Минфин описал идеальный вариант развития платформенной экономики
Пользователи тоже должны получать выгоду от использования платформ, считают в министерстве
В будущем Минфин хотел бы увидеть объединение платформенной экономики и моделей централизованных автономных организаций, когда платформой могут владеть и ее пользователи через технологию блокчейна, заявил замминистра финансов Иван Чебесков во время выступления на XXIII Международном банковском форуме, организованном Ассоциацией банков России. Платформенная экономика – это модель, основанная на цифровых платформах, которые объединяют непосредственных производителей товаров или услуг с потребителями.
В случае такого расширения зарабатывают не только собственники платформ – их участники тоже начинают получать выгоду от транзакций, указал Чебесков. Это еще больше снизило бы транзакционные издержки в экономике, повысило бы скорость движения капитала и эффективность вложенных средств, считает он.
Сейчас же, по словам Чебескова, российская экономика пришла к проблеме «платформенного капитализма» – платформы на себе стали замыкать большое количество прибыли и экономической выгоды. Поэтому ему хотелось бы, чтобы бизнес-модель таких компаний эволюционировала.
С 1 октября 2026 г. вступает в силу закон «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации». Документ регулирует деятельность цифровых платформ – маркетплейсов, платформ доставки и сервисов для самозанятых. Им вводятся более строгие требования к прозрачности операций, защите данных и ответственности за качество товаров и услуг. Кроме того, платформы начнут взаимодействовать с государственными информационными системами для проверки сведений о маркировке, сертификатах и декларациях соответствия. Это позволит усилить контроль качества и безопасности для покупателей реализуемой продукции.
Чтобы помочь небольшим компаниям и самозанятым гражданам защитить их права, закон закрепляет требования к договорам, которые заключаются с интернет-площадками. Они разработаны с учетом обратной связи от бизнеса, обеспечивают прозрачность взаимодействия с маркетплейсами и исключают ситуации, когда платформа самостоятельно, без согласия поставщика, предлагает скидки на его продукцию.
Во многом на принятый закон о платформенной экономике повлиял спор банков и маркетплейсов вокруг скидок, которые получают пользователи на маркетплейсах при оплате картами аффилированных с площадками банков. Впервые на это обратил внимание в 2024 г. на ПМЭФе главный управляющий директор Альфа-банка Владимир Верхошинский, назвав предлагаемые площадками скидки за оплату собственными картами и кошельками «ценовой дискриминацией». Аналогичные заявления делали Сбербанк и ВТБ.
Осенью 2025 г. крупные банки (Сбербанк, ВТБ, Т-банк, Альфа-банк и Совкомбанк) в совместном письме премьер-министру Михаилу Мишустину и спикеру Госдумы Вячеславу Володину призвали полностью запретить маркетплейсам инвестировать в снижение стоимости покупок. При этом на следующий день уточнили, что выступают против «связывания скидки и цены товара с конкретным платежным инструментом». В урегулирование конфликта в декабре вмешался президент России Владимир Путин и призвал маркетплейсы и банки найти справедливое решение спора по скидкам на основе конкуренции.
При этом сами маркетплейсы считают, что их программы лояльности укладываются в обычную рыночную практику, которая уже есть у банков в виде кешбэков, скидок при покупках на собственных площадках и проч. Запрет только для маркетплейсов предоставлять скидки клиентам за оплату собственными картами или кошельками представитель RWB назвал попыткой банков и офлайн-ритейла ограничить конкуренцию.
К лету 2026 г. банки и маркетплейсы из стадии «ломания копий» перешли к разным формам диалога, говорила директор департамента стратегического развития финансового рынка Банка России Екатерина Лозгачева во время выступления на Финансовом конгрессе ЦБ 3 июля. Но остается много открытых вопросов, в том числе о необходимости регулирования, отмечала она.
Совокупный оборот российских маркетплейсов, агрегаторов услуг и классифайдов за 2025 г. достиг 18,3 трлн руб., или 8,5% от общего объема ВВП страны, следует из исследования Высшей школы экономики о развитии платформенной экономики в России. За четыре года сектор вырос в шесть раз, а количество заказов через платформы превысило 12 млрд.