Испанский Золотой век в Лувре: Сурбаран и скульптуры XVII века

В начале октября Лувре стартовали сразу два проекта, посвященных испанскому Золотому веку. Причем музей объединил их в одном пространстве и выстроил общую сценографию, чтобы живопись и скульптуру XVII века можно было рассматривать в прямом диалоге. Обе выставки проходят в зале Наполеона до 25 января 2027 года.

Главная из них посвящена Франсиско де Сурбарану – одному из важнейших испанских художников XVII века наряду с Веласкесом и Мурильо. Долгое время его воспринимали прежде всего как последователя Караваджо и мастера суровой религиозной живописи. В XX веке взгляд изменился: Сурбарана стали ценить за работу с цветом, светом и почти скульптурную объемность фигур. Нынешняя выставка стала первой международной ретроспективой такого масштаба после проекта Метрополитен-музея и Гран-Пале 1987–1988 годов.

Франсиско де Сурбаран. «Святая Касильда».Архив пресс-службы

Среди работ можно увидеть знаменитого «Агнца Божьего» из Прадо – связанного ягненка на темном фоне, ставшего одним из самых узнаваемых образов художника. Рядом – «Святая Касильда» из музея Тиссена-Борнемисы, «Непорочное зачатие», а также знаменитый натюрморт с лимонами, апельсинами и розой. Вместе они показывают совершенно разного Сурбарана: от религиозной драматургии до почти минималистичных натюрмортов.

Вторая выставка – «Скульптура цвета» – впервые во Франции настолько подробно показывает испанскую скульптуру XVII века. Из Национального музея скульптуры в Вальядолиде в Париж привезли 23 произведения. Это деревянные полихромные фигуры, которые раскрашивали так подробно, чтобы добиться почти пугающего ощущения присутствия живого человека.

Грегорио Фернандес. Скульптурная композиция «Путь на Голгофу».Архив пресс-службы

Именно соседство двух выставок становится главной идеей проекта. В Испании XVII века живопись и скульптура существовали гораздо ближе друг к другу, чем может показаться современному зрителю. Цвет, свет, выражения лиц и натуралистичные детали работали на одну задачу – сделать религиозный образ максимально убедительным и эмоциональным. Поэтому Сурбаран здесь оказывается не изолированным великим мастером, а частью целой визуальной культуры испанского Золотого века.