«Розовое платье»: спектакль Боякова вокруг «Трех сестер» Немировича-Данченко
«Этот спектакль будто создан для того, чтобы попасть в «Инстаграм»8 октября в МХАТе им. М. Горького состоится премьера спектакля режиссера Эдуарда Боякова «Розовое платье». «Город» посмотрел постановку накануне.
Этот спектакль начинается тогда, когда в других театрах зрители уже расходятся. В 22:00, сразу после реконструированных «Трех сестер» Немировича-Данченко. Свет приглушен, капельдинеры уступают пространство уборщицам, и одна из них как раз-таки оказывается на сцене. А там — занавес опущен, но знаменитые декорации Владимира Дмитриева еще не разобраны и из слов пятидесятилетней женщины в синем застиранном халате становится понятно, что она — та самая чеховская Наташа. Не метафорически, а буквально — Наташа, пережившая революцию, Гражданскую войну, личные потери.
Играет главную роль Ирина Линдт, пришедшая в труппу МХАТа им. М. Горького в прошлом году. Чуть больше чем за месяц она освоила 40-страничную роль, по-актерски обжила многословный рассказ о жизни Наташи внутри и за рамками чеховской пьесы. В итоге история, которую они с Бояковым рассказывают, имеет все, чего ждут зрители: и смех, и слезы, и любовь, и то самое розовое платье с зеленым пояском, давшее название спектаклю.
Ход не новый. Спектаклей-фантазий о чеховских персонажах, да и о самом Антоне Павловиче, предостаточно. В том же МХАТе им. М. Горького идет постановка Сергея Десницкого «Мифический муж и его собака», в центре которого — непростая личная жизнь писателя. Но у Десницкого — традиционный драматический театр. Бояков же, по собственному признанию, отталкивался в создании «Розового платья» от мысли, что Чехов для своего времени был новатором, изменившим театральный язык, — достаточно вспомнить первую постановку «Чайки», чтобы понять, каким авангардом выглядели его пьесы.
Выглядит ли новаторски работа Боякова? Для МХАТа им. М. Горького — безусловно. Тут тебе и соединение жанров, и приятный полуторачасовой формат. Было бы странно, если бы за этим перечислением не последовало «но…». Однако, как опытный продюсер, Бояков стелит себе соломку, объясняя, что «Розовое платье» — признание в любви к великому автору, великому спектаклю, великому принципу авторской свободы.
«Мы не отменяем чеховских сестер, мы из трио делаем квартет, — говорит Бояков. — Мы обращаем внимание на жизнь персонажа, который не становился центром режиссерских решений. Чаще всего Наташу представляли как бездуховное существо, очень материальное, проигрывающее во всех отношениях сестрам. Но сегодняшнее время предполагает внимание к отдельному человеку не меньше, чем во времена, к примеру, Достоевского. И не последнюю роль в этом играет современная информационная среда, создающая удивительное пространство, в котором каждый может предъявить свою правду, свой аккаунт, если говорить языком социальных сетей, и свою историю — свои stories. И это, как ни парадоксально, более востребовано, нежели традиционные романные формы».
Поспорить с этой мыслью трудно, потому что «Розовое платье» как будто создано, чтобы попасть в «Инстаграм»: режиссер подводит к тому, чтобы зрители активно снимали интерьеры в стиле брежневского модерна, элементы декораций, колоритных уборщиц. Да даже фото на фоне подсвеченного ночными огнями здания театра сработает Боякову в плюс.
Билеты на «Розовое платье» продаются отдельно от «Трех сестер», но, как говорит худрук, есть довольно большая часть зрителей, покупающих билеты на оба спектакля. Насколько у такой театральной дуплекс-модели будет финансовый потенциал, Бояков прогнозировать не решается, но надеется, что в какой-то момент на второй спектакль будет продаваться не 200 билетов, как сейчас, а столько же, сколько на первый. А весь зал бояковского МХАТа — это, на минуточку, 1300 мест.