Статья опубликована в № 2773 от 19.01.2011 под заголовком: Глобалист: Нефтяная рулетка

Пузырь черного золота

Цена на нефть приблизилась к $100 за баррель, и с новой силой разгорелись споры о том, что это – спекуляции или результат действия фундаментальных факторов, которые могут толкать цену вверх и дальше.

Нефтяное ценообразование стало чересчур похожим на футбол: непредсказуемость результата прямо пропорциональна числу «точно знающих ответ». Классическая история: «быки» толкуют про «пиковую нефть» и растущий спрос в развивающихся странах, «медведи» – про отсутствие ясных перспектив выхода глобальной экономики из рецессии, высокие запасы нефти и большой объем свободных добывающих мощностей. Поди разберись – все это в большей степени вопрос веры, чем математических расчетов.

Будучи лицом в этом споре заинтересованным, я давно взял себе за правило делать свое дело, лишь осторожно предупреждая об известных рисках чрезмерного ценового оптимизма. Слишком хлопотное это дело – спорить с самоуверенным «бычьим» дискурсом. Даже нобелевский лауреат Пол Кругман недавно написал, что производство конвенциональной нефти, дескать, фактически достигло пика, делая такой вывод из того, что уровень добычи конвенциональной нефти в последнее время практически не рос.

Кто бы объяснил нобелевскому лауреату, что при наличии рекордной эффективной незадействованной (свободной) мощности в странах ОПЕК в объеме 5,6 млн баррелей в день (это не считая проблемных стран ОПЕК типа Ирака) такое утверждение, мягко говоря, кроме улыбки ничего не вызывает – не говоря уже о приторможенных в последние пару лет инвестиционных проектах по развитию нефтедобычи, способных вывести ее на совершенно новый уровень.

Но переубеждать самоуверенных «быков» – дело безнадежное. А вот всем сторонним наблюдателям предлагается ответить на простой вопрос: когда уверенности в выходе из мирового кризиса нет, а глобальные цены на сырье увеличиваются на четверть за полгода – это что? Действие фундаментальных факторов – или? И неужели тут нет никакого влияния quantitative easing и других мер накачки рынков денежной ликвидностью?

И не получится ли так, как в первом полугодии 2008 г., когда на фоне неясных последствий ипотечного кризиса избыточная ликвидность устремилась туда, где, казалось, точно можно легко заработать – ведь «пиковая нефть» и «растущий спрос в развивающихся странах»?

Что было потом, вы помните. А этот год начался с вполне справедливых предупреждений Международного энергетического агентства о том, что оптимистическое ралли на рынках нефтяных фьючерсов в состоянии нанести удар по росткам восстановительного экономического роста, затрудняя выход из мирового кризиса. И заканчиваясь столь же сокрушительным лопанием сырьевого пузыря, как и в конце 2008 г.

Меня сейчас так же трудно переубедить, что будет как-то иначе, как и Кругмана – в том, что пик конвенциональной нефтедобычи уже наступил.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать