Читайте также
Побег от реальности. Как бороться с зависимостью от социальных сетей
Второй диагноз. Почему депрессия стала самостоятельной эпидемией на фоне ковида
Найти призвание или прожить не свою жизнь. Почему деньги мотивируют исполнителей, но не лидеров

Биполярное сияние. Почему психическое заболевание стало звездным трендом

Самое сложное для пациента и общества — признать проблему
fleepik.com

Российские и западные знаменитости открыто признаются в том, что страдают биполярным расстройством. В обществе реагируют неоднозначно: одни считают психическое заболевание новой угрозой, другие видят в этом искусственный тренд, на который активно подсаживается молодежь.

Еще в середине прошлого столетия биполярное расстройство считалось редко диагностируемым заболеванием. Сегодня в мире, по данным ВОЗ, им страдает около 45 млн человек. Эксперты Российского общества психиатров оценивают распространенность заболевания в 0,5-2%. В Государственном медицинском университете им. И. М. Сеченова называют цифру до 5%. 

Западные звезды были первыми, кто сделал громкие признания в своем диагнозе. Среди них Канье Уэст, Мэл Гибсон и Кэтрин Зета-Джонс. О подобном диагнозе также сообщали известные музыканты с печальной судьбой Курт Кобейн и Эми Уайнхаус. В России открыто говорить о наличии биполярного аффективного расстройства (БАР) начали недавно. Одним из первых в заболевании признался рэпер Оксиморон, выпустивший в 2017 г. трек «Биполярочка». По мнению комментаторов трека в сети, Оксимирон создал некий тренд на биполярное расстройство в России. О наличии у себя БАР позже заявляли рэпер Гуф, актер Андрей Краско и модель Алеся Кафельникова. В 2020 г. в российском шоу-бизнесе произошло еще одно громкое признание – актриса и продюсер Юлия Ахмедова рассказала, что уже много лет лечится от психического расстройства. Это подогрело интерес публики, особенно московской, к необычной болезни.

Проблемы диагностики

В медицине БАР формулируют как психическое расстройство с чередованием сильных подъемов и спадов настроения. Подъемы принято называть «маниями» (в случае БАР первого типа) либо «гипоманиями» (в случае БАР второго типа, более легкого), спады – «депрессивными эпизодами». Гипомании менее заметны, они могут ощущаться как просто отличное настроение. Мании же могут заканчиваться психозом и сопровождаться бредовыми идеями и даже галлюцинациями. В целом при заболевании человек испытывает то крайнее отчаяние и резкий упадок сил, то нереальный подъем, безудержное веселье и эйфорию.

cottonbro / Pexels

БАР подвержены представители обоих полов, однако женщины чаще. Об этом пишет в своей публикации «Биполярное аффективное расстройство и все, что о нем нужно знать» Марина Кинкулькина, завкафедрой психиатрии и наркологии, директор Института электронного медицинского образования ФГАОУ ВО Первый МГМУ им. И. М.Сеченова. Проявиться заболевание может и у подростков, и у взрослых, и у пожилых людей. Главным фактором риска считается генетика, но конкретного гена, отвечающего за развитие БАР, пока не выявлено.

«В России диагноз «биполярное расстройство» ставится редко, – отмечает Сергей Потанин, врач-психиатр, старший научный сотрудник лаборатории психофармакологии ФГБНУ «Научный центр психического здоровья». – Но проблема не в том, что это редкое заболевание. В нашей стране сильная гиподиагностика БАР – не замеченное врачами заболевание. Это связано с достаточно традиционалистским взглядом». Например, если человеку слышатся голоса, в России ему наверняка поставят диагноз «шизофрения», хотя по международным критериям это неправильный подход, отмечает Потанин. Голоса могут слышаться и при биполярном расстройстве, в случае если они возникают одновременно с нарушением настроения.

Другая причина неверной постановки диагноза – небольшое количество времени, выделяемое на каждого пациента в психоневрологических диспансерах. «У среднестатистического психиатра норматив – 20–25 человек в день. За это время сложно собрать анамнез и установить верный диагноз», – продолжает Потанин. БАР могут путать либо с шизофренией (чаще – если пациент обратился в стадии мании), либо с депрессией (если пациент обратился в депрессивной фазе).

«На начальных этапах болезни бывает затруднительно установить правильный диагноз. Поэтому врач, который имеет несколько гипотез – БАР или шизофрения, наблюдает за пациентом в течение дальнейшего времени, чтобы уточнить диагноз», – отмечает врач-психиатр психоневрологического диспансера Любовь Лев. Такое мнение подтверждают исследования российских специалистов, которые проводились ФГБУ «Московский НИИ психиатрии Минздрава РФ» в период с 2008 по 2012 г. В диагностику было включено 409 пациентов в возрасте от 18 до 65 лет с установленным диагнозом рекуррентного депрессивного расстройства (РДР), болеющих более трех лет. Исследования показали, что диагностические ошибки являются серьезной причиной невыявления в России БАР, прежде всего второго типа. В результате 40,8% пациентов с РДР на самом деле может быть поставлен диагноз «БАР второго типа». А чтобы выявить это заболевание, необходимо наблюдать пациента в среднем 15 лет.

