Квадрат, крест и круг: «Троица» Малевича в Звенигороде

В 2023 году после шестилетней реставрации открылось обновленное здание Звенигородского Манежа, современного культурного пространства в составе Звенигородского музея-заповедника, где, в частности, предполагалось проведение временных выставок, организованных совместно с музеями по всей России. Именно здесь на днях открылась выставка «Малевич. Простые фигуры», организованная совместно с Русским музеем.

Фрагмент экспозиции «Малевич. Простые фигуры».Пресс-служба Звенигородского музея-заповедника

Широким и, надо сказать, необычайно щедрым жестом со стороны директора Аллы Маниловой супрематический «триптих» главного теоретика русского авангарда — черный квадрат, крест и круг, написанные его учениками Анной Лепорской, Константином Рождественским и Николаем Суетиным, — впервые покинул основную экспозицию и переместился из Санкт-Петербурга в Звенигород, место слияния многовековой истории и актуальных художественных процессов.

О связи древнерусского искусства и супрематизма на сегодняшний день написано и сказано бесчисленное количество слов. Ничуть не меньше — о происхождении и значениях упомянутых ранее трех фундаментальных для мироздания форм, которые в философской вселенной Казимира Малевича являются проекциями его программного манифеста — «Черного квадрата», дебютировавшего на Последней футуристической выставке «0,10» в Петрограде в 1915 году. В этом смысле выбор кураторами в пользу Звенигорода, пожалуй, был обусловлен не столько географическим значением этого города в жизни художника, сколько его укорененностью в традициях живописного и архитектурного канона, поэтому особое внимание при рассмотрении экспозиции стоит уделить ее оформлению, созданному архитектором и автором концепции Юрием Аввакумовым.

Фрагмент экспозиции «Малевич. Простые фигуры».Пресс-служба Звенигородский музей-заповедник

Помещение бывшего винного и соляного склада стало воплощением иконической формулы супрематизма Казимира Малевича, представив зрителю «простые фигуры», одновременно существующие в плоскости беспредметности и выходящие за ее пределы в виде объемно-пространственных проекций. Ключом к пониманию этой сложной метафизики становятся два пространства, расположенных по углам от основного крестообразного зала, отделенного вращающейся черной квадратной дверью. Справа от входа посетитель попадает в мультимедийную интерактивную среду: реагируя на движения человека, вихрь простейших геометрических форм буквально раскладывает его тело на отдельные «супремы», переводя его с языка трехмерной реальности на язык необъективного искусства.

Фрагмент экспозиции «Малевич. Простые фигуры».Пресс-служба Звенигородского музея-заповедника

Другой зал, еще более важный для понимания идеи абсолютной свободы творчества, посвящен «Супрематической архитектурной модели» 1927 года — работе, долгое время считавшейся утраченной. Создавая ее реконструкцию в 2002 году, Юрий Аввакумов опирался на фотографию со стеклянного негатива, архивные документы и сохранившиеся фрагменты оригинала.

Эта модель наглядно раскрывает принцип супрематического формообразования: квадрат, крест и круг перестают быть элементами картины и начинают существовать в пространстве — как объем, конструкция, архитектурная масса. Именно эта логика легла в основу поисков учеников и последователей Малевича — от Эль Лисицкого до Ивана Леонидова. В движении этих фигур — на бумаге, в рельефе или в пространстве — автор видит не путь к стеклянным небоскребам Миса ван дер Роэ, а иную архитектурную образность: очертания крестово-купольных храмов с характерным планом, квадратными в основании столбами и круглым куполом, соединяющим земное с небесным, а в случае Малевича — с космическим.

Фрагмент экспозиции «Малевич. Простые фигуры».Пресс-служба Звенигородского музея-заповедника

Именно поэтому такую выставку нельзя воспринимать в отрыве от того контекста, в который она оказывается помещена, невзирая на самодостаточность каждой отдельной части супрематического «триптиха». Будучи частью единого городского ансамбля, она логичным образом встраивается в линию развития истории отечественного искусства, обозначая один из важнейших этапов его сопричастности общемировой культуре.