца карьеры», – вспоминает Круглов.

Вообще, смена винтовки не частая процедура для биатлониста. Как отмечал оружейник сборной России Иван Титов на YouTube-канале Союза биатлонистов России, при должном обслуживании винтовка может прослужить 20 лет.

Патроны для охоты, не для спорта

В 2014 г. из-за событий в Крыму Евросоюз ввел оружейное эмбарго в отношении России. У биатлонистов были опасения, что Anschutz исчезнет из страны, но этого не произошло. Оружие по-прежнему завозится, только цена заметно выросла. «В Европе ствол стоит 3000 евро. В России смело умножайте эту цифру на два», – отмечает в беседе с «Ведомости. Спортом» бывший биатлонист, чемпион мира-2017 Алексей Волков. Винтовки БИ в разы дешевле – от 120 000 руб.

Большинство биатлонистов нынешней сборной России используют оружие Anschutz. Ижевские винтовки выбирают единицы, но среди них Эдуард Латыпов, Карим Халили и Александр Поварницын.

Еще одна проблема для биатлониста – подобрать оптимальные патроны для конкретной винтовки. Сделать правильный выбор крайне важно, ведь в год спортсмену требуется около 10 000 патронов. «Во-первых, существует несколько производителей, – объясняет Волков тонкости процесса. – Патроны разных фирм могут отличаться по весу, качеству металла, скорости вылета пули. Во-вторых, продукция из разных партий одного производителя может работать по-разному. И нужно выбрать ту, которая лучше всего полетит из твоего ствола, причем с учетом температуры воздуха». Подходящая партия выбирается отстрелом – пробовать приходится около 15–20 партий, добавляет Волков.

В России дела с производством патронов обстоят примерно так же, как с винтовками. В основном биатлонисты используют продукцию финской компании Lapua.

«Патроны «Олимп» от «Ижмаша», которые мы использовали раньше, перестали выпускать в прошлом году, а «Биатлон» недостаточно хороши для стрельбы на уровне Кубка мира, – рассказывает Волков. – Сейчас у «Ижмаша» акцент на массовом производстве, но такие патроны предназначены скорее для охотников, чем для спортсменов».

Сложная логистика

Дополнительные трудности для биатлонистов представляют путешествия. Для заграничных командировок необходимо международное разрешение на оружие. Иногда проверка документов в аэропортах занимает несколько часов. «Представьте: в команде 16 спортсменов – и вскрывается каждый кейс с оружием, чтобы сверить номер винтовки, – делится Волков. – Регистрация на рейс может занять 1,5–2 часа или больше. Время зависит от конкретного места: к примеру, в Вене проверку можно пройти за 30 минут, а в Мюнхене – за 3 часа».

На Круглова в начале карьеры едва не завели уголовное дело за якобы незаконный провоз оружия (ст. 222 УК РФ). «Разрешение тогда выдавали на 30 дней, а мы уезжали надолго, поэтому требовалось по три разрешения, – вспоминает бывший биатлонист. – Как-то раз на одном из них неправильно указали номер оружия, ошибку закрасили корректором, а сверху написали верную цифру. Во «Внуково» просветили багаж, попросили предъявить разрешение и увидели этот исправленный номер. После чего составили протокол, изъяли оружие, сняли с рейса. Наши объяснения, что мы профессиональные спортсмены, никто не слышал. Хорошо, что в итоге все разрешилось».

Стрельбища придется расширять

Двукратный олимпийский чемпион, а теперь депутат Госдумы Сергей Чепиков отмечает, что в России не хватает тренировочной инфраструктуры для биатлона. По его словам, обустройство стрельбища стоит от 5 млн до 10 млн руб., а для создания полноценного биатлонного комплекса придется добавить еще 10–15 млн руб. – на лыжероллерную трассу, раздевалки и оружейные комнаты.

«Чемпионаты мира на таком стадионе проводить не получится, но это не всегда и требуется. Такие комплексы можно строить в небольших городах, где развивается биатлон», – поясняет в разговоре с «Ведомости. Спортом» Чепиков. Основное отличие тренировочного стрельбища от соревновательного в количестве мишенных установок. Для российских стартов достаточно 20, а на этапах Кубка мира и чемпионатах мира требуется уже 30 установок.

В скором будущем число мишенных установок придется увеличивать до 40 – из-за возросшей конкуренции, отмечает Волков: «В этом сезоне на одном из этапов Кубка мира случился казус в гонке преследования. Стартовая расстановка (определяется по результатам спринта. – «Ведомости. Спорт») была настолько плотной, что на первом огневом рубеже спортсменам из четвертого десятка пришлось ждать свободной установки. Потом организаторы пересчитали им время. И такие ситуации будут возникать все чаще и чаще».

При этом на современных биатлонных стрельбищах активно используются новые технологии. К примеру, в Норвегии точность закрытия мишеней можно отслеживать с помощью мобильного приложения. «Теперь тренеру не обязательно брать на стрельбище зрительную трубу (чтобы отслеживать точность попадания по мишеням. – «Ведомости. Спорт»), – рассказывает Волков. – Спортсмен стреляет по установке, я включаю приложение на смартфоне, подключаюсь к местному роутеру – и электроника показывает, куда он попал. Такие тиры есть еще в Германии и, если не ошибаюсь, в Петербурге. Больше нигде не видел».

В мировом биатлоне в основном используют мишенные установки двух фирм – немецкой Hora и финской Kurvinen. По словам Волкова, купить установки – это еще полдела, большие затруднения вызывает их транспортировка из Европы в Россию. «Везти их сложно – весят очень много, – говорит он. – А после доставки нужно дождаться специалистов компании, чтобы они приехали и все настроили. Затем получить у Росгвардии лицензию на стрельбище. В общем, непростой процесс»

Другие материалы в сюжете