Мнения
Бесплатный
Леонид Исаев
Статья опубликована в № 4298 от 10.04.2017 под заголовком: Сирия: Шанс для Москвы

Шанс для Москвы

Востоковед Леонид Исаев о том, что после возвращения США в Сирию Россия может выйти из тупиковой ситуации

Ракетный удар Соединенных Штатов по сирийской военной базе Аш-Шайрат – событие, безусловно, знаковое, но отнюдь не столь неожиданное, каким оно кажется многим российским политикам. В американском обществе уже давно думают над дилеммой: либо США начинают реагировать на преступления со стороны сирийского режима военным путем, либо соглашаются с ролью молчаливого наблюдателя за тем, как Башар Асад расправляется с остатками сирийской оппозиции.

Парадоксально, но, испытывая маниакальную неприязнь к Бараку Обаме и его внешней политике, Россия настолько привыкла к исповедуемой им стратегии, что приняла ее за константу, которая будет неукоснительно соблюдаться при любой администрации в Белом доме. Что в общем-то неудивительно, ведь проводимая прежним американским президентом политика на Ближнем Востоке сводилась к тому, чтобы минимизировать американское военное присутствие в регионе в пользу урегулирования конфликтов исключительно дипломатическим путем.

Американцы заняли нейтральную позицию во время событий «арабской весны», когда союзные им режимы Зин эль-Абидина Бен Али в Тунисе, Хосни Мубарака в Египте и Али Абдаллы Салеха в Йемене поочередно становились жертвами антиправительственных демонстраций и выступлений. Всяческие иллюзии относительно способности Барака Обамы применить силу окончательно развеялись в августе-сентябре 2013 г., когда появилась информация об использовании сирийской армией нервно-паралитического газа зарин под Дамаском. Применение химического оружия однозначно расценивалось региональными противниками режима Башара Асада как красная линия, которую переступил сирийский президент, что неизбежно должно привести к непосредственному вмешательству США. Однако этого не произошло, а последовавшие заявления Обамы относительно того, что он «испытывает гордость» за дипломатическое урегулирование ситуации, возымели двоякий эффект. Американские союзники в регионе задумались над тем, что собой представляют американские гарантии безопасности, а противники, напротив, обрели уверенность в собственной безнаказанности.

В результате с 2013 г. мы стали свидетелями неоднократного саботирования режима прекращения огня со стороны сирийской армии, которое продолжается до сих пор (несмотря ни на какие гарантии со стороны России и Ирана), а также атаки на гуманитарный конвой Красного Полумесяца в городе Урум аль-Кубра, почти полугодового штурма Алеппо, наконец, использования химического оружия в Хан-Шейхуне. Конечно, исчерпывающих доказательств причастности режима ко всем этим событиям нет, однако в данном случае весьма неоднозначная история баасистского руководства играет против него.

С приходом Дональда Трампа стало ясно, что логика прежнего американского руководства неактуальна. Белый дом четко очерчивает свои красные линии, на пересечение которых будет следовать самая жесткая реакция и причем незамедлительно. Трамп, в отличие от своего предшественника, – человек, не искушенный долгими полемическими дискуссиями, предпочитающий действовать прямо и без лишней дипломатии. Соединенным Штатам было достаточно одного заседания Совета Безопасности ООН, чтобы сразу по его окончании принять решение о нанесении ракетного удара. Вето, которое наложила Россия на резолюцию Франции, Великобритании и США относительно проведения расследования в отношении случившегося в Хан-Шейхуне, для американского руководства оказалось достаточным для того, чтобы возложить всю ответственность на Москву и Дамаск и отдать приказ о нанесении ракетного удара. Трамп даже не стал обременять себя поддержкой со стороны конгресса. В отличие от Обамы, который в 2013 г. в сенате такого права не получил, нынешний американский лидер счел для себя возможным прибегать к единичным военным акциям без поддержки со стороны парламента, а судя по заявлениям Пентагона – впредь и без предупреждения. Иными словами, времена, когда Сергей Лавров с Джоном Керри могли по нескольку десятков раз в год договариваться о переговорах ради переговоров, ушли в прошлое, и не только из-за смены главы Госдепартамента. Нынешнее американское руководство будет требовать от сирийского режима и его союзников неукоснительного соблюдения достигнутых договоренностей.

Однако удары США по сирийской военной базе Аш-Шайрат не объявление войны. По всей видимости, заявление, которое сделали в конце марта 2017 г. американский постпред при ООН Никки Хейли и госсекретарь Рекс Тиллерсон относительно американских приоритетов в Сирии, в силе. Для Соединенных Штатов было бы куда важнее сконцентрироваться на борьбе с «Исламским государством» (запрещено в России) в Мосуле и Ракке, нежели открывать еще один фронт против Башара Асада. Однако это довольно четкий посыл баасистам и их международных гарантам относительно серьезности намерений США в отношении Сирии.

От этого во многом и будет зависеть долгосрочность либо эпизодичность предпринятых Соединенными Штатами мер. Способность России обуздать милитаристские планы сирийского руководства может послужить гарантией того, что риск военного столкновения двух сверхдержав будет минимизирован. В свою очередь беспомощность Москвы в переговорах с Дамаском будет приводить лишь к тому, что тактические сдвиги в американской политике по отношению к Асаду будут плавно перерастать в стратегические.

Российские политики должны быть скорее благодарны Трампу за его поступок в Сирии, нежели в очередной раз испытывать на себе чувство предательства. Теперь в числе стран, способных оказывать давление на баасистский режим, появились США, причем при подобном развитии событий их влияние на Дамаск может стать выше российско-иранского. Удар по сирийской авиабазе хотя бы на время усмирит сирийский режим, заставив его выполнять взятые на себя обязательства, в том числе и по соблюдению режима прекращения огня. Чем не мешало бы воспользоваться и России, которая на сегодняшний день вместе с Турцией и Ираном несет ответственность за урегулирование сирийского кризиса в рамках астанинского и женевского процессов.

Начав свою военную операцию в Сирии с целью создания благоприятных условий для восстановления диалога с Западом, Россия стала заложницей безнаказанной политики сирийского режима, неизменно разделяя с Дамаском ответственность за совершаемые им преступления. Постоянно обвиняя своих зарубежных партнеров в ошибочности исповедуемых ими подходов к урегулированию сирийского кризиса, Россия получила карт-бланш на реализацию своего видения политического решения конфликта, но это оказалось для нее непосильной ношей. «Астана», на которую даже Москва отправляла делегации низкого уровня, дважды созванная по настоянию российского руководства «Женева», так и не запомнившаяся ничем, кроме таинственного «документа Наумкина», а также не соблюдающийся де-факто режим прекращения огня – все это результаты российской мирной инициативы. Парадокс в том, что именно возвращение в Сирию США с их активной внешней политикой, присущей республиканцам, способно создать условия для выхода России из сложившейся ситуации с минимальными репутационными издержками.

Автор – старший преподаватель НИУ ВШЭ

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)