Признать проблему

Для пациента одним из самых сложных шагов в лечении становится признание себя психически нездоровым человеком, полагают врачи. Не все сразу верят, что у них подобное расстройство, однако принятие иногда может облегчить ситуацию.

29-летняя Майя Хусанова, работающая персональным стилистом, почувствовала выгорание в конце 2019 г. «Казалось, что я потихонечку умираю. У меня была бессонница, проблемы с памятью, мигрени, очень сильный глазной тик, с которым я обратилась к офтальмологу», – рассказывает Майя. Врач поставил диагноз «нервный тик», прописал лекарства для глаз и направил к неврологу. Но раздражительность не уходила. Врачи говорили, что это неврастения и просто надо отдохнуть.

Эмоциональный пик наступил, когда Майю попросили выйти на работу в выходной день: «У меня случился настоящий нервный срыв – после звонка я истошно кричала, тряслась, не могла дышать и ничего сказать. Следующие несколько дней мне становилось хуже: я практически ничего не ощущала – было ли мне холодно, жарко, не чувствовала ни голода, ни жажды. Кроме того, были очень сильные страхи вплоть до того, что я боялась выходить на улицу». После очередного неудачного посещения невролога, прописавшего Майе антидепрессант, к которому у нее оказалась непереносимость, девушка обратилась к психиатру. Ей поставили диагноз «БАР второго типа». «Я наконец-то выдохнула. Этот диагноз действительно хорошо описывает то, что происходило со мной последние 10–15 лет», – рассказала Майя.

О внезапной депрессии рассказал 28-летний москвич Сергей Б. «Это началось в 2017 г. без видимых на то причин – не было тяжелых травм, потрясений или смерти близких. Я спал по 15-16 часов в сутки, не мог нормально работать, практически не ел. Круг общения сузился до двух-трех близких человек, хотя друзья всегда считали меня душой компании и до этого я был очень позитивным», — вспоминает Сергей. Психиатр поставил диагноз «депрессия» и выписал антидепрессанты.

Pixabay

Спустя месяц Сергей почувствовал нереальный подъем: он практически перестал спать, ему хотелось все время что-то делать, казалось, что он создан для «великих свершений». Сергей продал свою однушку в Москве, купил комнату в питерской коммуналке, а на оставшиеся деньги поехал в путешествие по Латинской Америке. Спустя год Сергей обнаружил, что депрессия возвращается: антидепрессанты к тому моменту отменил, решив, что они свое дело сделали. Пришлось вернуться в Санкт-Петербург. «Началось самое страшное — постоянная тревога, апатия, тяжесть в груди, ощущение стыда, бессмысленности существования. Я снова пошел к психиатру, уже к другому, который беседовал со мной долго и подробно. В итоге мне поставили диагноз БАР второго типа», – рассказывает Сергей. Ему прописали нормотимики, которые регулируют настроение, но не выводят в эйфорию. Лечение длится по сей день.

Правильную диагностику затрудняет тот факт, что люди часто путают свое расстройство с усталостью, выгоранием или нервным срывом, считают специалисты. Например, Евгения Кашапова, 33-летний режиссер, два года ходила на терапию к психологу, прежде чем решилась обратиться к психиатру. «Психолог помог мне выйти из ступора и понять причины моего безграничного страдания на фоне довольно приятной и успешной жизни. Но я не перестала испытывать боль от бессмысленности происходящего. В какой-то момент мне стало страшно за свою жизнь и готовность с ней расстаться. Это привело меня к психиатру», – рассказала Евгения. 

Сначала девушка не поверила в поставленный диагноз – БАР второго типа – и обратилась в другую клинику, но там все подтвердили. Сегодня Евгения признается, что даже рада, что ее заболеванием стал именно БАР: «Возможно, из-за романтизации диагноза я испытала некоторое облегчение и даже гордость, когда узнала о нем. Я наконец-то особенная, и это прекрасно». 

Мода на биполярку

В 2018 г. рэпер Канье Уэст поместил на обложку своего сольного альбома надпись «Я ненавижу быть биполярным, это потрясающе» (I hate being Bi-Polar It’s awesome). По мнению психиатров, это очень точная характеристика сути биполярного заболевания. При этом врачи считают, что откровения звезд о своих психических заболеваниях вряд ли могут запустить моду на болезнь или стать причиной ее стимуляции. «Просто в современном мире стало больше возможностей и ресурсов открыто о многом говорить, – считает психиатр Любовь Лев. – Признания звезд в своих болезнях не могут стать причиной того, что люди выдумывают себе этот недуг, стараясь казаться особенными». 

