Выставочный проект в галерее Tate Modern знакомит посетителей с ключевыми фигурами нигерийского модернизма, работы которых занимают достойное место в музейных и частных коллекциях
В начале ХХ века африканское искусство становится предметом особого интереса ведущих европейских художников. Пикассо и кубисты вдохновляются геометрией орнаментов и форм ритуальных масок; Матисс совершает путешествие в Алжир и привозит оттуда традиционные керамику и ткани; Модильяни сочетает в своем творчестве образы эпохи Возрождения и пластику африканской скульптуры. Если ранее привезенные из Африки предметы искусства воспринимались как экзотические диковинки, то постепенно их самобытность и выразительность визуального языка становятся важной частью эстетики нового «примитивного» искусства.
Параллельно с авангардом в Европе в странах африканского континента развивается искусство модернизма. Местные художники ищут собственный визуальный язык и сюжеты, несмотря на влияние британской колониальной системы. Они обращаются к богатому этническому и религиозному наследию, сочетая его с европейскими стилями и сюжетами. В 1960 году Нигерия получает независимость от Великобритании, и на этом фоне национальное искусство быстро набирает силу и узнаваемость, работы художников охотно приобретают как музеи, так и частные коллекционеры.
Более 250 экспонируемых произведений живописи, скульптуры, керамики, графики и тканей демонстрируют этапы сложения новой постколлониальной идентичности Нигерии. Картины Бенедикта Энвонву, самого известного африканского художника XX века, изображают ритуальных танцоров, образ которых складывается из синтеза скульптуры народов игбо и европейской маскарадной традиции. На стенках керамических сосудов Лади Квали, чей портрет есть даже на нигерийских купюрах, процарапаны фольклорные мотивы. Впервые за 40 лет из разных коллекций собрали воедино всю серию полотен «Люди без гражданства» Узо Эгону, посвященных теме культурного самосознания.
Эти и другие работы нигерийских художников отображают восприятие меняющегося мира, их взгляд на вещи самобытен и вызывает отклик у современного зрителя.












