Статья опубликована в № 4641 от 29.08.2018 под заголовком: Крым как российский фронтир

Крым как российский фронтир

Крымчане, как и жители других пограничных регионов, верят в свою «особость» – но в отличие от них больше доверяют федеральным властям

Спустя четыре года после присоединения к России Крыма новый российский приграничный регион (фронтир) видит себя и свое место во взаимоотношениях с Москвой во многом так же особо, как и другие приграничные российские регионы – Мурманская и Калининградская области и Приморский край. Принципиальное отличие Крыма от других фронтиров – более высокий уровень одобрения федеральных властей: сказывается в том числе и опыт жизни в составе Украины, откуда Россия воспринималась идеалистичнее, следует из работы исследовательской группы «Циркон» «Регионы «рубежа»: территориальная идентичность и восприятие «особости».

Коренных жителей в присоединенном Крыму, как и в других приграничных регионах России, большинство, но доля их не слишком высока. Рожденных и постоянно живших в Крыму на момент опроса в 2016 г. было 64% респондентов, в Калининградской области – 61%, а в Приморском крае – 85%, приехали – 32, 38 и 14% соответственно. Предки 31% опрошенных крымчан не жили на полуострове (у калининградцев – 32%, у приморцев – 19%) – это следствие притока на полуостров после распада СССР военных пенсионеров и родственников тех местных жителей, которые оказались там после депортации из Крыма в 1944 г. крымских татар. В отличие от жителей других приграничных регионов большинство нынешних крымчан – 77% – не хотели бы оттуда уезжать. Такой настрой кроме типичного для приграничных регионов представления о своей «особости» поддерживается благодатной природой Крыма. Кроме того, Крым, по мнению его жителей, «уникальный регион», обладает «сакральным смыслом» и особой связью с Россией, цитируют респондентов авторы исследования во главе с руководителем «Циркона» Игорем Задориным.

Примечательно, что у жителей Крыма в целом сильна местная самоидентификация – со своим регионом (35%) и городом/районом (16%), а уже потом со всей страной. Большинство опрошенных в Мурманской и Калининградской областях (57–60%) считают себя в первую очередь гражданами России, что близко к показателям по стране в целом (55%). В Крыму так ответил 41% респондентов. Самый высокий среди исследовавшихся регионов уровень региональной идентичности исследователи объясняют особенностями текущего момента – вхождением Крыма в состав России и сменой гражданства, влекущими за собой смену идентичности. Региональная идентичность превышала страновую и в украинском Крыму в нулевые, поясняет Задорин. Очевидно, часть респондентов за определением «крымчанин» на Украине скрывали идентификацию с Россией. Сейчас, возможно, наоборот – за «крымчанином» часть респондентов прячут украинскую идентичность, но таких немного, считает Задорин.

При этом у крымчан самый высокий, по данным исследования, среди остальных регионов уровень одобрения федеральной власти (за Владимира Путина в 2018 г. проголосовало 92% избирателей Крыма и 90% – Севастополя при 77% в среднем по стране). Конечно, в 2016 г. у большинства не полностью выветрилась эйфория от присоединения, но здесь сказывается различие между туризмом и эмиграцией. Более высокий уровень одобрения российских властей у крымчан связан с опытом жизни в другом государстве, на Украине: это накопленный опыт позитивного восприятия России со стороны, пишут социологи.

А вот проблемы у крымчан вполне типичные. У региональных сообществ в России, отмечают исследователи, формируется своя повестка регионального развития, часто не совпадающая с повесткой центра. Это касается и Крыма. Самая большая часть крымчан хотела бы в большей степени прямого федерального участия в жизни полуострова, говорит Задорин, а большей автономии, минимального вмешательства центра в местные дела – самая малочисленная. В Севастополе был большой потенциал самоуправления, но новым губернатором был назначен варяг. А там, где был большой запрос к федеральному центру на наведение порядка и приход новой власти, оставили местных, говорит Задорин.

В восприятии Крыма местными жителями прослеживаются элементы регионального иждивенчества, связанные с отсутствием в обществе понимания внутренних источников экономического развития, пишут авторы. Связано это с тем, что в Крыму много развилок в представлениях о том, на чем может развиваться местная экономика, за что разворачивается борьба у разных влиятельных групп, говорит Задорин. 48% крымчан считают, что регион должен развиваться как туристическая зона, производитель экологически чистых продуктов и заповедник. Но это не очень согласуется с позицией Москвы, для которой важен в первую очередь оборонный статус приграничных регионов, говорит Задорин. На местах разделяют ее немногие. Крымчане здесь оказались в одном ряду с жителями Калининградской области и Приморского края, из которых только 8–10% считают, что их регион должен развиваться в первую очередь как «передовой бастион».-

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more