По-настоящему симулировать БАР невозможно, соглашается врач-психиатр Потанин. Но в том, что популярные люди говорят о болезни вслух, есть свои плюсы. «С тем уровнем стигматизации психических расстройств в нашей стране мода на такие заболевания в определенной среде может все скомпенсировать. Люди не стесняются приходить к психиатру, и это хорошо», – отмечает Потанин.

Пока медицина не нашла методы, способные окончательно вылечить БАР. И существенных отличий в способах лечения в России и Европе нет, отмечает Лев: «В последнее время в Европе наметилась тенденция гуманитарного направления – разрабатываются новые препараты с меньшим количеством побочных эффектов. Также проводится психологическая реабилитация – психотерапия – после активной лекарственной терапии в стационаре для социализации и трудоспособности пациентов. Российские стандарты оказания психологической помощи в целом совпадают с зарубежными». 

По словам Потанина, в некоторых ситуациях при диагнозе «БАР второго типа» пациента можно вывести в стадию ремиссии с помощью длительной фармакотерапии и психотерапии. В этом случае человек сможет обходиться без лекарств и некоторые колебания настроения контролировать самостоятельно. Однако в целом людям с таким заболеванием приходится находиться на поддерживающем лечении всю жизнь. 

Сами пациенты признаются в том, что им сложно не только принять свое заболевание и научиться с ним жить, но и донести его суть до окружения. Часто им приходится сталкиваться со стигматизацией и неприятием своего заболевания со стороны близких и коллег. «Мне стыдно до сих пор. Не потому, что у меня БАР, а потому, что я какой-то «недообладатель» психиатрического диагноза, – говорит Кашапова. – Сомнения в том, что диагноз есть и он влияет на жизнь, часто приводят к обесцениванию себя и своих поступков».

Unsplash

Людям с БАР особенно важна поддержка родных и друзей. При этом часто окружение игнорирует психологическую проблему: человека, находящего в депрессии, они призывают «взять себя в руки» и «не раскисать», а больного на стадии мании могут обвинить в аморальности и легкомыслии. «Так поступать – все равно что ставить в вину человеку с сахарным диабетом то, что он не может есть сладкий торт, а пациенту с сердечной недостаточностью – что тот не бегает марафон», – подчеркивает психиатр Кинкулькина. БАР – такая же болезнь, как и любая другая, и ее надо лечить. Чем раньше пациенту назначена терапия, тем больше у него шансов на выход в ремиссию и дальнейший положительный прогноз.

Самое популярное
Наш город
Ждем грозу: южный циклон принесет в Москву опасную погоду
Городские службы переведены в режим повышенной готовности
Наш город
В топ-100 лучших ресторанов России вошли 36 московских заведений
Заммэра Наталья Сергунина рассказала о вручении всероссийской премии столичным рестораторам
Наш город
Горящая пора: авиапатрулирование в столичном регионе стартует 1 мая
За пожарной безопасностью лесов в Москве будут следить 10 воздушных судов
Культурный город / Интервью
Юрий Чурсин: «Засиживаться на одном месте я не могу»
Звезда театра и кино рассказал о новых премьерах и о том, как ему удается совмещать роли актера и режиссера
Культурный город
Что покажут на Московском международном кинофестивале
Французский ужастик о вампирах и документальное кино о «брюслимании»
Наш город
Собянин: в Москве благоустроят свыше 2500 общественных пространств
В столице преобразят парки, скверы, дворы и, конечно, улицы
Свободное время
От спектакля до мастер-классов: где провести «Библионочь» в Москве
Организаторы подготовили около 1000 мероприятий во всех округах столицы
Наш город
Транспорт без пробок: какие изменения ждут велосипедистов Москвы в этом сезоне
Всего для проката будет доступно порядка 11 000 устройств
Наш город
Как московские ярмарки стали центром притяжения горожан и туристов
В 2023 г. их посетителями были более 6 млн человек, а предприниматели продали 11 642 т продукции
Горожане
Собянин отметил рост популярности товаров под брендом «Сделано в Москве»
За I квартал 2024 года участники проекта заработали дополнительно 78 млн рублей
Горожане
Шашлык в один клик: в Москве появится сервис онлайн-бронирования мест для пикников
Улуга позволит пользоваться беседкой и мангалом в течение четырех часов
Наш город / Интервью
Денис Гончарук: «Ребрендинг должен нравиться клиентам, а не руководству»
Основатель и руководитель креативной студии МОХ – об эволюции бизнеса и трудностях позиционирования
Горожане / Мнение
Как российским виноделам конкурировать с международными брендами
В отечественном производстве важна персонализация продукта
Наш город / Галерея
Как проходит реставрация памятника первому в мире космонавту Юрию Гагарину
Наш город
Монументальная работа: реставрацию памятника Гагарину завершат осенью
В прошлом году специалисты привели в порядок стилобат, в мае приступят к реставрации постамента и скульптуры космонавта